Александр Петляков – Проблески темноты (страница 3)
– Там будет человек 15 в одном месте и только у одного будет определённая отметка на туловище, по которой вы и выстрелите!
– Что за отметка?
– Там поймёте! У вас будет меньше секунды!
Он повернулся и сказал Климу с какой-то непонятной интонацией:
– Не подведи меня, Саша! Иначе, всё зря!
Глава 1
Клим открыл глаза. Новое утро, во всех смыслах этого слова. Перед глазами высокий потолок военного госпиталя, побеленный меловой известью, справа окно с решётками, из которого пробивались первые лучи утренней зари, батарея, покрашенная в светло-зелёный цвет, стул, тумбочка и храп соседа по палате, напротив.
Саша повернул голову налево и увидел молодую медсестру, которая сидела у его кровати.
– Доброе утро, Саша! Как ты себя чувствуешь?
Парень поморщился от головной боли, которая начинала накатывать на него, как волны, увеличивая свою «амплитуду».
– Кто вы?
– Меня зовут Наташа! Вы меня не помните? Мы вчера уже знакомились!
Клим покачал головой, толи от сильной боли в голове, толи всем этим жестом говоря, что он её не помнит.
В палату вошел мужчина лет 60 в белом халате, с бейджиком на нагрудном кармане. Медсестра сразу встала и подошла к нему. Саша наблюдал за их тихим общением. Врач что-то спросил и девушка, обречённо, покачала головой. Он похлопал её по плечу, и она сразу вышла из палаты. Старичок подошел к Климу и сел на стул. Он пощупал пульс и сказал:
– Ну, здравствуйте, молодой человек! Меня зовут Петр Аркадьевич! А вас?
Клим закрыл глаза и отвернул голову от врача. Он не знал, что ему ответить. Парень не знал своего имени и даже того, где он находится. Доктор этому абсолютно не удивился и продолжил задавать вопросы:
– Как вы себя чувствуете сегодня?
Парень поморщился, повернул голову к доктору и сказал:
– Голова болит
Старичок положил руку на его лоб и сказал:
– Закройте глаза, сейчас всё пройдёт!
Клим закрыл глаза и, вдруг, почувствовал, как боль, постепенно, проходит, как в песочных часах исчезает песок с верхней части. Ещё секунда и боль прошла совсем, и парень услышал голос доктора:
– Ну, вот и всё прошло!
Клим открыл глаза и спросил:
– Вы кто? Доктор?
Старичок убрал руку со лба Клима и уже хотел что-то ответить, но в это время в палату вошел человек в костюме и галстуке. Доктор обернулся, а тот кивнул головой, чтобы врач вышел в коридор.
Петр Аркадьевич похлопал парня по руке и сказал:
– Я скоро вернусь!
Старик, чуть сгорбившись, направился к выходу и закрыл за собой дверь.
– Что скажите, Петр Аркадьевич?
Доктор развёл руками.
– Я не знаю, что вам сказать! Всё так же, как и три месяца назад!
– Неужели, ничего не изменилось?
Петр Аркадьевич вздохнул и сказал:
– Увы, но нет! Он живёт одним днём! Пока длится этот день, он всех помнит, а когда просыпается утром… приходится знакомиться с ними заново!
– Но у него была феноменальная память на лица! У него в голове около 1000 людей могли храниться с полным досье на них! Как такое возможно, что теперь, он никого не узнает?
– Ну, почему, не узнаёт? Познакомьтесь с ним сейчас, и он будет вас помнить весь день, пока не пройдет, часов 15 или чуть больше! А завтра, увы! Контузия очень тяжелая… хорошо, хоть в «овощ» не превратился, пока в коме лежал. Речь не нарушена, слух, обоняние! Это уже чудо!
– Доктор, и сколько это может длиться?
Петр Аркадьевич пожал плечами.
– Я не знаю, что вам сказать! Не скажу, что этот случай единичен. Такие диагнозы случались во время Великой Отечественной войны.
– Ну и что?
– Ничего! Люди оставались в таком состоянии до самой смерти. Как правило, они жили в соответствующих учреждениях, с решетками на окнах!
Мужчина в костюме опустил голову и сказал:
– И что, нет никакой надежды? У него вся жизнь в таких учреждениях с решетками на окнах!
– Он из тюрьмы?
– Почти, детдомовский!
Старичок заложил руки за спину и стал чем-то похожим на Ленина. Он прошелся по коридору и вернулся к мужчине.
– Возможно, что какое-то яркое событие вернёт его в прежнюю жизнь. Не знаю, это только предположение. Может гипноз, введение в транс, словом, что-то такое, которое заставляет находиться между жизнью и смертью! Может, война…
Мужчина взял врача под локоть и отвёл в сторону, словно кто-то в пустом коридоре их мог услышать.
– Не хочу вас пугать, Петр Аркадьевич, но определённые люди его ищут! И не для того, чтобы помочь, а скорее наоборот! И не нашли, только потому, что мы предприняли некоторые действия в этом. Но, уверяю вас, рано или поздно, они его найдут, и мы не сможем быть рядом. Нам нужно забрать его немедленно! Так или иначе, в его голове большое количество очень секретной информации по людям, которых мы разыскивали и разыскиваем до сих пор. Но это ещё пол беды! В ней ещё те, которые этих уродов разыскивают! Понимаете, что будет, если его введут, как вы говорите в транс, и он всё это расскажет?
– Знаете, не факт, что введение человека в транс, сработает, это только моё предположение.
Мужчина в костюме оглянулся по сторонам и сказал:
– Мы не хотим рисковать! Возможно или невозможно, потом решим! А сейчас, я должен его забрать с собой!
Из палат начали выходить больные, направляясь кто куда. Кто на костылях, кто на коляске, кто медленно передвигаясь, чуть согнувшись, держась за то место, которое доставляло боль.
Петр Аркадьевич осторожно вытащил локоть из руки мужчины и сказал:
– Для того, чтобы вы его забрали, мне нужно позвонить! Если это подтвердят – ничего не имею против!
– Зачем? Вы же знаете меня!
– Знаю! Но для того, чтобы забрать отсюда этого парня, у меня есть свои инструкции и они, гораздо, серьёзнее, чем ваше удостоверение!
Мужчина осмотрелся по сторонам, хрустнул зубами в какой-то безмолвной злобе, посмотрел на двух омоновцев, которые сидели в коридоре и сказал:
– Ну, что же, звоните! Я подожду!
Петр Аркадьевич прошел к посту дежурной медсестры, где стоял стационарный телефон и набрал номер. Через несколько секунд, ему ответили.
– Здравствуйте, это Петр Аркадьевич, вы просили звонить, если вашего парня захотят забрать!
Из трубки раздался крик.
– Немедленно задержать этого человека!
Доктор обернулся к тому месту где оставил мужчину в костюме, но там уже никого не было.