Александр Плеханов – Нога Бога (страница 5)

– Ну так время час ночи, он чего делать должен? Штангу поднимать?

– У него ума хватит, – опять плеснул желчью Тычков. – В общем завтра, у стадиона в одиннадцать ноль-ноль, и не опаздывать мне.

– Чего раскомандовался?

– А это не я, это гражданин начальник предупредил, – желчь в голосе Тычкова полилась через край. – Всё, на связи.

* * *

Мезенцев ещё издалека заметил Тычкова стоящего перед трибунами с какой-то брошюрой в руках. Это было очень необычно, потому что Тычок и чтение были также несовместимы, как коммунизм и либералы. Удивил Мезенцева и внешний вид Тычкова – бывший перспективный полузащитник выглядел как рядовой российский турист дорвавшийся до турецкого или египетского курорта: какая-то непонятная, цветастая майка, шорты и шлепацны. В таком виде обычно ходят на пляж или за пивом, но никак не на переговоры. Тычкова в какой-то мере оправдывал очень жаркий день, в который шорты и майка смотрелись уместно, но всё же видок у него был слишком неофициальный.

Не успел Мезенцев дойти до трибун как перед ними лихо тормознула «ауди» Полубоярова. Товарищ майор подготовился к переговорам куда основательнее: льняной костюм, тщательно причесанные волосы, с щедрым добавлением геля, солнцезащитные очки и кожаная папка в руках. Всем своим видом Полубояров показывал, что он человек серьезный и деловой. Сам же Мезенцев оделся в спортивный костюм, полагая, что ему предстоит демонстрировать свою ногу Бога. А в пиджаке и брюках делать это неудобно и нелепо.

– Чего читаем? – Полубояров бесцеремонно выхватил у Тычкова брошюру, – Методические рекомендации по борьбе с пьянством среди авиаработников, – прочитал он. – Не знал, что ты авиатор.

– Отец у меня бортпроводником был, – начал было объяснять Тычок, но Полубояров перебил его:

– Батя тоже керосинил? Понятно, в кого ты такой трезвенник. Куда едем, авиатор?

– Западная улица.

– В «АМО» что ли? – недовольно посмотрел на него Полубояров возвращая книжку. – Я думал ты, минимум, с «Сокольниками» договорился.

– Надо время. Не удалось пока нужному человечку дозвониться.

– Ну ладно, «АМО», так «АМО». Хорошо что я и к этому варианту подготовился, – Полубояров многозначительно потряс перед носом Тычкова своей кожаной папкой. – Чего залипли? Поехали.

Через полчаса, у входа на стадион «АМО», Тычкова, Мезенцева и Полубоярова встретил пожилой мужик в странном наряде: спортивные штаны с кроссовками и пиджак с красным галстуком. Несмотря на полный абстракционизм в одежде, мужик с плохо скрытым презрением оглядел всю троицу, на секунду задержав взгляд лишь на представительном Полубоярове.

– Виталя, – печально заскрипел мужик, взяв Тычкова под локоть и отведя чуть в сторонку, – ты кого мне привёл? Я думал у тебя пацанчик молодой, а это что за пенсионеры?

– Валентиныч, – Тычков засуетился, – подожди, не гони. Посмотри и офигеешь, ты такого никогда не видел.

– Да? – мужик ещё раз окинул скучным взглядом Мезенцева и Полубоярова. – У тебя будет десять минут, так уж постарайся не налажать, как ты любишь…

– Уважаемый, – Полубояров решительно двинулся вперед и отстранил Тычкова, – это у вас есть десять минут, после чего мы разворачиваемся и едем с другими общаться.

– Какой быстрый, – усмехнулся мужик, однако развивать дальше свои мысли вслух не стал, столкнувшись с хмурым взглядом Полубоярова. – Ну пошли, посмотрим, что вы там предлагаете.

Через пять минут Мезенцев, Полубояров и Тычков сидели в просторном светлом кабинете за большим палисандровым столом. Напротив них сидели четыре человека, как понял Мезенцев, не последние люди в «АМО».

– Мы вас внимательно слушаем, – произнес худой невысокий мужичок, представившийся Анатолием Сергеевичем, главой скаутской службы. Тычков открыл было рот, но Полубояров взял переговоры на себя.

– Спасибо что приняли. Хотим вам сделать одно предложение, – начал он, цепко оглядывая присутствующих. – Уверен, оно вас очень заинтересует.

– Какое предложение? – в голосе Анатолия Сергеевича откровенно сквозила скука.

– Андрей, – Полубояров кивнул в сторону Мезенцева, – может забить мяч с любого расстояния. Гарантированно. Хоть со штрафного, хоть с игры, хоть с углового.

– Может вам в цирк надо? Там трюкачей любят, – хохотнул другой мужик, одетый в АМОвскую толстовку.

К удивлению Мезенцева Полубояров не взорвался и не вышел из себя, что было бы неизбежно в другой обстановке, а медленно вытащил из своей папки листок, аккуратно разгладил его и опять посмотрел своим фирменным цепким взглядом на присутствующих. От этого взгляда улыбка быстро сползла с лица мужика в толстовке.

