Александр Рар – 2054: Код Путина (страница 20)

– России нужно преодолеть свое прошлое, она должна возместить свою вину, как это сделала бывшая нацистская Германия. – Некоторые участники взвыли от восторга. Брек добавила: – То, что те преступники сталинского режима, которые еще живы, не преследуются, это скандал!

Ветров страдал как пес. Раньше он всегда был на переднем фронте, когда речь шла о том, чтобы заклеймить Советский Союз. Но Россию он не мог не взять под свою защиту, и он вмешался. Немцам хорошо говорить, они снова объединены, и не следует забывать – с помощью России! От смертельной Берлинской стены остались только несколько каменных плит, служивших площадками для граффити самодеятельных художников со всего мира. А теперь Запад должен помочь России выкарабкаться из экономической нужды. Россия будет вечно благодарна Западу.

Директор института напыжился и покраснел. Он ненавидел, когда его перебивают на самом важном месте, и вот теперь он потерял нить. В последовавшей кофейной паузе Ветров неожиданно столкнулся с Адо. Отступать было некуда, обоим вместе пришлось стоять в очереди за напитками.

– Почему США не ушли с Европейского континента после исчезновения коммунистической угрозы? – спросил Ветров с деланой наивностью.

Адо желчно бросил в ответ:

– Только Америка в состоянии оберегать самостоятельные и свободные бывшие советские республики от новой русской империи.

Ветров разочарованно ответил:

– То есть продолжение холодной войны? Вместо борьбы с коммунистическим СССР Запад будет теперь бороться с националистической Россией?

Реакция была обескураживающей. Адо молча удалился, покачивая чашкой кофе, к более интересному для него и прежде всего более важному участнику конференции.

Позже Ветров встретил директора института в туалете. Пока мыли руки, русский эмигрант корил немцев за нежелание сближаться с Россией в вопросах безопасности. Прошедший огонь, воду и медные трубы профессор спокойно пояснил:

– Ведь страны-победительницы дали согласие на воссоединение Германии только при одном условии: что Германия останется в НАТО, Америка укрепит свою ведущую роль на Западе, Германия откажется от немецкой марки и станет главным мотором в еврозоне.

Таким образом, было ясно, какая роль в будущем отводится Германии – вечного интегрирующего звена Европы и Запада. Хорошо, немецкий вопрос в Европе был тем самым решен. Но как решить русский вопрос?

Кто-то похлопал Ветрова по плечу. Француз Поль Ревэ всплыл из небытия. Он шепнул ему:

– Алексей, поезжайте во дворец Комменде. – Ветров поднялся и направился к двери. Он еще услышал последний вопрос Мербаха:

– Победа Запада лишь тогда будет окончательной, когда Россия перестанет быть атомной державой. Не могут ли США выкупить у русских оружие массового уничтожения? – Эта идея заставила содрогнуться Ветрова, когда он поспешно выходил на улицу.

Приближался новогодний праздник. Ветров был убежден, что Россия скоро появится на Западе. Российское общество во всем ощущало потребность наверстать упущенное и хотело поучиться у Запада. Приезжающие на Запад русские, когда у них были на это деньги, ни в чем себе не отказывали, исполняя свое даже самое экзотическое желание. Они стремились побыстрее использовать благоприятный момент: ведь завтра в России может появиться диктатор и снова все у них отнять – как уже часто бывало на протяжении русской истории.

Желанные, сексуально одетые женщины из России источали женственность, утраченную женщинами, вскормленными феминистками Западной Европы. Русские мужчины не могли ничего затеять с эмансипированными немками и нахально острили: «На Западе больше не осталось красивых баб – гены-то не сохранились, ведь их же всех сожгли как ведьм в Средние века».

Быстро найти иностранца и выйти за него замуж – это был для многих русских женщин вожделенный билет в новую, сказочную и беззаботную жизнь. Стоило женщине оказаться в браке, как она уже шла налево, и ему приходилось подавать на развод. За этим следовали выплаты денег на содержание бывшей жены разочарованного, беспомощного мужа, а она отправлялась на поиски еще большего счастья.

Ветер бил Ветрова по лицу. Он не заметил закутанную в пальто фигуру, которая вышла вслед за ним из здания. Пока он ехал вниз по улице к Райнауэ, романтическое Семигорье с покрытыми снегом склонами и стоящий на вершине горы Драхенбургский замок навели его на другие мысли. Машина преодолела мост Кеннеди и съехала с дороги. Ветров сразу же увидел построенный в неоготическом стиле замок, бывшую резиденцию рыцарского ордена Святого Грааля.

Здесь, в Рамерсдорфском Комменде, восемь столетий тому назад собирались изгнанные со Святой земли немецкие крестоносцы, чтобы начать свой поход на Восток. В нынешней Прибалтике в те времена возникло мощное немецкое орденское государство – как воинствующий западный таран в мир славян. Флаг со странным гербом с двумя львами и орлом под ними развевался на белой башне дворца.

