Александр Носов – Черная книга (страница 11)

– Наверное, однофамилица. А отца просто также звали, как и меня. Странное совпадение, да еще в таком месте. А сходство с лицом тоже совпадение? Да, он как две капли на меня похож. Это просто нереально. Если бы у меня была дочь я вероятно, знал бы об этом? Но что если… Нет-нет-нет. Брось эти мысли. Это глупость несусветная. Хватит терзать себя случайными совпадениями или простым розыгрышем. Это место играет со мной, чтобы я не копался в его секретах и не пытался найти... Найти! Она не хочет, чтобы я нашел что-то ценное или личное. Тогда у меня для тебя плохие новости, я постараюсь найти! Слышишь меня? Я найду то, что ты скрываешь! – воскликнул Артур, продвигаясь дальше по тоннелю у стены.

Почти в самом конце тоннеля он остановился перед жирной линией, начертанной мелом на полу. Ровно за ее границей, пол и стены были покрыты розовой зловонной слизью. Запах стоял не сильный, но имел тошнотворный букет, оседая на языке горько-сладким привкусом. Вонь напоминала смесь прокисшего молока с гнилостным оттенком.

Слизь переливалась и блестела. Аккуратно ступая на скользкую поверхность и с трудом сохраняя равновесие, он был полон решимости, как никогда. Сквозь окутавшую стены массу просматривались более мрачные рисунки, сделанные черными и красными мелками или красками. Через размытую текстуру было сложно понять, что хотел изобразить автор, тем более при мигающем свете лампы. Всматриваясь вглубь, он различил сцены насилия, принуждения и отчаяния.

На первом рисунке темный силуэт совершал непристойный акт по отношению ко второму или второй. По положению персонажей он был явно насильственного характера. На втором рисунке темный силуэт располагался над вторым, засунув внутрь руки по самые локти. А на третьем силуэт дамы в платье парил в воздухе с отходившей от шеи толстой черной линией.

Здесь больше не было фотографий. Лишь обгоревшие плюшевые игрушки и черепки от разбитых глиняных амфор, перемешанные с осколками зеркал. Ему становилось все более неуютно с каждым шагом, а руки тряслись, готовые в любой момент обронить лампу на пол.

Вскоре он дошел до угла, где обнаружил могильную плиту все с теми же инициалами, что и на школьных тетрадях. А рядом, под слоем паутины, перемешанной со слизью и затвердевшей до состояния стекла, находился маленький гроб со знаком вопроса на крышке.

– Это склеп? Я все время был в склепе? Нет, постой! Плита стоит, облокотившись на стену. Да и под этой мерзкой субстанцией пол бетонный. Не могли же ее замуровать в бетон? Скорее всего, просто не успели поставить на могиле. Может, родители от горя забыли установить плиту? Маленький гроб не закопали, значит, подготовили для похорон. Или все обошлось. Будем считать, что он пустой. Жутко. Не надо было лезть так глубоко в эту помойку. Хватит с меня. Насмотрелся. Пойду лучше полежу и почитаю книгу.

При выходе из расчищенного им прохода он споткнулся и со всей силы толкнул один из шкафов, пытаясь сохранить равновесие. Шкаф пошатнулся, но устоял, обрушив сверху деревянный ящик со стеклянной тарой. Раздался звонкий дребезг бьющегося стекла, и пол залило зеленой, мерзко пахнущей жижей. Воздух наполнился смрадом разложения. Артура перекосило от запаха и от представшего перед ним зрелища.

Девочка в синем платье, смирно сидевшая в углу, вдруг оживилась и на коленях подползла к разлитой луже, лакая содержимое, подобно животному. Она с жадностью поглощала мерзкую смесь, с наслаждением чавкая и глубоко выдыхая. Артура окутал ужас и паника, нараставшие с каждой секундой. Ранее его уже охватывали такие чувства, едва приблизившись он к ней, но это были мгновения. Сейчас же она находилась возле его ног и не собиралась рассыпаться в прах. Он не мог пошевелиться. Страх полностью завладел его телом и разумом. Перед глазами начало темнеть, в груди закололо и он рухнул на пол, сметая все, что стояло по правую сторону.

Очнувшись через непродолжительное время под завалом из медицинских инструментов и лекарственных препаратов, он встал и настороженно вышел из прохода. Лужи на полу не было. Девочка сидела на своем месте, обретя более яркие черты и цвета. Она словно ожила и что-то тихонько бормотала. Ему не хотелось подходить близко в опасении снова потерять сознание, поэтому он повернул голову ухом в ее сторону и стал прислушиваться.

– Прошу, не называй меня так. Я не виновата. Зачем ты так со мной? – шептала она тихим дрожащим голоском. – Ты сам это сделаешь? Это будет больно?

