Александр Неверов – Огненное кольцо (страница 20)

«Использую уроки Максима Павловича, — думал он. — Видеть бы рожу этого старого пердуна, когда тот узнает о моем побеге со „Спортивной“».

Между тем их отряд остановился. Идущий впереди Петя Гильза прибежал с сообщением, что впереди тоннель кончается и там, по всей видимости, станция.

— Да — это «Проспект Вернадского», — стараясь говорить спокойным голосом, сообщил им Веник. — Считай, что пришли.

— Так там темно и тихо. Никого там нет, — недоверчиво сказал Петя.

Мужики повернулись к Венику за объяснениями.

— Ну, а вы, как хотели? — нашелся тот. — Думаете, мы там костры жжем и песни поем? С этой стороны у нас постов нет, мы охраняем выходы со станции на той стороне.

— И что теперь? — спросил Хромой.

— Сделаем так, — говорил Веник. — Сейчас я, с кем-нибудь вдвоем, пойду на станцию. Там мы выйдем к нашим, поговорим. Расскажем им про это все. Ну а там, мы двое и еще кто-нибудь из моих, вернемся сюда и уже все вместе поднимемся на станцию.

— Разумно, — сказал кто-то.

После быстрого совещания идти с Веником доверили Лысому.

Вдвоем они тихо пошли по тоннелю. Лысый своим фонариком освещал им путь. Вот и станция. Рядом темнел край перрона. Выключив фонарик, они остановились, вглядываясь в темноту. Веник воровато оглянулся. За спиной только тихий и пустой тоннель. Никто из мужиков не шел за ними следом. Между ними и остальными дезертирами не один десяток метров.

— Что-то тихо тут, — с сомнением говорил Лысый.

— Ну, а ты как думал? Мы ведь…

— Что дальше-то? — перебил его мужик.

— Слушай, — сказал Веник. — Ты свиснуть можешь? А то у меня в горле пересохло.

— Сейчас?

— Да.

Парень поудобнее взял в руку свою железяку.

Лысый свистнул. В ответ тишина.

— Во! — радостно сказал Веник. — Видишь?

— А?

— Во-он. Смотри! — парень ткнул в темноту пальцем. — Вон и они!

Лысый вытянул голову, вглядываясь в темноту. Тут Веник резко треснул напарника железкой по башке.

Бум.

Лысый всхлипнул и мешком осел на рельсы.

Дальше в Венике словно распрямилась тугая пружина. Он быстро подобрал выпавший из руки мужика фонарик, вскочил на платформу, в несколько прыжков преодолел путь до противоположной платформы, спрыгнул на рельсы и бросился бежать в сторону «Университета». Так быстро он никогда еще не бегал. Ветер свистел в ушах, сердце выпрыгивало из груди.

Веник летел, держась возле левой стены, чтобы не пропустить нишу с дверью. Парень добежал до «ложной станции» и остановился. На секунду замер. Позади тихо. Он снова рванул вперед.

Вот она! Ниша!

Парень застыл на месте, восстанавливая дыхание и прислушиваясь.

Тишина. Позади и впереди. Погони нет. Только тихий гул тоннелей.

Веник задрожал от возбуждения. Он откинул свою железку и влез в нишу, навалившись плечом на дверь.

Дверь не поддавалась.

Заперто.

«Не может быть! — запаниковал парень. — Не может быть. Бред какой-то!»

Он несколько раз пнул ее ногой и с размаху снова навалился всем телом.

Дверь неожиданно распахнулась. Хлынувший оттуда свет ослепил парня, который не удержался и рухнул в проем.

Рядом заметались тени. Его схватили чьи-то руки.

Когда глаза привыкли к свету, Веник осмотрелся и чуть не задохнулся от ужаса.

Он лежал на полу, под желтой лампочкой, а над ним, согнувшись, толпились стражники Люкса.

