Александр Парнас – Мастер грёз (страница 3)

Но Макс старался не думать о плохом и откинул неподходящие для исполнения его мечты мысли. Если так делается, то так надо. Может, остальным скажут, что уже достаточно набрали, а, может, офис довольно большой, чтобы принять всех.

Лекции были довольно интересными, Макс даже успел заинтересоваться в работе рекламного агента. Но на третий день в конце последней лекции случилось неожиданное. Женщина, так вдохновлено читавшая столь познавательный материал, сообщила, что слушателей, оказывается, пока что приняли не на оклад, а на сдельщину. А чтобы попасть в штат, нужно принести на следующий день несколько сотен долларов и купить у них путевки. Потом либо продать их кому-нибудь по бОльшей цене, при этом весь навар оставив себе, либо воспользоваться ими самим. Это как бы будет считаться своеобразным опытом для того, чтобы полноценно присоединиться к их работе.

Сердце у Макса упало. Сейчас, когда счастье было уже так близко, все должно вот так вот закончиться. Ведь лишних денег в его семье не водилось, а если б даже они и были, Макс не посмел бы выпрашивать такую огромную сумму. «Хотя, это конечно потом все окупилось бы, – думал Макс. – Ведь зарплата под 20 тысяч. Ну почему я такой невезучий и мне негде достать несколько проклятых баксов? Теперь кому-то повезет и кто-то займет мое место!» В его голове лишь раз пронеслась мысль о том, что все это может оказаться просто обманом, но он так был занят обидой на свою злую судьбу и подсчитыванием своих неудач, что просто не заострил на ней свое внимание.

Отчим долго смеялся над очередным провалом пасынка, так же, как смеялся над всеми неудачными попытками его поступления в институты. Еще дольше он смеялся, когда в новостях они услышали о том самом месте, куда так рвался устроиться Макс и не попал благодаря проделкам своей злой судьбы. Толпы обманутых граждан чуть ли не со слезами на глазах рассказывали о том, как жестоко были обмануты несуществующей фирмой, которая однажды просто куда-то испарилась со всеми их деньгами.

С ужасом Макс понял, что тоже мог быть на их месте. Мысль о том, что всё же не так и не правы были те, кто называл его наивным дураком, прокралась в его голову, и почему-то страшно разозлила его. А, может, Макс просто разозлился на себя самого. Что творилось сейчас у него в голове, пожалуй, он и сам не мог бы сказать наверняка.

Горький опыт заставил его пообещать себе впредь быть более осторожным. Он не стал больше искать объявлений подобного рода. Теперь Макс решил стать курьером.

Пролистав страницы с графой «Работа», он благополучно пропустил объявления с маленькой зарплатой и обвел карандашиком только те, которые обещали зарплату не меньше 15 тысяч. Набрав номер, Макс снова почувствовал, что сердце подбирается ближе к горлу, от чего говорить становилось заметно труднее. Кончики пальцев затряслись, а телефонную трубку покрыли влажные разводы под ладонью.

«Да чего ж ты так боишься-то? Ведь звонил же уже! Не убьют же, в конце концов! – воззвал Макс к себе мысленно. – А, вдруг, не понравлюсь? А если пошлют? Трус! Боишься? Да не боюсь я! Нервничаю просто. Хватит уже себя оскорблять!»

– Але, здравствуйте, – услышал он приятный молодой женский голос в трубке, прервавший его пререкания с самим собой.

– Я по объявлению, насчет работы, – сказал Макс.

– Сколько Вам лет? – спросил голос.

– Семнадцать с половиной, – ответил Макс, хотя видел, что объявление гласило: с восемнадцати.

– Когда будет восемнадцать, перезвоните, – ответил приятный голос и повесил трубку.

Макс задрожал от ярости.

– Ну и пошла ты! – прошипел он и принялся обзванивать другие объявления.

Записавшись на собеседование в несколько мест, он снова ринулся в бой.

Там, куда он отправился в первую очередь, все было почти так же, как и в туристическом агентстве. Макс даже засомневался, не обман ли это снова. Но на этот раз женщина, проводившая собеседование, не упомянула ни о каких вносимых заранее суммах, а рассказала, что всего на всего придется развозить музыкальные диски по ленивым клиентам, которым самим тяжело подняться и дойти до магазина. Сразу на следующий день нужно было выходить на работу, поэтому Макс никак не успевал во все остальные места, куда еще записался.

Но он не унывал. Какая разница, если уже взяли на работу? Поэтому на следующий день ровно в девять утра был как штык на своем рабочем месте.

