Александр Рубцов – Проклятая (страница 12)
На краю стола лежала Библия. Аня открыла страницу с закладкой. Евангелие от Луки с историей о том, как Иисус изгнал из бесновавшегося легион бесов, которые затем переселились в стадо свиней и бросились с обрыва. Рядом лежали еще несколько религиозных книг об одержимости и чудесах Православия и остальных религий.
В левом углу стола лежала стопка со сборниками мифов. Начиная от греческих и заканчивая русскими сказками. Тут же рядом лежали "Дракула" Стокера, "Вампиры" некого Олшеври, еще один эпистолярный роман о кровососах, что-то про демонов, круги на полях и их научные объяснения.
Среди всего этого белой вороной выделялись учебник физики для 10-го и 11-го классов, что-то об отражении, скорости света и толстенный том "Занимательной физики". В общем, стол был просто завален книгами.
Ане стало стыдно из-за того, что она роется в личных вещах Сергея. Если он и хотел написать книгу, то это только его дело, с укором выговорила ей совесть.
Ей вдруг в голову пришел вполне резонный вопрос: а где печатная машинка или компьютер? Может, нет никакой книги и это просто странное увлечение? Вид создавался такой, что Сергей собирался в срочном порядке найти какую-то информацию. Что объединяло все эти книги? Сверхъестественное. Одержимые, вампиры, боги, Бог, привидения, домовые, инопланетяне, водяные, кикиморы и ведьмы. (Ведьмы! Многие в деревне считали мать ведьмой). В общем, мифы. А физика? Для чего учебники по физике? Физика для того, чтобы понять, объяснить себе что-то, чего ты не можешь понять и то, что древние люди пытались объяснить вмешательством потусторонней силы.
Ане вдруг захотелось выяснить, что же тут на само деле произошло. Почему у Сергея вдруг поехала крыша? Как человек начитанный (да он чертов гений!) мог внезапно сорваться, схватить нож и зарезать любимого человека? Шестое чувство подсказывало ей, что здесь кроется еще что-то. Что дело не только в погибшем скоте. Доверяла ли она своим инстинктам? Никогда об этом не задумывалась. Просто сейчас логика - а она говорила об одном: Сергей сорвался - и факты, все эти нестыковки вроде как та, что мать была убита не в своей комнате - не складывались в одну понятную цепочку. Гвозди в стене, зеркала, люстры в сарае, книги на столе. Добавить ко всему этому упорное желание Сергея помочь матери и его выбор оставаться с ней до конца. Все это в реакции зарождало сомнения в Ане. Хотя, если честно, то она не понимала, в чем сомневается. Может, она просто-напросто пытается найти оправдание брату. Он ведь сам позвонил Рыбину и сказал, что зарезал мать. Что еще нужно? И для чего она пытается найти ему оправдание? Может, для того, чтобы оправдать себя? Ведь она бросила мать и Сергея. Она была одним из решающих факторов, которые привели к кровавой развязке. Если бы она помогала Сергею так, как могла бы помочь, будь у нее желание, то возможно он бы и не сорвался.
Аня вдруг вспомнила слова, которые произнесла вслух на прощание. Слова, которые заставили мать опустить руку с кожаным ремнем. Слова, из-за которых подбородок матери задрожал, а на усталые глаза навернулись слезы. Ане стало жутко тоскливо.
Она встала из-за стола и вышла из комнаты. Пора готовиться к приему гостей.
Ирка пришла раньше, чем обещала. Зато она принесла с собой полный пакет еды и бутылку красного вина с некрасивой этикеткой, похожей на страничку из детской книжки для раскраски.
- Позже еще зайдет Тонька. Помнишь ее?
- Ты так говоришь, будто я отсюда шестьдесят лет назад уехала, - Аня улыбнулась. - Я никого еще не забыла.
- Так ты не против?
- Нет, не против. Пойдем в дом. Я только собралась на стол накрывать.
- Анют, давай, может на улице посидим? Чего-то мне не хочется в доме сидеть, где Серега ее...
- Ну давай ты еще мне жути нагони.
- Ой, прости, Ань. Что же я, дура несу? Пойдем.
- Нужно стол во двор вынести тогда.
В глазах Иры появился веселый огонек.
- Да какие проблемы? Что же мы вдвоем стол не вытащим?
Они расселись и Аня почувствовала себя хорошо. В первый раз за весь день. Ирка обладала прекрасным даром. Своими безостановочными монологами она могла заставить забыть о любых проблемах. Они вспоминали прошлое и смеялись. Ирка осторожно обходила стороной запретную тему, а если вскользь и касалась Сергея или матери, то тут же осекалась и весело переводила разговор на другую тему.
