Александр Паваль – Угнать планету (страница 3)

Антонов Михаил. Тридцать два года. Геолог.

Дионис Гривас. Тридцать восемь лет. Физик-астроном.

Добров Юрий. Тридцать семь лет. Планетолог.

Смит Барбара. Тридцать три года. Метеоролог.

Паскаль Луиза. Тридцать лет. Биолог.

Руднев Джозеф. Тридцать восемь лет. Химик.

Четверо мужчин и две женщины – отметил про себя Кравцов. Открыл файлы каждого, просмотрел фото, перечень научных работ, проектов, участий и краткие характеристики от психологов. В общем и целом, команда подобрана хорошая. Тут и раздался звонок руководительницы коллектива учёных.

– Здравствуйте, командир Кравцов! Я освободилась, – произнесла спокойным, чуть грубоватым тембром голоса, Строганова. – Вы видите меня?

– Да, спасибо! – Владислав посмотрел на экран. Видео показывало стройную, спортивного телосложения женщину, сидящую на диване в белом тренировочном костюме с тремя синими полосами поперёк груди.

– Вы хотели что-то обсудить со мной? – спросила Ева.

– Просто заочно познакомиться, – пояснил Влад, – и сообщить, что сбор экспедиции на космодроме, в пятницу, в пятнадцать часов. Оповестите своих подопечных.

– Хорошо, – кивнула Строганова. – Ещё вопросы, приказания, капитан?

– Можете называть меня по имени, – улыбнулся Кравцов.

– Хорошо, Владислав. – Ева в ответ не улыбнулась.

– Скажите, команду специалистов сами подбирали?

– К сожалению, нет! Этим занимались в Галактическом Комитете. Как понимаю, подбирали под вас.

– В каком смысле? – удивился Кравцов.

– Вы заметили, что возраст научной группы менее сорока лет? Вам же сорок три, не так ли?

– Интересно! Я как-то не обратил внимание. И что это значит?

– Это значит – ваш абсолютный авторитет.

А Ева весьма наблюдательна и умна, – подумал Влад. Умеет логически мыслить. Интересно, кто поставил её на должность руководителя научным коллективом миссии?

– Что ещё вы можете сказать о нашей команде?

– Конкретно о каждом, немного. Но бросается в глаза, что все члены экспедиции не женаты и не имеют детей. Лишь у техника Лазарева совершеннолетняя дочь, – сухо добавила Ева.

– Это тоже что-то значит?

– Думаю, отбирали специалистов без внутренней ностальгии по близким людям. То есть, психологически устойчивых оптимистов.

– Вы тоже психологически устойчивая оптимистка? – поинтересовался Кравцов.

– Несомненно, капитан!

– Отлично! – сказал с наигранным воодушевлением Влад. – Жду вас на космодроме в пятницу!

На планете Земля располагалось четыре космодрома. Центральный – на территории Египта. Жарковато, зато чистое небо и близость к экватору, что придавало на взлёте дополнительную скорость космическому кораблю. И хотя никто уже не использовал при старте реактивные двигатели, преимущество в линейной скорости для выхода на орбиту имело значение.

Кравцов прилетел на грави-джете ещё утром. Солнце уже припекало. В просторном зале космопорта, остеклённом полукругом, было прохладно. В помещении, в мягких креслах сидели двое мужчин очень похожих друг на друга: черты лица, форменная одежда, позы, и даже одинаковые сумки у ног. Кравцов подошёл к офицерам и представился. Оба военных поднялись одновременно, щёлкнув каблуками своих ботинок.

– Майор Патрик Кроу! Прибыл для выполнения миссии «Эра», – чётко отрапортовал тот, что выглядел чуть старше: широколицый, сероглазый, с короткой стрижкой русых волос.

– Лейтенант Питер Кроу! Прибыл для выполнения миссии «Эра», – словно эхо отозвался второй офицер, внешне ничем не отличимый от майора, разве что моложе и повыше своего брата.

– Вольно! – распорядился Кравцов. Он с интересом посмотрел на военных. – Братья?

– Так точно! – одновременно отозвались они.

– Хорошо! Тогда так. Буду называть вас не по фамилии, а по именам. Согласны?

– Так точно! – последовал общий ответ.

– Нас в разведке называли: Кроу Старший и Кроу Младший. Так легче, – пояснил первый из братьев.

– Можно ещё легче, – усмехнулся Влад. – Паша и Петя. Вылет шаттла запланирован на семнадцать часов. Так что можете отдохнуть и пообедать.

Раздались громкие голоса. Кравцов обернулся, увидел входящих в зал членов экипажа. С Холмквистом они по-братски обнялись. Не виделись почти три года.

– Бороду отрастил? – заметил Влад. – Для брутальности, что ли?

– А-а…, – Нильс почесал заросший подбородок. – Надо же что-то менять в жизни. Ты то как? С Диной не сошёлся?

– Нет, – кратко обронил Влад.

– Слышал, она улетела на Рондо?

– Да. Занимается там мхами, лишайниками. – Он отвёл взгляд.

– А мы займёмся планетами?! – ловко переменил тему Холмквист, поняв, что продолжать расспросы неуместно. – Я знал, что ты выберешь меня. Спасибо! – Космо-навигатор потрепал плечо друга.

