Александр Поуп – Поэмы (страница 68)

Плут силится испытывать судьбу, Риск нравится безумному рабу. Порою добрый слаб и не богат, Душевному покою добрый рад. Обогати его, хоть был он тощ, И скажут: "Он богат, но где же мощь?" Пусть будет мощью добрый одарен, А где же, скажут, королевский трон? Коль внешний блеск достался без труда, Зачем же человек — не Бог тогда? Однако Бог достаточно дает, Поскольку нам не счесть его щедрот; Просить мы можем Бога без конца, Но где предел терпению Творца? VI. Награды неземные хороши. Сиянье солнца в глубине души Вознаграждает нас в земной тщете. Подаришь ты карету нищете, Дашь меч тому, в чьем веденье закон, И возведешь гражданственность на трон? Глупец! Неужто небо нам должно Давать все то, чего желать грешно? Ты мальчик или муж? Кто ты таков, Любитель яблочек и пирожков? Как мнит индеец обрести в раю Свою собаку и жену свою, Так ты богоподобному уму Мирскую предназначил кутерьму, А трапеза подобная скудна Или для Добродетели вредна; Так тот, кто в двадцать лет бывает свят, Развратом обездолен в шестьдесят. Покоя не обрящем ли, признав: Богатство — благо лишь для тех, кто прав? Сенаторов ты купишь и судей, Не купишь только мнение людей. Неужто меньше любит Бог того, Чья жизнь — добра и правды торжество, Того, кто возлюбил наш грешный род, Но получает маленький доход? Сословие — не честь и не позор; Честь в том, что миновал тебя укор. Один в своих лохмотьях горделив, Другой в парче угодлив и пуглив; Сапожник носит фартук, рясу — поп, Короною увенчан царский лоб; Корона не похожа на чепец, Еще различней умник и глупец. Монарх порой пойти в монахи рад, И как сапожник, пьян порой прелат, Но человек — и нищий и вельможа; Все остальное лишь прюнель да кожа. От королевской шлюхи ордена Получишь ты, но грош тебе цена; Пусть кровь Лукреции в тебе течет,[122] И притязает знатность на почет, Ты лишь тогда почет приобретешь, Когда свои заслуги перечтешь, Но если твой древнейший знатный род Производил негоднейших господ И каждый предок — сущий обалдуй, На древность рода ты не претендуй, Когда мерзавцу чуждо благородство, Кровь Говардов — отнюдь не превосходство.[123] А в чем тогда Величие? Открой!