Александр Петляков – Проблески темноты (страница 5)
Омоновец посмотрел на Клима и сказал:
– Тебе то, зачем? Ты даже встать не можешь!
– Я тебя не спрашиваю, могу ли я встать или нет! Принеси мне ствол!
Омоновец закинул автомат за спину, достал пистолет из кармана и подошел к Климу. Парень сказал:
– Взведи курок, отпусти его, медленно, назад и положи мне в руку!
Охранник передернул затвор и положил рукоятку пистолета в руку Клима и тот сразу крепко сжал его, словно новые силы проникли через этот пистолет в каждую клетку бойца. Парень даже улыбнулся.
– Возвращайся к тумбочкам и сиди тихо!
За дверью послышался разговор второго охранника с подмогой. Через секунду, всё затихло. Клим сжал кулак и с трудом поднял руку, чтобы предупредить омоновца, что за дверью опасность. Тот кивнул головой и прицелился автоматом в дверь. Тянулись секунды, но ничего не происходило. Омоновец уже хотел что-то сказать Климу, но тот, внезапно, перевернулся и упал на пол с каталки. В ту же секунду в дверь, через баррикады шкафов, прозвучала приглушенная автоматная очередь. Щепки от древесины шкафов разлетелись по всей палате. Несколько пуль попали в лежанку кушетки и окно. Стекла разлетелись и посыпались осколками вниз.
Омоновец сразу выпустил длинную очередь в дверь и, видимо, в кого-то попал, потому что за дверью раздался звук падающего тела. Он посмотрел на Клима, который лежал за баулами с тряпками и подмигнул. Парень показал ему пальцами «ОК» и поморщился от боли в ноге. Видимо, когда падал, чувствительность ног стала более реальной, чем раньше.
В коридоре раздались автоматные очереди.
– А вот и твоя подмога! Успели!
Омоновцу, явно, эта новость порадовала. За дверью прозвучали ещё несколько очередей и всё стихло. Он подполз к Климу и сказал:
– Как ты, братишка? Ничего не сломал при падении? И как только ты догадался свалиться на пол?
Охранник пощупал пальцами дырки от пуль на каталке и снова наклонился к Саше.
– Помочь тебе подняться?
Клим отрицательно покачал головой и сказал:
– Не надо! Иди дверь своим друзьям открой!
Тот кивнул головой.
– Ага, я сейчас!
Охранник вскочил и начал разбирать завалы их шкафов у дверей.
– Сейчас, ребята, я вас впущу!
Когда он освободил и открыл дверь, раздался выстрел. Клим увидел, как омоновец упал и во лбу его была кровавая дырка. Через него перешагнул какой-то человек в военных берцах и остановился. Некоторое время он стоял среди всего этого больничного хлама, прислушиваясь к обстановке, а потом медленно двинулся по палате, к кушетке Клима.
Парень прицелился в ногу незнакомца. После выстрела он упадёт и можно выстрелить в голову. Клим начал собирать все силы, чтобы нажать на курок пистолета и вдруг, услышал голос, а точнее шепот:
– Клим, я знаю, что ты здесь! Вылезай, я тебя не трону! У нас к тебе несколько вопросов!
Мужчина в милицейском камуфляже вышел из-за тюков и повернулся к Саше. В ту же секунду пуля влетела ему в глаз. Он зашатался, хватаясь за воздух и рухнул на спину.
Клим откинул голову на пол и выронил пистолет, мысленно прокрутив в голове последнюю фразу и своей любимой считалке;
«Последний сам повесился, повесили ль его
Не стала и последнего, не стало никого»
Он глубоко вздохнул и выдохнул. Сейчас оставалось только ждать, когда кто-нибудь к нему придёт и поможет встать. Ноги не слушались.
Но сейчас Клима волновало другое – что происходит вокруг него? Кто эти люди, которых он никогда не видел? Что это за медицинское учреждение и как он тут оказался? Почему у него так всё плохо со здоровьем? И почему он – «Клим»? Это его имя? Тогда почему эта медсестра Наташа, назвала его «Сашей»?
Сейчас он помнил, только, одно – медсестричка Наташа, этот непонятный старичок в белом халате, Пётр Аркадьевич, покойный омоновец, который так и не представился и этот незнакомец, который сейчас «остывал» в трех метрах от него! Как это всё могло ему помочь?