Мимо него шныряла туда-сюда толпа молодежи, и было немного неуютно от присутствия всех этих незнакомых людей и нахлынувшего чувства отчуждения. Никто из них не обращал на Макса ни малейшего внимания, словно бы его здесь и не было, и он не знал, радоваться ли этому, или огорчаться. С одной стороны, не хотелось быть таким маленьким и никому не нужным элементом, с другой – попадать в поле зрения этих раскованных и крутых, как ему казалось, молодых людей. Он всегда чувствовал себя неловко в большой, особенно незнакомой, компании, а когда эта компания состояла из москвичей, от которых Макс себя всегда отделял толстой стеной, и подавно. А отделял он себя от них не потому, что не любил. Нет. Наоборот, он хотел быть похожим на москвичей, быть таким же свободным и решительным, как они. Его проблема состояла в том, что он просто боялся их. Боялся именно свободы и решительности, которые сам же в них и уважал. А теперь он стоял в этой шумной кишащей массе, приходящей и уходящей куда-то с пакетами, и чувствовал, что цепенеет, подавленный их струящейся повсюду энергетикой.

Молодые люди, проходившие мимо друг друга, весело кричали друг другу: «Джус!» и хлопали друг друга по ладошам. Макс понял, что это, должно быть, какое-то их «фирменное» приветствие.

– Новенький? – услышал он голос у себя за спиной и рассеянно обернулся, догадавшись, что вопрос обращен к нему.

– Да, – коротко ответил Макс, воззрившись на довольно приятной наружности девушку. А что он еще мог сказать? Давай познакомимся?

– Че стоишь? Проходи, – и она подтолкнула его к комнате, где сидел то ли директор, то ли менеджер этой организации. Этого Макс так и не смог понять.

– Привет! – весело сказал ему мужчина лет 35-40. – Сегодня первый день?

– Здрасте. Да, – кивнул тот.

– Тогда «джус»! – мужчина вытянул вперед ладонь, и Макс хлопнул по ней своей. – В общем, так. Сейчас я дам тебе экспедитора, который будет с тобой весь день, ну, покажет тебе, что к чему, объяснит все. Он же будет решать, брать тебя на работу или нет. А если даст добро, завтра уже поедешь один. Понял?

– Ну да, – ответил Макс.

– Маш, иди-ка сюда как раз! – окликнул мужчина ту самую девушку, которая впихнула Макса в кабинет. – Будешь его сопровождать сегодня. Объяснишь все.

– Ладно, о'к, – отозвалась та и обратилась к Максу. – Тебя как зовут?

– Макс.

– Давай, Макс, бери вот этот пакет и погнали.

Макс поднял с пола один из многочисленных пакетов, разложенных рядком у стены. Маша в свою очередь тоже взяла один, и они пошли.

– Давай понесу, – предложил Макс, но Маша решительно отказалась:

– Нет, спасибо. Я уже привыкла.

И они пошли молча. Только временами Макс чувствовал на себе пристальный, изучающий взгляд своей проводницы, которая не отворачивалась даже тогда, когда он вопросительно смотрел на нее. Ее как бы абсолютно не волновало и не смущало, что Макс замечал, как она его рассматривает. Она нахально продолжала делать то, что ей было нужно.

Они долго ехали куда-то на метро и вылезли в совершенно пустынном месте, которое мало напоминало Москву. Макс совсем растерялся, так как совершенно не представлял, где они.

Потом они долго шли куда-то, проходили под какими-то арками, переходили улицы, сворачивали в подворотни. Макс покорно шел следом за Машей, хотя и не понимал, что происходит.

Всю дорогу они шли молча, но тут Маша остановилась и с интересом продолжила разглядывать своего подопечного.

– Ну, че, рассказывай про себя, – сказала она, наконец.

– А че рассказывать? – не понял Макс.

– Ну, чем увлекаешься, чем занимаешься?

– Да чем? В институт поступал. Провалился. Теперь работу ищу, чтоб хоть на платное отделение заработать, – ответил Макс, не совсем понимая, какое все это имеет отношение к работе.

– Понятно. Ты не москвич?

– Нет.

– Да, это видно. А хобби какое-нибудь есть? Увлечение?

– Компьютер. В игры всякие играю.

– Наверно, и в Интернете часами зависаешь? С девчонками переписываешься? На сайтики всякие залезаешь?

– Не, у меня нет Интернета. Говорю же – денег нет.

Глаза Маши странно засверкали, и Макс нахмурился, пытаясь понять, что же у нее на уме.

– А у тебя девчонка есть? – спросила она вдруг.

– Че? – Макс испугался вопроса. Какое это имеет отношение к делу? – Нет, нету, – поспешно ответил он.

– Че, и не было никогда?

– Нет, – удивленно хмыкнул Макс, а потом добавил:

– Мне вообще некогда такими пустяками заниматься, меня сейчас это не интересует.

Конечно, тут он уже наврал, но уж так хотелось, чтоб Маша, наконец, оставила эту тему раз и навсегда и заговорила о чем-то менее смущающем. Тем более, что это был для Макса больной вопрос, и разговаривать с незнакомыми людьми на подобные темы ему не хотелось.

Удрученный своими неудачами в деле касательно девушек, ему просто хотелось валить все на свою занятость и недостаток времени. Проблема же, конечно, заключалась в другом, но он предпочел сказать Маше то, что говорил сотню раз всем остальным, отвечая на подобный вопрос.