Александр Петляков – Проблески темноты (страница 4)
– Он ушел…
– Кто это был?
– Он заходил сюда пару раз, а сегодня сказал, что должен его забрать. У него удостоверение сотрудника ФСБ!
– Мы сейчас приедем! Никуда не уходите! И дайте мне кого-то из охраны!
Доктор показал трубкой телефона одному из омоновцев. Тот подошел, послушал что ему говорят, кивнул головой и положил трубку.
– Значит так, сейчас сюда приедет пополнение для нас. Освободите другую палату, мы туда перевезём объект! В новую палату больше никто не войдёт, пока не будет других распоряжений!
Старичок пожал плечами. Он всё ещё не понимал, почему такой интерес к этому молодому парню, но вопросов уже не задавал.
– Делайте, что нужно!
– Он может встать?
– Боюсь, что нет!
– Тогда тащите каталку в палату и быстро!
Доктор подозвал медсестру и дал распоряжения. Девушка взяла каталку у стены и направилась в палату к Климу. Омоновцы пошли вслед за ней. Петр Аркадьевич направился за ними. Последнее время, он уже перестал удивляться тому, что к этому парню повышенное внимание. Но как человек старой закалки, он следовал правилам, которые ему были даны сразу, после поступления этого больного в госпиталь.
Петр Аркадьевич стал в дверях и сказал:
– Везите в 104 на первом этаже!
Один из омоновцев обернулся и сказал:
– Нет! Давайте что-то на последнем этаже!
Старик подумал и ответил:
– Тогда в 516!
Каталка с Климом выехала из палаты и направилась к лифту. Один из охранников остановился у доктора и сказал:
– Предупредите весь персонал! Не оставляйте никого на ночь! Пусть все идут домой, иначе у нас будут серьёзные проблемы!
– Я не могу этого сделать! У нас есть очень тяжелые пациенты, за которыми нужен постоянный контроль!
– Тогда оставьте минимальное количество! Вы понимаете, что те люди, которые приходили, уже не остановятся? У нас может быть критическая ситуация, а ваш персонал может стать как заложниками, так и жертвами!
Петр Аркадьевич подумал секунду и сказал:
– Тогда, я оставлю только мужчин!
Омоновец кивнул головой и побежал к лифту, где уже завозили Клима. Двери лифта закрылись, и он медленно поехал на пятый этаж. Саша посмотрел на свою «компанию» и спросил:
– Ребята, вы кто?
– Всё под контролем, парень! Лежи спокойно! Тебя переводят в палату «выздоравливающих»!
Клим попытался встать, но всё тело не слушалось. Мозг подавал команды ногам и рукам, но те оставались на месте и не торопились их исполнять.
Лифт остановился. Каталку выкатили из него и покатили по коридору в дальнюю палату. Клим осмотрел своё новое место пребывания и понял, что это не палата, а какой-то склад мебели. Здесь были нагромождены тумбочки, столы, стулья. Лежали какие-то баулы с бельём и несколько шкафов, которые стояли близко друг к другу.
Омоновец обратился к напарнику:
– Оставайся здесь! Забаррикадируй дверь и будь начеку! Думаю, сегодняшняя ночь будет бессонной, если раньше всё не случится! Я останусь снаружи палаты. Когда приедет подмога, я её сам расставлю по коридорам и входам. Ты всегда здесь! И смотри, чтобы с крыши к тебе в «гости» не зашли! Не знаю, зачем им этот парень, но ты не расслабляйся!
– Я понял!
Омоновец вышел, а Клим спросил своего охранника:
– Слышь, братишка, что там на улице? Лето или зима?
– Весна, брат! Май месяц!
Клим улыбнулся.
– Май – это хорошо! Я люблю весну! Куда это мы переехали?
Охранник посмотрел на парня и начал укреплять входную дверь шкафами.
– Зачем ты это делаешь?
Омоновец закончил возводить «баррикады», подошел к каталке и сел рядом с Климом на стул.
– Ищут тебя, братишка!
– Кто меня ищет? Я детдомовский, у меня никого нет!
– Думаю, что последнее время, «родственников» у тебя много появилось! И все «любящие»! Что ты там натворил?
Клим наморщил брови и спросил:
– Натворил? Где?
Омоновец махнул рукой, словно вспомнил что-то.
– Ах, да! Я и забыл, что ты ни хера не помнишь!
Прошло несколько часов. Руки и ноги Клима уже начинали поддаваться командам. За окном уже наступал вечер, прежде чем тонкий слух Клима уловил легкий шелест шагов за дверью, в самом начале коридора.
– Слышишь, братишка, я думаю, что ко мне посетители!
– Не бзди, это наши! Подмога прибыла!
– Уверен?
Омоновец немного помолчал, прислушиваясь к словам и сказал:
– Я посмотрю!
Клим тихо прошептал:
– Стой, не ходи!
Омоновец остановился и посмотрел на парня, не понимая, что он хочет сказать. Клим поморщился от боли, которая вернулась в голову и добавил:
– Надо будет, сами войдут! Спрячься, лучше!
Охранник прошептал:
– Они не войдут, я дверь забаррикадировал!
Саша поднял руку и повращал кистью в воздухе. Это уже было что-то реальное. Чувствительность начинала возвращаться. Команды мозга стали выполняться всё быстрее.
– Вот и молодец, что забаррикадировал! Свои не полезут, а про чужих сразу узнаем! Спрячься за эти тумбочки и «засохни»!
Омоновец повиновался. Он знал, что этот парень не просто обычный солдат с рубежа, он почти легенда, о котором знали все и даже Министр Обороны, и Президент. И всё потому, что он уже давно… погиб!
Глава 2
Клим продолжал сжимать и разжимать кулаки. Шаги по коридору приближались. Он слышал, что идут человек 5 или 6, они вооружены и в тяжелых военных берцах.
– Эй, парень, есть ствол?