Александр Никитин – Древнейшие государства Кавказа и Средней Азии (страница 89)

В начале нашей эры в зале проводятся крупные ремонтные работы, возможно, связанные с изменением его назначения. Как предполагает Г.А. Пугаченкова, в связи с тем, что политический центр Парфянского государства переместился далеко на запад, и Михрдаткирт потерял значение царской резиденции, «Квадратный зал» обрел характер «дома обожествленных предков», и первоначальное светское назначение его вытесняют функции, связанные с династическим культом (Пугаченкова Г.А., 1967а, о. 39–40). При этих ремонтных работах колонны в центре зала заменяются более мощными четырехлопастными устоями, коренным образом меняется архитектурная разбивка стен. Членение на два яруса сохраняется, но пилястры нижнего яруса заменяются полуколоннами из жженого кирпича, а во втором ярусе появляются круглые колонны с деревянным каркасом. Между этими колоннами в специальных нишах были установлены глиняные раскрашенные скульптуры. Зал в это время обретает более замкнутый характер. Два из трех парадных входов северо-западного фаса закладываются. С северо-восточной стороны пристраивается «Красный коридор» — длинное узкое помещение, пол и стены которого на высоту 1,75 м покрыты залощенной темно-красной штукатуркой. С юго-востока появляются три небольших служебных помещения.

Второй важной постройкой центрального комплекса Старой Нисы является «Круглый храм». Это сооружение первоначально представляло собой изолированную постройку, внешний контур стен которой образовывал в плане квадрат, внутри располагалось единственное круглое помещение диаметром 17 м. В дальнейшем эта постройка была дополнена обводным коридором и функционально связана с другим крупным сооружением — «Храмовой башней», о которой будет сказано ниже. На основании данных раскопок интерьер этой постройки реконструируется следующим образом. Высота стен «Круглого зала» достигала 12 м. Как и в «Квадратном зале», они имели двухъярусное членение, но плоскость стены нижнего яруса была гладкой, оштукатуренной белым ганчем. Во втором ярусе, начинавшемся с высоты 6 м, располагались колонны из жженого кирпича и глиняные раскрашенные статуи. Зал, вероятно, имел шатровое стропильное перекрытие с черепичной кровлей. Цилиндрическая форма зала и характер его архитектурного оформления дают основание для его сопоставления с самофракийским храмом Арсинойон как возможным архитектурным прототипом (Пугаченкова Г.А., 1958а, с. 101–102; 1967, с. 40–41; Крашенинникова Н.И., Пугаченкова Г.А., 1964, с. 134–135). Первоначально эту точку зрения разделял и Г.А. Кошеленко, но он подчеркивал, что возникновению данной архитектурной формы способствовало существование в Средней Азии построек с близким планировочным решением, таких, как мавзолей Тагискена и Кой-Крылганкала (Кошеленко Г.А., 1966, с. 26). Однако позднее он отказался от сопоставления «Круглого храма» с Арсинойоном. Он указывал, что предположение о сходстве этих двух здании вряд ли справедливо, поскольку совершенно различен их внешний вид: Арсинойон представляет собой круглое в плане здание, в нисийском же сооружении круглый план внутреннего помещения сочетается с квадратом внешнего решения. Исходя из этого, Г.А. Кошеленко предложил иные западные сопоставления (с «Львиной гробницей» в Книде, Галикарнасским мавзолеем и македонским герооном в Палатице) и иное определение функции здания — мавзолей или, скорее, героон какого-либо из парфянских царей (Кошеленко Г.А., 1977, с. 60–64).

Третьей крупной постройкой дворцово-храмового комплекса является «Храмовая башня». Основу этого сооружения составляет огромный параллелепипед из сырцового кирпича (размеры основания 20×20 м, высота 8 м), на вершине которого отмечены остатки плохо сохранившихся помещений, в одном из которых обнаружены обломки большой глиняной статуи. Основание башни опоясано двумя рядами сводчатых коридоров. Культовый характер этого сооружения не вызывает сомнений у исследователей. Г.А. Кошеленко считает возможным сопоставлять его с башнями-святилищами Парса (Кошеленко Г.А., 1966а, с. 28, 29), что, однако, оспаривается Г.А. Пугаченковой (Пугаченкова Г.А., 1978, с. 21–22).

