Александр Плеханов – Оболганная сверхдержава (страница 11)
Сталин директиву все же подписал, и она ушла в войска в 00 часов 30 минут 22 июня, но ни на что повлиять она уже не могла. Армия – не гоночный автомобиль, который может резво рвануть с места и за пару секунд разогнаться до 100 км/ч. Чтобы привести гигантский армейский организм в состояние полной боевой готовности, требовались многие часы, которых уже не было. Впрочем, даже если бы директива ушла в войска на сутки раньше, это также ничего не изменило бы. Возможно, немцы встретили бы лишь чуть более сильное сопротивление утром 22 июня, да потери не были бы такими катастрофическими.
Причина заключалась в том, что Красная армия, в отличие от вермахта, не была полностью отмобилизована и боеготова, вот почему с первых часов войны она вынуждена была действовать, подстраиваясь под противника, не владея стратегической инициативой. Переводя на боксерскую терминологию, вермахт с первых секунд «боя» утвердился в центре ринга и наносил нокаутирующие удары, которые Красная армия в жутких условиях дезорганизации и потери управления пыталась парировать. По большей части безуспешно.
Как бы то ни было, день 21 июня 1941 года стал последним днем существовавшего мирового порядка. После перехода вермахтом советской границы начнется другая эпоха, начнется отсчет времени до краха нацисткой Германии и её союзников, СССР начнет свой долгий и тяжелый путь к статусу мировой сверхдержавы, реальностью станет закат Британской империи и возвышение США, на долгие десятилетия кардинально изменится политическая карта Европы, да и мира, значительная часть которой будет окрашена в красный цвет.
21 июня 1941 года – это тот день, когда История сделала очень крутой поворот, навсегда изменивший мир и человечество. Не получи вермахт сигнал «Дортмунд» – всё было бы иначе, но… получилось так, как получилось: 350-миллионный гитлеровский Евросоюз отправился в поход на Восток, целью которого было уничтожение 190-миллионного Советского Союза.
21 июня 1941 года многим казалось, что шансов у вчерашней лапотной России устоять в схватке с промышленно развитой и более многолюдной Европой нет никаких. Но наши предки совершили невиданный в мировой истории подвиг, масштабы которого поражают и по сей день, и закончили войну в Берлине. Но это будет только в мае 1945 года, а 21 июня 1941 года советскому народу предстояло пережить жуткие и кровавые 1418 дней войны – самой страшной войны за всю тысячелетнюю историю России.
И тем омерзительнее выглядят слова некоторых «историков» сказанных в постперестроечные годы – Сталин не успел напасть на Гитлера, воевали не умением, а числом, Сталин нападение проспал, Красная Армия к войне была не готова, в атаку ходили с одной винтовкой на троих и тд.
22 июня 1941 года. Вставай, страна огромная
Когда разного рода исследователи говорят, что летом 1941 года СССР пережил разгром, они, мягко говоря, лукавят. А если же называть вещи своими именами – то нагло врут. Причем врут, начиная даже с утверждения о том, что на СССР напала Германия. Хотя если посмотреть на состав гитлеровской коалиции, то выяснится, что СССР воевал против всей Европы, за исключением Англии и Ирландии и нейтральных стран.
22 июня и в течение ближайшей недели в поход на Восток отправился не только гитлеровский вермахт, но и войска Венгрии, Италии, Румынии, Австрии, Словакии, Финляндии, Испании, плюс к этому в боях против Красной Армии приняли участие хорватские, голландские, французские, бельгийские, датские и шведские добровольческие формирования. Ни с одной другой страной Гитлер не воевал, имея столько союзников и не сосредоточив столько сил.
Достаточно посмотреть на национальный состав пленных после окончания войны, где помимо наших прямых противников немцев, румын, итальянцев и венгров мы увидим 70 000 чехословаков, 60 000 поляков, 23 000 французов, 14 000 молдаван, 4 700 голландцев и даже 10 000 евреев. И это только те, кто попали в плен.
Но подсчетом пленных занялись уже после войны, а тогда, 22 июня 1941 года для всех пришло страшное осознание свершившегося факта – Гитлер ударил первым, ударил вероломно и страна столкнулась с таким противником, какого не встречала с нашествия Батыя. Как все мы знаем, ударов вермахта – гораздо более слабых – до этого не выдерживал никто. Польская армия оказалась на грани поражения меньше чем через десять дней войны. Англо-французы продержались чуть более месяца, после чего гордые сыны Альбиона драпанули на свой остров, а французы дружно переквалифицировались в пацифистов, объявив Париж открытым городом. Датчане, бельгийцы и голландцы вообще сражались не столько с Гитлером, сколько за него. Греки и югославы также не вынесли первого удара, как и норвежцы. Ни одна из стран, даже такая мощная в военном отношении, как Франция, да ещё с союзниками, да ещё и с полностью отмобилизованной армией, не продержались против Гитлера, используя боксерскую терминология, и раунда. В июне-июле 1941 года казалось, что и Красная Армия пребывает в состоянии тяжелого нокдауна, за которым последует нокаут.