— Это он, — возбужденно говорил один из них. — Тот самый, который сбежал. Ну, который Семена Мельникова зарезал.

Веник узнал говорившего. Этот тип часто дежурил на баррикаде рядом с его жилищем в Тамбуре. Остальные тоже были смутно знакомы.

На лицах стражей было написано недоумение и тут же они вдруг заухмылялись, презрительно глядя на парня.

Веник закричал, рванулся, вскочил на ноги и, оттолкнув одного стражника, кинулся к двери. Он был уже рядом с проемом, как в голове вдруг словно что-то взорвалось.

«Прикладом! По затылку!» — понял он.

Это были последние мысли. Пол качнулся навстречу, и Веник упал в небытие.

Глава 6

Возвращение в Ад

Парень открыл глаза. Туман начал рассеиваться. Сознание возвращалось.

Начиналась явь — его обычное состояние. Время давно уже перестало для него существовать, а весь мир сузился до легендарного кресла стоматолога, в котором он сейчас сидел — голый и распятый.

Впервые он здесь очнулся сразу же после того, как его вырубили стражники при входе в тайную дверцу в тоннеле. Но как давно это было, Веник не помнил. Может, прошел месяц, может год, а может всего несколько дней.

В той, прежней жизни в Тамбуре, Веник мог только догадывался о том, что выделывал Стоматолог со своими жертвами, но реальность превзошла все ожидания. Такой боли он еще не испытывал.

Сейчас он не мог сказать, что с ним происходило за эти дни здесь. Только помнил, как его что-то спрашивали, и как он что-то отвечал. Хотя парень говорил все без утайки, его все время мучили, чем-то кололи, прижигали, что-то впрыскивали в вены через иглы, большие и маленькие.

Веник смутно уже помнил, что говорил. Допросы и пытки сменялись тяжким беспамятством. Когда он был в сознании, его пытали и допрашивали, допрашивали и пытали, пока он снова не вырубался.

Все происходящее до абсурда напоминало допросы в Диаметре. Только здесь пытка была неотъемлемой частью допроса.

Сам же он за все время здесь, в кресле, узнал немногое. Разве что узнал, что Стоматолога зовут Сергей Петрович и увидел его не в пятнистой одежде, а в белом халате. Поверх халата мучитель носил длинный зеленый фартук, заляпанный багровыми пятнами. Веника мутило от мыслей, что была на нем и его кровь.

Обычно, как только он приходил в сознание, на него наседали с вопросами, но на этот раз с допросом не спешили.

Веник повернул голову, рассмотрев краем глаза две тени неподалеку. Стоматолог и его подручный, молодой еще парень, Никита. Ублюдок с дебильной щербатой рожей. Два изверга в белых халатах. Сейчас они стояли возле стола и разговаривали.

— Плохой нам материал достался, Сергей Петрович, — говорил помощник.

— Какой там материал, говно одно, — согласился Стоматолог. — С ним и работы никакой. Он сам все разболтать готов.

— Так зачем же мы столько материалов на него потратили?

— Как зачем? Во-первых, давно у меня практики не было, а во-вторых, ты забыл что ли, что я тут последние дни? Все это, Никита, теперь твое. Надо же тебя в курс ввести, показать все в деле.

Помощник промолчал.

— Вот смотри, — продолжил Стоматолог. — Это главная изюминка моего хозяйства. ПСЧ-2. Слышал об этом препарате? Мало его осталось, нового вряд ли пришлют, но надо же мне показать, как он в работе. Хоть на этом дерьме, но посмотришь.

Раздался хруст вскрываемой стеклянной ампулы, по которому Веник определил, что сейчас последует укол.

И правда, Стоматолог и его подельник подошли к парню и встали над ним. Они смотрели на него без эмоций. Так, например, смотрят жители Тамбура на раздавленную вагонеткой крысу.

Никита расширил пальцами правый глаз Веника и посветил туда маленьким фонариком с тонким лучом света.