– В последних четырех турах вы один раз сыграли вничью и три раза проиграли. Последний раз «Трудовым резервам», ноль-три. В четырех турах вы пропустили восемь мячей и забили один.

– Да и то это был автогол, – подал голос Тычков и Полубояров, пожалуй, впервые в жизни посмотрел на него тёплым, мягким взглядом.

– Это был автогол, – повторил товарищ майор продолжая сверлить оппонентов немигающим, змеиным взглядом. – В турнирной таблице вы находитесь на тринадцатом месте, позади «Юнитаса», «Текстильщика» и «Строителя». Полубояров закрыл папку и побарабанил пальцами по столу:

– И после этого вы нам говорите о цирке?

– У нас молодой состав, команда строится фактически с нуля, – осторожно сказал Анатолий Сергеевич, явно оставшийся не сильно доволен услышанным. – К сожалению, пока не всё получается.

– Хорошо хоть у соперников автоголы получаются, – Полубояров не упустил случая вставить шпильку. – Мы предлагаем вам улучшить турнирное положение. И не просто предлагаем, а гарантируем, что вы его улучшите.

– Как?

– Андрей будет выходить на поле и забивать столько, сколько нужно.

– А как вы, Андрей, это будете делать? – обратился к Мезенцеву Анатолий Сергеевич. – И откуда такие гарантии?

– Андрей много тренировался, – опять подал голос Тычков. – Можете поверить мне как бывшему игроку, таких как он больше нет.

– Прямо уж нет? – опять улыбнулась АМОвская толстовка.

– Вы можете прямо сейчас вчетвером встать в ворота и он вам закатит пять мячей из пяти, – Полубояров бросил в толстовку чугунный взгляд.

– Я очень надеюсь, что вы не шутите и не тратите наше время зря, – Анатолий Сергеевич пристально посмотрел на Полубоярова.

– Я разве похож на шутника? – от ответного взгляда Полубоярова пристальный взгляд Анатолия Сергеевича пошел трещинами как стеклопакет, в который прилетел кирпич.

– Ну раз ваш Андрей такой волшебник, может посмотрим его на поле? – предложила толстовка.

– Единственная правильная мысль за сегодня. Давно бы так, – Полубояров решительно встал. – Не будем тянуть время, нам ещё контракт подписывать.

Толстовка хотела улыбнуться, но холодные глаза Полубоярова излучали такую непреложную уверенность, что улыбка так и умерла не родившись.

Через пять минут Мезенцев, переобувшись в выданные ему бутсы, взял в руки мяч, уже привычно ощутив знакомые вибрации и отошел на десять метров от проплешины одиннадцатиметровой отметки. В воротах стол вратарь АМОвской молодежки, длинный как жердь парень с разведенными в сторону руками. Вокруг этих рук, завиваясь змейками, крутились зеленые струи.

– Пяти ударов вам хватит? – спросил Полубояров.

– Да он и три не забьет, – проскрипел встречавший их мужик. – Васильев пенальти через раз берет, а тут больше двадцати метров.

Мезенцев установил мяч, отошел на три шага, ещё раз убедился что перед воротами разлилось зеленое облако и не особо сильно пробил. Мяч, слегка закручиваясь полетел почти по центру, вратарь уверенно бросился на него, но влетев в облако мяч ускорился и рванул вверх, проскочив между рук кипера и оказался в сетке.

– Случайность, бывает, – пробормотала толстовка.

Вратарь растерянно повертел мяч в руках и бросил его Мезенцеву. Тот отошел ещё на пять метров и встал правее.

– Стойте, – Анатолий Сергеевич поднял руку. – Вообще-то штрафные удары со стенкой бить положено.

– Ставьте хоть две стенки, – милостиво разрешил Полубояров, подмигнув Мезенцеву. В стенку пришлось встать Тычкову, встречавшему мужику и толстовке. Они почти перекрыли дальний угол, а в ближнем замер длиннорукий Васильев. Зеленое облачко плыло над их головами и в него с небольшого разбега ударил Мезенцев. Сначала всем показалось, что мяч полетел мимо ворот, но после облака он резко пошел влево и вниз, во вратарской ударился о землю, вратарь прыгнул на него, пытаясь отбить кулаками, но мяч от газона рикошетом влетел в девятку.

– А с цирком вы неплохо придумали, – помахивая папкой улыбнулся Полубояров. – Ваш вратарь там аншлаги собирал бы.

– Вообще-то договаривались на пять ударов, – зло бросила толстовка.

– А кто-то говорил, что Андрей и три не забьет, – напомнил Полубояров.

– Вот и посмотрим, – толстовка схватила мяч и поставила его в пяти метрах от углового. – Настоящему мастеру с угла забить, раз плюнуть, правда?

– Правда, – кивнул Мезенцев. – Стенку ставить будете?

– Незачем, – толстовка напряженно сопя отошла в сторону. – Думаю, на этом цирк закончим.

Зеленые облака плыли над полем и временами вратарь в них скрывался полностью. И тогда казалось, что его вовсе нет в воротах. Угол был весьма острым, но Мезенцев ударил по мячу так, словно вратаря действительно не было в воротах. «Сухой лист» вышел на заглядение красивым и мяч влетел в крошечную щель между вратарем и штангой в ближний угол.