Саша начал добиваться того, чтобы, хотя бы, согнуть ногу в колени. Получалось плохо, поскольку пошевелились только пальцы. Но упорство принесло свои плоды и вскоре он приподнял ногу. Вместе с этим, он услышал быстрые шаги, похожие на бег, в коридоре. Саша потянулся к пистолету, но взять его с пола не смог. Он проклинал себя, что выронил его и теперь, стал ждать неизбежного!
Первым к нему подбежал Петр Аркадьевич.
– Молодой человек, ну как же так? Что же вы на полу лежите?
– Если вы доктор, не заметили, то тут все, в основном, лежат на полу!
Сзади доктора «вырос» двухметровый мужик и сказал:
– Привет, Клим! Узнаешь? Это я, Батя!
Клим напряг зрение в сумерках комнаты и сказал:
– Вы мой отец?
Мужчина усмехнулся и ответил:
– Можно и так сказать! Трудно было тебя найти! Комитетчики засекретили твою жизнь от всех! Спасибо Петр Аркадьевич позвонил моему товарищу, а тот мне и вот я здесь!
Он отодвинул старичка и осторожно поднял своими огромными руками Сашу с пола и положил снова на кушетку.
– Ну что, парень, оставаться тебе тут нельзя! Я тебя заберу к себе! Там ты быстрее на поправку пойдёшь!
Доктор, за спиной Бати, осторожно заметил:
– За ним нужен уход, капельницы, уколы…
Тарасов перебил его:
– Ничего, разберёмся! Он парень здоровый и без всех этих микстур выкарабкается, да, Клим?
Старичок покачал головой, но ничего не сказал, а, заложив руки за спину, чуть наклонившись вперёд, направился на выход из палаты. Вместо него в палату вошли два огромных спецназовца.
– Так, парни, берите каталку и к машине! У нас срочная эвакуация! И в темпе, ребята, в темпе!!
Парни схватили каталку за ручки и быстро покатили по коридору. Батя крикнул им в след:
– Не переверните! А то ещё покалечите героя!!
Тарасов подошел к незнакомцу с дыркой в голове и обыскал его. Документов никаких, однако татуировки говорили сами за себя, кто он и откуда.
Полковник подозвал одного из своих людей и сказал:
– Сними отпечатки и на дактилоскопию! Результат нужен вчера, понял?
Тот кивнул, достал узкую коробочку с реагентом и принялся за работу. Тарасов встал и побежал догонять своих бойцов с каталкой.
Во дворе стояла карета скорой помощи. Туда осторожно «загрузили» Клима. Один из бойцов сел за руль, другой рядом, Батя остался с Климом.
– Скажите, что со мной? Я ничего не помню. Каждое утро возле меня новые люди! Если днём я знакомлюсь с кем-то, то на следующий день уже не встречаю этого человека!
Машина тронулась и быстро поехала к воротам, на выезд с территории госпиталя. На улице уже было, достаточно, темно и ворота были закрыты на замок.
– Батя, ворота на замке, охранника нет, что делаем?
Тарасов резко ответил:
– Не знаешь, что делать?
Боец вытащил пистоле, высунулся из окна и выстрелил. Замок разлетелся. Машина осторожно подъехала к воротам и «открыла» их, после чего набрала скорость, повернула направо и помчалась по ночной улице, освещённой, в некоторых местах, фонарями.
Тарасов сказал Климу:
– Понимаешь, Саша, от того, что я тебе расскажу, толку никакого не будет. Скажу одно – при выполнении особо важного задания ты получил тяжелую контузию. По всем сводкам отправили информацию, что вы с Сухарём погибли. Однако, тебя нашли едва живого, через сутки. Как ты смог выжить, я не знаю! Сухаря не нашли! Возможно, он попал в плен, а тебя не взяли, поскольку ты не подавал признаков жизни. Потом, полевой госпиталь, Военно-полевая академия в Питере. Дальше, твои следы потерялись. Я долго искал тебя, но информации не было никакой. И вот, только сегодня, я тебя разыскал! За то, что у тебя в голове, ведётся серьёзная охота. Если ты знаешь секретную информацию, значит это знают и наши спецслужбы. И хохлам очень интересно, кто в этих «файлах», что у тебя в мозгу. Ну и, особо интересно, кто из наших людей, за этими бендеровцами, ведёт охоту. Ведь ты и это знаешь!
– Но как они смогут добыть эту информацию, если я себя не помню, не то, чтобы каких-то людей?