Она повторяла эти слова раз за разом, нервно перебирая пальцами складки юбки. Артур больше не мог выносить подобного и решил вернуться наверх, как вдруг увидел под ее приподнятыми коленями небольшой ключ в виде полумесяца.

– Ключ был все время у тебя, – пробормотал он удивленно, замерев на месте. – Но как забрать? Анна, можно я аккуратно заберу его? Тебя же Анна зовут? Отдай мне его, прошу.

С этими словами он аккуратно подбирался к особе, отвлеченной на свои мантры, ощущая нараставший страх, готовый в любую секунду погрузить его в беспамятство. Он протянул руку, приближаясь все ближе. Затем она утихла, развернула голову в его сторону, оскалившись, подобно бешеной дворняге, схватила ключ, бросила его в самый центр комнаты и обратилась в прах.

Артур попятился назад, споткнулся и присел на первый порожек, тяжело глотая воздух и стараясь унять панику. Затем он повернул голову в сторону нагромождения вещей в попытках представить, сколько времени ему понадобится, чтобы найти ключ. Слова девчонки в синем платье снова всплыли в его сознании, как нечто до боли знакомое. Он устал и измотался за это время настолько, что с трудом поднялся наверх. Не было сил на прием пищи, чтение и еще что-либо.

Весь день он провалялся в кровати, пытаясь усвоить полученную информацию и странное совпадение фамилий и отчества загадочной девочки. Его терзали мысли о ее нелегкой судьбе. Если это вообще было правдой, а не розыгрышем какого-нибудь психопата, нарисовавшего эти жуткие сцены на стенах и установившего гроб с плитой в дальнем углу комнаты. Но больше всего его беспокоила фотография, на которой, без сомнения, было его лицо. Молодое, радостное и тощее.

 V

Он проснулся посередине ночи от жуткого кошмара. Ему снилось, как он ведет эту девочку в больницу. Как заставляет лечь на стол, а затем разрывает голыми руками живот. Она кричит и просит прекратить, но его окутала ярость и непоколебимая вера в принятое решение. Ведь это единственно возможный способ спасти ее будущее и избавить от позора. Какие бы страдания он ни причинял бедной девушке, его позиция была непоколебима, и никто не был вправе переубедить его в обратном. В конце он достает из ее чрева мерзкое создание со щупальцами и не сформированными крыльями, параллельно укоряя и оскорбляя напуганную и измотанную девицу. Сон прерывается. Артур просыпается с тяжелой одышкой и головокружением.

После пробуждения ему так и не удалось заснуть. А затем включился свет и раздался телефонный звонок.

Повторяя привычные утренние процедуры, он не мог отвязаться от навязчивых мыслей и принялся искать ключ. На что у него ушло почти половина дня.

Пробравшись в самое сердце метафоричной свалки, с трудом удалось найти заветный предмет, отворявший путь в неизвестность.

Ему было страшно и в то же время любопытно понять, что здесь творится, а самое главное, что творится с ним, при всей несуразности и неправдоподобности ситуации. Анна снова не обращала на него никакого внимания, и он решил, что в праве отворить запертые двери и посмотреть, что они скрывают за собой.

Ключ подошел к одной из дверей, расположенной по правую сторону от выхода из комнаты или по левую от выхода из подвала.

Открыв ее, Артур почувствовал запах крови с металлическими нотками. Запах показался ему знакомым, будто не раз приходилось чувствовать подобное. Внутри было темно, так же, как в коридоре, поэтому пришлось идти за фонарем. Осветив небольшое помещение площадью в несколько квадратных метров, он слегка обрадовался найденной ванной комнате, запертой по непонятным причинам.

– Наконец-то удастся нормально помыться. Сил нет в тазике подмываться, – с предвкушением произнес Артур.

Но радоваться ему было не долго. Внимательно присмотревшись к раковине, покрытой ржавчиной, и такому же крану, желание мыться тут же пропало. Остальное пространство выглядело не лучше, вызывая рвотный рефлекс и желание запереть ванную обратно. Комната выглядела так, как будто на пол разлили: грязь, кровь и концентрированную ржавчину, а затем хорошенько встряхнули и оставили засыхать. Внутри было сыро и душно. Плитку стен и пола покрывала точно такая же субстанция рыжего цвета, перемешанная с черной плесенью. Напротив входа почерневшая занавеска тяжело свисала под тяжестью налипшей и затвердевшей органики. Над раковиной висело потрескавшееся грязное зеркало, единственное в этом месте.

Артур подошел к зеркалу, снял с себя не менее грязную футболку и со всем усердием принялся очищать поверхность. Картина, продемонстрированная зеркалом, привела его в оцепенение. Он опустил голову, оперся руками в края раковины и начал тяжело дышать.

– Что за ерунда привиделась. Мозг! Ты совсем свихнулся! – говорил сам с собой встревоженный и напуганный Артур.