В северной части крепости концентрировались постройки хозяйственного назначения. Важнейшей из них является полностью раскопанный большой «Квадратный дом». В истории этой постройки устанавливается несколько этапов. Первоначальная планировка этого здания отличается большой четкостью. Оно квадратное в плане (59,7×59,7 м) с внутренним центральным двором размером 38×38 м, обведенным колонным портиком. Вокруг двора располагалось 12 однотипных помещений. Каждое помещение вдоль длинных стен имело сырцовые суфы, конструктивно связанные с кладкой стен. На оси каждой комнаты имелось по четыре деревянные колонны на каменных или кирпичных базах. Помещения каждого фаса анфиладно связаны между собой. Единственный узкий проход внутрь здания находился в южной части постройки. При раскопках установлено, что дверные проемы комнат последовательно замуровывались и опечатывались. В комнатах обнаружены остатки разнообразного инвентаря, представленного преимущественно произведениями искусства, оружием и изделиями из драгоценных металлов, многие из находок бесспорно являются привозными. Характер находок и факт опечатывания комнат позволили сделать вывод, что данная постройка являлась сокровищницей. Возможно, она предназначалась для хранения «посвятительных реликвий, связанных с заупокойным культом старших Аршакидов» (Пугаченкова Г.А., 1967а, с. 35). Вероятно, после того как все помещения сокровищницы были заполнены, колонный портик сносится и у восточной стены двора возводится ряд дополнительных небольших кладовых. Центральное помещение этого ряда предназначалось для охраны, из него по двум лестницам из сырцового кирпича можно было попасть на крышу постройки. Когда и эти кладовые были заполнены (входы в них оказались замурованы), вдоль западной и северной сторон двора построили длинное узкое помещение, также снабженное суфами (Пугаченкова Г.А., 1958а, с. 73). У южной стены этого помещения был устроен пристенный алтарь, нижняя сохранившаяся часть которого имела вид полуколонны, украшенной изображением цветочной гирлянды, перевитой лентами.

К южному фасу «Сокровищницы» дополнительно пристраивается еще один ряд комнат с суфами и колоннами. Интересно отметить, что среди расположенных рядом хозяйственных построек иного назначения также имеется изолированное прямоугольное здание с колоннами на длинной оси и суфами вдоль стен, т. е. имеющее планировку, аналогичную первоначальным помещениям «Сокровищницы». В этот хозяйственный комплекс входили постройки разного назначения и планировки. Здесь, в частности, выделяется большое здание винохранилища. Помещения его хорошо спланированы, стены параллельны, углы прямые, но здание не имеет четкого внешнего контура. Создается впечатление, что к первоначальному прямоугольному ядру по мере надобности пристраивались дополнительные помещения. Четкой архитектуре царских хранилищ противостоит хаотичная планировка здесь же расположенных жилых и подсобных помещений.

В Новой Нисе был исследован храм, расположенный в северо-западной части городища, в районе некрополя парфянской знати (Вязьмитина М.И., 1949, с. 147–169; Вязьмитина М.И., 1953, с. 147–168; Пугаченкова Г.А., 1953б; Пугаченкова Г.А., 1958а, с. 60–69). Г.А. Пугаченкова датирует сооружение этого храма III–II вв. до н. э., время гибели — I в. до н. э. Здание своей тыльной частью примыкало к городской стене. Оно было возведено на платформе, сложенной из сырцового кирпича, высотой 0,8 м. Ширина платформы 23 м. Две базы колонн, найденные здесь, заставляют думать, что на платформе располагался колонный портик, охватывающий здание с трех сторон. Ширина здания 18 м, вход в него расположен в центре длинной стороны. Здание членится по высоте на два яруса: нижний, отвечающий по высоте портику-айвану, оформлен невысоким ступенчатым стилобатом, пристенными полуколоннами, увенчанными рельефными терракотовыми плитками, воспроизводящими рисунок ионийской капители; верхний ярус (над портиком) представляет ровную гладь стены. Стилобат, полуколонны, тонкая полоска фриза окрашены в черный цвет, капители — в красный, пространство стены между колоннами — в малиновый, верхний ярус — в белый. Храмовый характер сооружения не вызывает сомнения у исследователей (Пугаченкова Г.А., 1958а, с. 66; Кошеленко Г.А., 1977, с. 70), однако не было предложено сколько-нибудь убедительных его типологических сопоставлений и не определен характер культа.

Несомненно храмовый характер имел также и комплекс Мансурдепе. Основную роль здесь играло здание монументального характера, расположенное в западной части двора. Внутренняя его планировка имеет четкую архитектурную разбивку. Выделяется три группы помещений — северная, южная и западная, вероятно, имеющие различное функциональное назначение. Северная группа состоит из подквадратного в плане зала (целлы) и открытого на восток айвана. Они расположены на одной оси и изолированы от остальных помещений П-образным коридором. Еще один коридор отделял целлу от айвана. В южную группу, вероятно, имеющую подсобный характер, входят помещения разной площади и компоновки. Они соединены между собой и с северной группой системой коридоров и проходов. Планировка западной группы помещений еще не выявлена. Здесь полностью вскрыт лишь квадратный в плане (64 кв. м) зал, стены которого украшены росписью. К северо-востоку от главного здания имелась еще какая-то постройка, составной частью которой является небольшой открытый на юг айван.