Александр Рар – 2054: Код Путина (страница 22)
Хорн между тем нервно мерил шагами комнату, уже не в состоянии усидеть на своем троне. Он опять открыл дверь, чтобы удостовериться, что их не подслушивают. И вновь фигура спряталась в холодном коридоре. Через какое-то время официант принес бутылку красного вина с маркировкой «Тайный советник». Снаружи во все более холодной тьме башенный колокол пробил полночь.
В восьмидесятые годы самые опытные французские военные эксперты по расшифровке секретных кодов, на которых постоянно наседал Ревэ, глубоко проникли в материю и достигли интересных результатов. Они пришли к выводу, что тайный код для чтения всех пророчеств был встроен в письмо Генриху. Иначе, чем в четверостишиях, предсказания здесь были размещены в хронологической последовательности. Письмо состояло из двух частей, или матриц, упакованных в типичные апокрифы Нострадамуса, которые с поразительными подробностями описывали историю Европы от Французской революции до середины XXI века или даже сверх того.
Каждой из двух частей предшествовал ряд цифр. Первая часть содержала указания года из иудейской истории сотворения мира, вторая – указания года из исчислений Книги Бытия, сделанных самим Нострадамусом, делая которые он проявил невообразимую смелость «править» библейские данные. Ряды цифр смысла не имели – и тем не менее именно «неправильные» цифры, похоже, содержали ключ. Провокация была превосходной, если представить себе разницу сумм годов из первой и второй матриц: 666 – апокалиптическое число Антихриста.
Ветров хорошо знал Откровения Иоанна Богослова. Он сделал не одну философскую передачу на радио «Свобода» по Евангелию от Иоанна. Тема Страшного суда занимала человечество в течение двух тысячелетий. А что, если французский «пророк» своей хроникой человечества преследовал цель внушить людям ложное представление о Страшном суде? Что, если Нострадамус в действительности ввел в заблуждение потомков, готовившихся к пришествию Антихриста, об истинных намерениях злодея?
Ветров уже не мог избавиться от этой однажды нашептанной, несуразной мысли. Ведь в итоге все бы запали на нее, и, вместо того чтобы заниматься Священным Писанием, люди бы штудировали Нострадамуса, отравлявшего их души.
На самом деле было очень скверно, что криптологам Ревэ за все эти годы не удалось раскусить истинный код для расшифровки прорицаний. Поскольку сам Нострадамус предсказал, что его тексты только через пятьсот лет после его смерти смогут быть поняты, было очевидно, что код будет расшифрован именно в этот период благодаря определенному событию. Какое же событие это могло бы быть? Знал ли прорицатель об ужасном сценарии – например, об убийственной атомной войне, – о котором он лишь незадолго хотел предупредить население Земли?
Хорн подчеркнул одну особенность в письме к Генриху, которая еще не бросилась в глаза западным апологетам Нострадамуса: они исходили из того, что ясновидящий поместил свою родину Францию в центр предсказаний. Но Нострадамус как самую мощную силу в конце света упомянул власть «Севера» – Аквилона. Ветхозаветные пророки понимали под Аквилоном Персию. Хорн был убежден, что Нострадамус, гражданин Франции XVI века, мог иметь в виду только Россию. Уже русский поэт Волошин, не чуждый оккультных наук, считал, что французский предсказатель привнес в свои описания русскую перспективу.
Хорн резко оборвал свои рассуждения и предложил всем участникам уединиться для индивидуального изучения предсказаний. Западные правительства видели глобальные мировые перемены и ожидали от своих «мозговых центров» конкретные сценарии будущего. Никто не предсказал развал СССР. Привлечение эзотерических текстов не возбраняется.
Прежде чем уйти, Ветров хотел получить ответ на один мучивший его вопрос. Не предсказывал ли Нострадамус помимо упоминания семидесяти трех лет еще что-нибудь о России? Хорн кивнул и процитировал четверостишие 95 из третьей центурии Нострадамуса:
Чье имя скрывалось под Мором? Томас Морус. Когда Нострадамус только появился на свет, английский философ как раз написал свой знаменитый роман «Утопия», речь в котором шла о социально справедливом обществе без частной собственности и частного капитала. Иными словами, предшественник более позднего коммунизма. А кто скрывался под Борисфеном? Так европейцы называли раньше реку Днепр, в которой князь Владимир тысячу лет назад крестил Русь. «Борисфен» могло бы читаться как анаграмма имени разрушителя коммунизма Бориса Ельцина. Или речь шла об Украине. Разумеется, западные кредиты и обещания демократии были заманчивей, чем коммунизм.