Алексей Личка и Тунга Джи ожидали в сторонке. Кравцов обменялся с ними рукопожатиями и также предложил перекусить с дороги и отдохнуть.

К часу дня прибыли научные работники. Ева Строганова возглавляла группу, как курочка цыплят. Высокая, одетая в брючный костюм тёмно-зелёного цвета, она шла первой с чемоданом на колёсиках. Вслед за ней тянулась вереница её подчинённых со своими вещами.

– Здравствуйте, командир! – приветствовала руководительница Кравцова. – Вот и познакомимся очно.

Кравцов улыбнулся и протянул руку: – Рад знакомству! – Потом поздоровался с другими учёными. С каждым за руку и добрыми словами приветствия. Научные сотрудники приветливо улыбались в ответ. Только одна девушка, взглянув на Влада, кивнула и тут же отвела глаза.

– Биолог – Луиза Паскаль, – тихим голосом представилась она.

«Голос! Её голос! – Кравцов на мгновение замер. – Или показалось?» Он долгим взглядом посмотрел вслед девушке. Его сердце чуть замерло. Почему? Но Влад не стал искать причину этому. Перед отлётом на Луну дел было вагон и маленькая тележка.

Через час подтянулись и роботехники: Анатоль Франк и Виталий Лазарев. Члены экспедиции расположились на креслах, группами, чуть поодаль друг от друга. Тихо переговаривались. Владислав стал в центре помещения, дождался тишины и обратился к собравшимся участникам экспедиции.

– Ещё раз приветствую всех членов миссии «Эра». Я рассчитывал провести собрание на борту звездолёта. Но раз у нас имеется время перед вылетом, предлагаю использовать его для знакомства. Прошу всех пройти в конференц-зал.

В уютном зале члены галактической миссии расселись на прохладных креслах из искусственной кожи. Кравцов встал у конференц-стола, достал планшетник и подсоединился к стереопроектору. На экране появилась объемное изображение Млечного Пути.

– Я знаю, что вы понимаете поставленную перед нами задачу. – Он повернулся к проекции и указал на карту. – Провести разведку неизвестной области рукава Стрельца, которая скрыта от наблюдений Большим звёздным скоплением. Наша первоочередная задача достичь звезды HIP 122345 – наиболее удалённой в этом расположении звёзд. Здесь, с выгодной диспозиции, осмотреть интересующее нас неизвестное пространство, составить его звёздную карту и найти солнечные объекты класса G и K. Обследовать выбранные звёзды на наличие планетных систем и отыскать подходящую планету земного типа.

Кравцов посмотрел на членов команды. Все слушали внимательно. Никто не задавал уточняющих вопросов. Видно, что ознакомились с информацией предварительно.

– Завтра утром мы прибудем на звездолёт. Пять суток даётся на ознакомление и обустройство. Всё это время на борту будет находиться технический персонал, который поможет вам и ответит на любые вопросы, связанные с пребыванием на корабле. Утром шестого дня – старт звездолёта. На мезонных двигателях мы выходим в линейный космос и ныряем в подпространство. Длительность скачка – около восьми месяцев. В этот период вся команда корабля будет находиться в гибернации, а контроль миссии осуществлять БАК – бортовой аналитический компьютер.

А теперь будем знакомиться… очно, – Влад кинул взгляд в сторону Евы. – Каждый из вас выходит к столу и вкратце рассказывает о себе. Начнём с экипажа.

Глава 2

С высоты Лунной орбиты в пятьдесят километров звездолёт «Эра» выглядел, как небольшое перевёрнутое блюдце. Его корпус матовым железом поблёскивал в лучах Солнца, заходящего за спутник Земли. Но чем ближе транспортный челнок приближался к ковчегу, тем более явственно представлялись его реальные размеры. Они были огромны для космического корабля землян. Длина субзвездолёта достигала пятисот двадцати метров, ширина – трёхсот семидесяти. Над верхней поверхностью корабля, в носовой и кормовой части, полусферами, возвышались станции двух главных локаторов. Всё остальное выдвижное оборудование было спрятано под обшивкой. Никаких нагромождений в виде антенн, прожекторов, подруливающих сопел, мостиков и прочего не выпирало над корпусом звездолёта. Он выглядел, как монолит. В этом субсветовом гиганте чувствовалась исключительная могучесть, способность пронзить гиперпространство на тысячи световых лет.

Челнок с экипажем «подплыл» к воротам транспортного бокса нижней палубы, огромные створки поднялись, и гравитационный причал втянул космический шаттл во чрево звездолёта.

Нижняя часть корабля-блюдца представляла собой огромный технический центр. В сердце звездолёта располагался машинный зал, в котором находились три реактора холодного ядерного синтеза, вырабатывающих плазму для варп-двигателя и мезонной установки. Словно огромные грибы, по центральной оси палубы, возвышались два генератора искусственной гравитации. В кормовой части звездолёта, отгороженной броне-графитовой стеной, размещался ходовой двигатель. В носовой, вдоль бортов, – сопла тормозной системы. Между ними – хранилища для воды и кислорода. Всё остальное пространство занимали многоэтажные склады и ангары для техники. На данный момент они фактически пустовали. На тех-площадках находилось лишь несколько вездеходов, четыре шаттла и четыре десятка различных зондов. В складских помещениях – переносные генераторы энергии, инструменты, и запасные части – обязательный комплект для непредвиденных ремонтных работ.