Чуть позже подъехала Тоня. Бывшая одноклассница Ани с возрастом стала похожа робота из японских мультфильмов. Совершенно непропорциональное тело создавало впечатление, что по утрам она завязывает штанги в узел просто для забавы. Хвост немытых волос на затылке дополнял картину. На деле же она оказалась загнанной в угол женщиной, которую ежедневно доводили до истерики муж алкоголик и его лучший друг брат Тани. Говорила она тихо, смеялась редко, пряча некрасивую улыбку за ладонью. Аня заметила, что одного резца у нее не хватает. В школе Тоня была одной из тех "нормальных", с которыми можно было поговорить. Никогда не пыталась поставить себя выше других, но и в обиду себя не давала. После школы она вышла замуж за друга брата и потом жизнь стала кошмаром. Так и не смогла забеременеть, за что ежедневно получала тычки от мужа. Сейчас ее "суженный" валялся пьяный в кровати и не должен проснуться до самого утра. Тоня при любом постороннем звуке, будь то хруст ветки, хлопок двери или звук приближающихся шагов, тут же вздрагивала и оглядывалась по сторонам. Аня вдруг поняла, что не у нее одной были проблемы все это время.
- Зря я пришла, - сказала Тоня в очередной раз. - Если он проснется и увидит...
- Не проснется, - успокоила ее Ирка. - У меня и самой такой же дома. Их не разбудишь. Можешь резать, он и то не почувствует.
Снаружи послышался шум мотора. Перед воротами остановилась машина. Тоня испугано оглянулась вокруг и схватила Аню за локоть.
- Кто это? - спросила Ирка.
-Не знаю, - Аня встала и пошла к калитке.
Двигатель захлебнулся и затих. Хлопнули дверьми.
- Кто там?
Дверь открылась и в проеме появилось довольное лицо участкового. Первое, о чем подумала Аня это то, что нужно закрывать калитку на засов.
- Есть кто дома? - он протянул Ане букет полевых цветов и еле заметно нахмурился, увидев Иру и Тоню. - А у вас тут веселье?
- Вспоминаем прошлое. Присоединишься?
- А то! Я ведь также часть вашего прошлого. Подождите. Так и знал, что пригодится.
Он вновь скрылся за пределами двора и через несколько секунд появился с бутылкой водки в руках. Они освободили для него уголок. Аня принесла рюмку. Пить сама наотрез отказалась, как и ее подруги. Рыбин пожал плечами налил себе в стакан, отставив рюмку вбок.
Разговор больше не клеился. Они потеряли всякую нить. Ирка то и дело пыталась любыми способами подковырнуть участкового, чем выводила его из себя. Видимо, отношения между ними были натянутыми. Тоня полностью ушла в себя. Пряча взгляд под стол, она за весь вечер не произнесла больше ни слова. Через полчаса участковый охмелел. Глаза его стали красными. Он облокотился на крышку стола сжав ладони в замок и молча наблюдал за происходящим. Ирку это очень позабавило. С нескрываемой долей сарказма она заявила ему, что "джентльмен он так себе". Рыбин злобно покосился на Аню.
Одним словом вечер не задался. Посиделки в итоге превратились натянутую нить, по которой все присутствующим приходилось идти. Напряжение нарастало. Аня начала беспокоиться о том, что если Ирина продолжит в том же духе, то доведет Рыбина до срыва. Этого боялась и Тоня. Скорее всего, она думала, что через участкового о ее побеге дойдут слухи до мужа. Темнота вытеснила остатки дня. Аня расставила на столе три свечи, найденные на кухне в доме. Темы для разговора были исчерпаны. Аня поймала себя на том, что тупо смотрит на пламя свечи и ни о чем не думает. То же самое делали все остальные. В конце концов она просто-напросто объявила, что устала и утром ей предстоит тяжелый день и предложила развести всех по домам. Тоня облегченно вздохнула, да и Ирка была не против. Лишь участковый заверил, что доберется сам.
- Куда тебе ехать? - спросила Аня. - Давай я отвезу тебя, а завтра приеду, чтобы ты забрал машину.
- Я посплю в машине, - заверил он.
Аня пожала плечами. Ей было безразлично. Тут не город: машин мало, как и прохожих в такой час. И потом он до жути ей надоел. Они быстро собрались и уселись в машину. Участковый откинулся на сидении своей.
- Не парься, Тонька, - как только они отъехали, Ира обернулась к Тоне сидевшей сзади. - Он ни слова не скажет. Он знает, что я тогда не промолчу и расскажу его Ленке, где он шастает по ночам.
- Блин, "Санта Барбара" прямо.
- А то! И у нас бывает весело, - она засмеялась.
Поездка заняла пятнадцать минут. Аня распрощалась с Иркой и Тоней. Ирка обещала завтра заскочить и помочь в подготовке к прощальной церемонии. Аня тяжело вздохнула. Ей до сих пор становилось не по себе, когда она думала о том, что ей предстоит провести ночь с покойницей под одной крышей в полном одиночестве. Память вновь нарисовала образ мертвой матери с серым лицом и злобным взглядом полуоткрытых глаз.