Ветрову это пророчество показалось чересчур абстрактным, чересчур расплывчатым. Неужели не было ничего более выразительного? Тогда Хорн процитировал, пожалуй, самое знаменитое четверостишие 10/72:
11 августа 1999 года ожидалось большое солнечное затмение, сообщил Хорн. Когда Нострадамус сочинял свои тексты, большая календарная реформа еще не была произведена. По действовавшему тогда юлианскому календарю 11 августа приходилось на июль. Но как мог Нострадамус рассчитать солнечное затмение, руководствуясь тогдашними примитивными астрономическими знаниями? И следовали ли потом мировое потрясение и переход в магическое седьмое тысячелетие? Предсказание на 1999 год свидетельствовало о чем-то совсем особенном, ибо в основных текстах почти не было других указаний на точные даты. Августа 1999-го следует дождаться, заметил Хорн. К этому моменту Запад попадет под влияние Востока, новых монголов. И будет война: Марс – бог войны. Он процитировал еще одно четверостишие Нострадамуса под номером 10/89:
В глубокой задумчивости Ветров вышел в холодную зимнюю ночь. Нострадамус сообщил, что счастливое послевоенное время, начавшееся в 1945 году, закончится после 2001 года. Ветров и представить себе не мог, кто, ради всего святого, мог бы разрушить только недавно выстроенный мировой порядок.
2001
Телефонный звонок разбудил Алексея Ветрова, прилегшего отдохнуть после обеда. Звонил его старший сын из Берлина:
– Скорей включай телевизор! Спортивный самолет или что-то в этом роде только что врезался во Всемирный торговый центр в Нью-Йорке! – прокричал запыхавшийся Георгий.
Трагический несчастный случай? Телекамеры многочисленных теле– и радиорепортеров в Нью-Йорке были направлены на манхэттенские небоскребы и пылающую посередине, словно гигантский факел, северную башню Торгового центра. Зрителей охватил смертельный ужас.
Ветров не мог отвести глаза от экрана, слушая бессвязные местные комментарии. Один раз исламскими террористами уже было совершено покушение на этот столь символичный для Америки ансамбль зданий. Только в прошлом году Ветров принимал участие в заседании Трехсторонней комиссии в Вашингтоне, на которой бывший директор ЦРУ предупреждал о «небывалом теракте» против Нью-Йорка и даже говорил о грязной атомной бомбе, которую исламские террористы намеревались контрабандой провезти в США. «Полный бред», – подумал тогда Ветров.
А теперь он не верил своим глазам. Неожиданно вдалеке в безоблачном голубом небе показался второй самолет, подозрительно низко на высокой скорости приближавшийся к Нью-Йорк Сити. Ветров не смог подавить вскрик, когда на глазах у миллионов телезрителей всего мира пассажирский самолет со всей силы врезался в южную башню Всемирного торгового центра. Тут же вспыхнул новый гигантский пожар, взрывающиеся баки с топливом подожгли вторую из башен-близнецов. Увиденное не укладывалось в сознании Ветрова. Не оставалось сомнений: мир вступал в новый конфликт.
Два черных факела горели в небе самой знаменитой метрополии мира. Отчаявшиеся люди махали белыми платками на верхних этажах, они были замкнуты в огне и оказались в ловушке, напрасно надеясь на помощь. Пожарные лестницы не доставали до верхних этажей, а вызванные вертолеты из-за огня не могли сесть на крыши башен. В паническом страхе люди очертя голову выпрыгивали из окон верхних этажей, обрекая себя на верную смерть. Ветров был не в силах больше смотреть на экран. Через несколько часов Всемирный торговый центр рухнул как карточный домик, похоронив под обломками три тысячи жертв.
События сменяли друг друга каждую минуту. Телеведущий рассказал о других угнанных самолетах и террористах в американском воздушном пространстве, о взрывах бомб перед Государственным департаментом в Вашингтоне, о том, что президент США и его правительство укрылись в бункере от атомной бомбы – США погрузились в хаос. Единственная супердержава в мире осталась без руководства, в дикой панике. Ровно через шестьдесят лет после Перл-Харбора Соединенные Штаты вновь были атакованы чуждой силой. Президент США, пришедший в себя и готовый к действиям, говорил о третьей мировой войне.