Александр Неверов – Главное убежище (страница 63)

Выслушав пленника, Рашевский оглядел своих новых товарищей.

— Ну что сказать? Признаюсь, я и раньше вам верил, но не до конца. Но теперь вижу, что вы не врете.

— Мы вам это уже второй день толдычим, — досадливо сказал Борода.

— Стойте! — советник, как будто что-то вспомнив, снова повернулся к Зайцу. — А что ты про Илону можешь сказать?

— Про какую еще Илону? — вытаращил глаза тот. — Не знаю я никакую Илону!

— Да про девушку, — пояснил ему Веник. — Которую ты на «Университет» отправить хотел.

— Это которую?

— Ну, такую, — Веник описал ему красивую девушку.

— А эта… А что с ней? Обещал я ей проводника дать, да только не успел. Как шухер начался, так мне не до клиентов стало.

— И где она сейчас? — спросил Рашевский.

— Не знаю, — пленник пожал плечами. — На «Парке» наверное. Туда, за «Спортивную», людей только Андрюха водил.

В это время в комнату вернулся комендант.

— Нет этого Кости нигде, — без предисловий начал он. — Полчаса назад исчез. На посту у «Римской» сказали, что он туда ушел чуть ли не бегом.

— Вероятно, он увидел, как они взяли этого, — советник кивнул на пленника. — Вот и понял, что ждать больше нечего.

— Вероятно, — сказал комендант.

Заяц задрожал.

— Парни, — заканючил он. — Вы же сказали мне, что если я расскажу, то вы… А теперь Андрюха узнает обо мне здесь и точно меня порешит.

— Что за Андрюха? — поинтересовался комендант.

— Да есть тут один гражданин, — сказал советник. — Я тебе потом расскажу.

— Сейчас надо решить, что с этим делать, — Рашевский кивнул на Зайца.

Поскольку все молчали глядя на тяжело дышавшего пленника, Рашевский сказал:

— Он лазутчик, это точно. Но и убивать его вот так сразу…

— А в чем проблема? — удивился комендант. — Если какие-то сложности с ним, то можно это все и на «Римской» обтяпать.

Заяц снова вздрогнул. Он понял, что сейчас решается его судьба.

— Я ведь не при чем! Меня заставили. Мне оно надо, эти ваши секреты?

— А какие именно секреты? — спросил советник.

— Да я и не знаю! Меня сюда ведь просто направили, обсмотреться, примелькаться и в доверие втереться. А потом, может быть, еще какое бы задание дали.

— Ага, — сказал Борода. — Диверсию, например, совершить.

Комендант задумчиво кивнул.

— Да, — заметил он. — Не нравится мне этот тип. Надо с ним конкретно что-то решать.

На глазах у Зайца выступили слезы.

— Парни, господа, да я. Да я…

— А что если взять его с собой? — спросил Рашевский.

Он поглядел на пленника.

— Знаешь, какая там станция дальше? — он неопределенно кивнул головой.

— «Марксистская».

— А в другой стороне?

— «Авиамоторная».

— А за ней?

— «Шоссе энтузиастов».

— Дальше?

— «Перово».

— Нет, ну ты погляди на него! — преувеличенно восхищенно сказал советник. — Какой молодец! Прямо ходячий справочник. Откуда все это знаешь?

— Да так, на схеме видел.

— Молодец. А что ты знаешь про эти тоннели?

— Да ничего не знаю. Я в этой части Метро, у вас, в первый раз.

— Ладно, — советник принял решение. — Возьмем его с собой. Назад к бандюкам тебе уже нельзя. Узнают, что ты тут все рассказал — убьют. Поэтому тебе лучше с нами. Понял?

Пленник энергично закивал головой.

— Вот так. Пойдешь с нами на «Шоссе». А там, как проявишь себя, то видно будет, что с тобой дальше делать. Согласен?

Заяц снова закивал.

— Спасибо, — затараторил он, еще не в силах поверить, что смерть только что прошла мимо. — Спасибо. Я не подведу, я покажу, докажу, — забормотал он.

— Тогда, парни, — советник посмотрел на Бороду. — Возьмите его под присмотр.

— Это без проблем, — ухмыляясь, сказал толстяк, недобро поглядывая на пленника.

— Вот и хорошо, — советник посмотрел на часы. — Выходим через полчаса. Объясните ему, что к чему, а мы сейчас подготовимся и обговорим все.

Советник вместе с комендантом вышли в коридор.

Через полчаса их маленький отряд покинул станцию. Преодолев замысловатую баррикаду, предназначенную для того, чтобы через нее ходили поезда, отряд вошел в тоннель. Впереди снова двигались советник с мотористом. За ними шагал Арутюнян, за которым пыхтел тяжело нагруженный пожитками новых друзей Заяц. Замыкали шествие Веник с товарищами, которые шли почти налегке. Веник то и дело поглядывал на свои новенькие часы.

— Ну, а что говорить, — говорил Фил, узнав о самочувствии Деда. — Ты же сам, Веня, сказал, что слышал, будто этот Доктор проводит эксперименты на людях. Вот может он и сделал такое лекарство, что наш старик уже чуть ли не на ногах стоит. Кто знает, какие у них еще чудеса в запасе? Не просто же так с их помощью Платон несколько станций к себе привлек и Альянс сделал.

— Только что с этим Альянсом дальше будет? — сказал Борода. — Если тут такие дела у них.

— Ну и что. Распадется он — они снова к себе в бункер вернутся.

Веник подумал, что так оно все и будет. Если у Альянса начнутся проблемы, дезертирство и прочее, то все агенты Доктора вернутся назад. Но что делать остальным? Кому некуда бежать и некуда возвращаться.

— А люди? — неожиданно для себя вслух сказал он.

— Какие люди? — удивился Фил.

— Ну, которые в Альянсе. Которые не агенты.

— А эти… Придумают что-нибудь, — сказал мастеровой без особой уверенности в голосе.

Они немного помолчали, а потом Фил рассказал им, что услышал на станции.