Алексей Ветров припарковал машину и направился к входной двери. Он чувствовал, что находится в достопримечательном месте. Поль Ревэ уже ожидал его. Бывший офицер связи теперь работал генеральным секретарем Трехсторонней комиссии. Старинный французский орден, предводителем которого раньше был Кокто, теперь слился с новой мировой сетью Трехсторонней комиссии – влиятельной организацией трансатлантически настроенных политиков, лиц, облеченных правом принимать решения, и западных финансистов высшего звена. Это было в своем роде мировое закулисное правительство. Здесь, как поговаривали конспирологи, разрабатывалась архитектура грядущего мира. «Современные крестоносцы», – подумал про себя Ветров.

Ревэ был не один в комнате. За накрытым столом сидели еще два человека. Свечи освещали их лица. Магистр ордена Святого Грааля, представившийся Ветрову просто Хорном, радостно пожал руку русскому эмигранту. Ветров удивленно разглядывал его одеяние. Мужчина был облачен в белую накидку, по краям украшенную гербами. Не хватало только золотого меча и шлема – тогда атмосфера средневековых крестоносцев была бы великолепно воссоздана.

Рядом с магистром сидела историк Лиза Андреэ, хорошо знакомая по Боннскому научно-исследовательскому объединению. Что общего было у этой изящной дамы с делами ордена?

После того как худощавый официант принял заказы и покинул зал, Ревэ вынул лист бумаги:

– Вот результаты научных разысканий в Мюнхенской государственной библиотеке.

Ветров держал в руках копию текста середины XVI века – это было сообщение о необычайном небесном явлении над Южной Францией, которое наблюдали многие испуганные свидетели. Адресован отчет о результатах расследования был тогдашнему королевскому наместнику в Провансе. Очевидно, произошло нечто настолько противоестественное и необъяснимое, что правительственный чиновник был вынужден распорядиться провести официальное расследование происшествия, слухи о котором дошли до Парижа. Провести расследование было поручено жившему в то время в Салон-де-Провансе медику и астрологу Мишелю Нострадамусу. Его отчет был переведен на немецкий неким Иоахимом Хеллером и опубликован на плакате в 1555 году в Нюрнберге.

Милостивый государь, по моему предыдущему подсчету, имевшему место в первый день февраля этого года 1554, здесь, в Салоне, 10 марта приблизительно между 7 и 8 часами вечера было увидено весьма пугающее и ужасное предзнаменование, достигшее, по моему разумению, Марселя. После этого оно также появилось в Сен-Шама неподалеку от моря, таким же образом при луне, приближавшейся в это же время к первой четверти, большой огонь, пришедший с востока и повернувший затем на запад. Этот огромный огонь, очертаниями похожий на большой горящий столб или факел, от него исходило удивительное сияние и отскакивали огненные брызги, как от раскаленного железа, которое обрабатывает кузнец. Еще от этого огня летели вверх искры, сверкающие как серебро, и был он непомерной длины, почти как лестница Иакова (Млечный Путь) на небе, которую называют галактикой. Очень быстрый, как стрела, с большим шумом и треском, который поэты из суеверия называют чрезмерным разломом, подобно тому как листья и деревья разносятся в разные стороны мощным ветром. Это длилось долго, до двадцати минут, пока он не повернул над местностью Кро д’Арль к югу, высоко к морю, и оставляемая им длинная огненная полоса долгое время сохраняла свой огненный цвет, и от него разлетались огненные искры, как молния, падающая с неба. Это предзнаменование было намного ужаснее, чем его способен выразить или описать человеческий язык. Для меня это выглядело так, словно это пришло с горы с противоположной стороны Экса, которую называют Сент-Виктуар. Когда меня пригласили в Экс 14-го числа этого месяца, я прилежно расспросил многих граждан, видели ли они также подобный знак, но мне ничего не удалось узнать. Однако всего в двух милях оттуда нашлись очевидцы, и господин из тех мест, который сам это видел, попросил меня подтвердить и описать все это живущему там же его двоюродному брату. Через два дня после того, как я это наблюдал, ко мне пришел цирюльник из Сен-Шама и объяснил, что он и другие горожане также лицезрели это явление в виде половины дуги до испанского моря, и там, где она спускалась с высоты, превращала в пепел и уничтожала все, что попадалось на пути. Перед этим на небе и вдали она увеличивалась до размеров «пизанского бега» или стадиона (шириной в 125 шагов), откуда все больше и больше летело и падало искр. Насколько я могу сообщить об этом явлении, после осмотра этой местности и состояния погоды все это не видано ранее, и дико слышать об этом. Было бы намного лучше, если бы оно не появилось. Ибо это явление подает определенные предзнаменования, что этому краю Прованса и другим приморским районам грозит неожиданное и непредвиденное горе – через войну, огонь, голод, чуму и другие чуждые болезни, либо же они будут замучены и порабощены другими нациями. Это предзнаменование видели более тысячи человек, и меня попросили все это разузнать и описать вашей милости, как я увидел собственными глазами и услышал. Молю Господа нашего Иисуса Христа от щедрот Его ниспослать вашей милости славу, долгую жизнь и здоровье.