Однако уже 23 июня 99-я стрелковая дивизия при поддержке пограничников выбила немцев из Перемышля и удерживала город до 27 июня. Таким образом, Перемышль стал первым советским городом освобожденным от захватчиков в ходе Великой Отечественной войны. 30 августа командующий Резервным фронтов Г. К. Жуков провел Ельнинскую операцию, отбросив с ельнинского выступа дивизии 4-й армии под командованием Г. фон Клюге. В декабре ещё более сильный удар Красная Армия нанесла под Москвой, а затем, в январе 1942 года немцы узнали всю прелесть сидения в «котлах» – под Демянском и в Холме. Ничего подобного вермахт не встречал во время победного марша по Европе.
А ведь ещё в июле глава немецкого Генштаба Ф. Гальдер записал в своем дневнике:
Уже в первых боях немцы отмечали совершенно иной качественный уровень противника. Это по Франции и Польше они прошлись в прогулочном темпе, а войдя на территорию СССР, немцы столкнулись с тем, что тут по ним стрелял каждый куст. Несмотря на ряд бесспорных успехов начального периода войны, вермахт, в прямом смысле, дополз до Москвы только поздней осенью. Чтобы отхватить давно заслуженную порцию тумаков в белоснежных полях под Москвой.
Для сравнения: Наполеон, начав вторжение в Россию на два дня позже Гитлера и имея в своем распоряжении лишь гужевой транспорт, а не собранные со всей Европы грузовики, не говоря уж о танках и бронетранспортерах, оказался в Москве уже в начале сентября. О чем это говорит? Как минимум о том, Красная Армия не только драпала и массово сдавалась в плен, как это представляют либеральные историки, но и отвечала вермахту и его союзникам весьма чувствительными контрударами. Коих, в отличие от Польши и Франции, было в разы больше. Признавать это либеральные историки не хотят, поэтому без устали вбрасывают ахинею про помощь «генерала Мороза» и бесконечные людские ресурсы СССР.
Что касается «генерала Мороза», то не вина Сталина в том, что недальновидный Гитлер и его полководцы не додумались заготовить для своих орд вторжения зимние обмундирование. Гитлер собирался закончить войну до холодов – ну так это не вина Сталина, что противник у него оказался таким самоуверенным до глупости.
А что касается людских ресурсов, так к началу Сталинградской битвы население СССР сократилось примерно до 135 миллионов человек, а население гитлеровского Евросоюза, вместе с оккупированными территориями Советского Союза, уже превышало 400 миллионов. Поэтому когда либеральные историки говорят о неисчерпаемых людских ресурсах СССР, они кого считают дураками? Или у них настолько плохо с арифметикой и наблюдается такой дефицит серого вещества, что 135 миллионов они считают бóльшей величиной, чем 400 миллионов?
Если кто и обладал неисчерпаемыми людскими ресурсами, так это Гитлер, а не Сталин, который в 1942 году честно признавал, что потеря Прибалтики, Украины, Белоруссии и западных и южных областей РСФСР лишила СССР преимущества в людских ресурсах. К этому стоит добавить и потерю промышленно развитых и сырьевых регионов. Которые достались Гитлеру, но даже обладая ими он не смог добить СССР и в том же 1942 году умудрился ещё и проиграть промышленную гонку – советские заводы, многие из которых были эвакуированы и работали чуть-ли не в чистом поле, смогли превзойти гитлеровский Евросоюз по выпуску военной продукции.
Сталин ещё в 1942 году столкнулся с такими трудностями, с которыми Гитлер столкнётся только в середине 1944 года, но даже имея почти два годы «форы» Германия не смогла этим воспользоваться. Поэтому, повторимся, Сталин был не виноват в том, что его противником был европейский, самоуверенный до одури «архистратег». Который долгое время не решался переводить промышленность как Германии, так и покоренных стран, в режим военного времени. И который всерьез недоумевал – как это немцы будут начинать свой день без кофе со сливками? И как это в пятницу вечером какой-нибудь рабочий крупповского завода не сможет пропустить пару кружек пива с сосисками? А в СССР в это время за станками стояли полуголодные дети и женщины, несмотря на все трудности, выпускавшие военной продукции больше чем весь гитлеровский Евросоюз и уступая по выпуску самолетов только США.