Александр Плотников – Суровые галсы (страница 39)
Взяв несколько громких аккордов, Сергей проиграл мелодию без слов, успев вопросительно взглянуть на слушательницу. Затем продолжил:
Сергей пригасил ладонью звучание струн, медленно положил гитару на колени.
— Вот такой опус.
— Собственного сочинения? — спросила Карина.
— Слова и музыка доморощенные.
— Вполне профессионально, на мой непросвещенный взгляд, — сказала гостья. — Только автором, похоже, не пережито. У вас-то тут, насколько я понимаю, кислород никогда не кончится…
— А вы все-таки язва, извините за грубое слово.
— Зачем такая щепетильность. Вы совершенно правы. Меня профессия научила ко всему относиться с недоверием. Слишком много желающих прославиться.
— Зато моя профессия основана на полном доверии.
— Значит, вам больше повезло… Простите за нескромность, вы женаты?
— Моя невеста еще в куклы играет.
— Так я и думала, — ехидно хмыкнула Карина.
— Это почему?
— Диковатый вы, как все старые холостяки…
— Я-то старый холостяк? — возмутился Старков. — Да мне всего двадцать седьмой пошел!
— По теперешним временам и нравам вы должны двоих детей иметь. Дочку и сына.
— А у вас самой они есть?
— К сожалению, тоже нет. Хотя замужем я успела побывать.
Резко взвизгнув на высокой ноте, на улице за окном где-то включилась сирена. Старший лейтенант вскочил, толчком распахнув дверцы шкафа, вытащил зеленую противогазную сумку.
— Это что, пожар? — воскликнула гостья.
— Нет, учебная тревога.
— Недостаточный повод, чтобы оставлять женщину одну.
— Сожалею, но мне надо мчаться. Служба не всегда мать, она бывает и мачехой.
— Надолго вы меня бросаете?
— Не имею понятия.
Старков выскочил за дверь. Карина хотела подняться и отправиться следом, но какая-то дремотная вялость сковала ее руки-ноги, расхотелось подниматься с диванчика, куда-то и невесть за чем идти. Она осталась на месте, сквозь полуопущенные ресницы рассматривала мерцающие блики солнечных зайчиков посреди комнаты…
Вадим увидел ее в коридоре вгиковского общежития, бесцеремонно остановил вопросом:
— Откуда ты, прелестное дитя?
Он был высок, русобород и самоуверен. Карина попыталась молча высвободить свою ладонь из его сильной руки, но это ей не удалось.
— Позвольте мне пройти, молодой человек, — нахмурилась она.
— Я не так уж молод, как вам кажется! — показал в улыбке красивые ровные зубы бородатый нахал.