Александр Неверов – Главное убежище (страница 23)

Подойдя ближе, Веник наконец рассмотрел оборонительное сооружение. Тоннель перекрывала мощная стена из прямоугольных бетонных блоков. Она закрывала не менее двух третей тоннеля и на оставшемся пространстве сверху виднелись люди. Там же, наверху, Веник увидел, торчащие черные трубки. Присмотревшись внимательнее, он понял, что это стволы нескольких больших пулеметов, нацеленных в их сторону. В нижней части стены, парень заметил узкие амбразуры, через которые на него смотрели чьи-то глаза.

Веник, да и остальные почувствовали себя очень неуютно. Если бы люди с баррикады захотели, они бы легкостью перестреляли пришедшую компанию.

Наверху послышался шорох. Легко сдвинулся один деревянный ящик у края стены и оттуда к ним в тоннель спустились два человека в пятнистой форме. Веник удивился, как их одежда была похожа на форму охранников Люкса. Единственное отличие — у этих двоих на рукава надеты красные повязки с белыми буквами СП.

«Станция „Спортивная“». — догадался Веник.

Спустившиеся с баррикады, мужики молча пожали руку Андрюхе и уставились на его спутников.

— Это кто? — неприятным тоном, поинтересовался один из охранников. По его тону и по тому, как тот держался, Веник понял, что это, возможно, командующий баррикадой. Веник заметил у того на груди эмблему — красный круг, перечеркнутый косой линией — знак Красного Диаметра.

Андрюха спокойно начал что-то очень тихо говорить этому командиру. Тот отрицательно качал головой и, глядя на Веника и остальных, несколько раз повторил слово «Нет!»

— Подожди, Семен, — сказал проводник. — Пройдемся.

Они вместе отошли немного дальше в тоннель, и Андрюха снова что-то говорил, но командир опять в ответ отрицательно мотал головой.

Оставшийся рядом охранник безразлично осматривал Веника и его спутников.

Закончился разговор тем, что командир, не дослушав, резко повернулся и быстрыми шагами пошел назад к баррикаде. На полпути он остановился и обернулся к Андрюхе:

— Бурый! Я в твои дела не лезу, но о договоренности знаю. Она ведь какая — туда сколько хочешь води, а оттуда ни-ни!

«О чем это он?» — подумал Веник.

Командир тем временем продолжал:

— Я их не впущу. Ты заходи, а они…

Он развернулся и подошел к стене, намереваясь лезть назад, на баррикаду.

— Слушай, ты! — резко сказал проводник и добавил ругательство, настолько крепкое, что Веник опешил.

«Сейчас этот командир, убьет его, а потом они разделаются и с нами», — беспомощно подумал парень.

Командир обернулся, грозно посмотрев на Андрюху, который, вовсе не оробев, продолжал:

— Ты что же, думаешь, если тебя тут поставили бригадиром, то тебе теперь можно все? Так? А? Забыл, как ты у Серго просил и что обещал? Забыл?

Эта, непонятная, с точки зрения Веника фраза здорово подействовала на командира. Он уже не смотрел с превосходством, а теперь словно свалился с ходуль и будто бы даже ростом стал ниже.

— Погоди, Андрюха, — совсем другим тоном начал он. — Я разве против тебя. Я что? Ты ведь знаешь, что у нас тут сейчас…

— Так что? — перебил его проводник. — Можно им заходить?

— Ну да, пусть идут, но ты ведь знаешь, мне ведь позвонить надо, сообщить…

— Звони.

Проводник нарочито медленно, даже задев командира плечом, подошел к краю тоннеля.

— Залезайте, — кивнул он своим товарищам.

Первым наверх полез Фил, за ним Дед. Когда подошла его очередь, Веник достаточно легко, используя ниши в стене тоннеля и баррикады, поднялся наверх. Там обнаружилась хорошо подготовленная площадка, где стоял прожектор, освещающий пространство перед баррикадой. Здесь находилось несколько бойцов. После площадки Веник с товарищами слезли со стены внутрь этой крепости в тоннеле, где он увидел еще несколько человек.

— Здорово мужики! — сказал Дед.

Солдаты, охраняющие баррикаду, довольно дружелюбно приветствовали их, но руки никто не подал. Венику стало немного неловко, что все эти люди стали невольными свидетелями неприятной сцены, что разыгралась между командиром и их проводником. Парень стоял, рассматривая внутренности этого защитного сооружения. У стен стояло несколько двухъярусных кроватей. Столы из ящиков. В бочке горело пламя, освещавшее пост. Рядом виднелись ящики и еще какие-то закутки. На веревке сушилось белье. Всего Веник насчитал десяток разновозрастных человек. В основном пожилые мужчины. Все с красными повязками, где виднелись белые буквы — СП.

— Андрюха, я это…, - говорил командир, когда они проходил мимо коек и нескольких столов, освещенных тусклыми лампочками. — Так я позвоню, скажу, чтобы вас там встретили.

— Звони, — бросил ему Андрюха, даже не обернувшись. Он кивнул им, и Веник с друзьями пошли за ним. Миновав проход в небольшой стене, они оказались в тоннеле. По краям стояли какие-то ящики и бочки. Прямо перед ними тоннель раздваивался — в правую сторону уходил еще один тоннель, видимо, соединяясь с параллельной линией.

Когда заслон остался позади, Дед спросил задумчивого Андрюху:

— Кто нас там встретит?

— Да никто. Не берите в голову….

Дальше они шли молча. Послышались звуки гомона. Впереди явно большое помещение с народом, напрягшись, подумал Веник. Тоннель резко свернул в правую сторону, и им открылась новая, весьма ярко освещенная станция. Потянуло запахами жилого места. Проводник коротко их проинструктировал:

— Сейчас остановимся у моего кореша. Я вас сразу оформлю, как новичков, но вы на станции особо не светитесь. Тут много новичков, которые не носят повязки, так что на вас не обратят внимания. Вы, самое главное, никого ни о чем не спрашивайте. Если будут вопросы, то ко мне или к другану моему обращайтесь. Его Ящик зовут.

В месте, где кончался тоннель, на небольшой узкой служебной платформе, сидели, свесив ноги, двое мужиков. Разглядев их, Андрюха повеселел:

— Вот, наконец-то нормальные люди.

Эти охранники тепло приветствовали Андрюху и пожали руки всем остальным. Они заинтересованно посмотрели на его спутников, но ничего не спросили.

Только увидев хорошо освещенную станцию, Веник понял, насколько она красива. Парень отметил, что «Спортивная» сильно похожа на станцию «Университет». Стена за рельсами выложена внизу черной, а наверху желтой кафельной плиткой. Белый свод состоял из квадратно-ромбовых плит. Вдоль стены, как и на «Университете» стояли скамьи из белого камня. А сами стены с проходами сложены тоже из светлого камня.

Поднявшись на платформу, путники вошли на станцию.

В отличие от темного, пустого и безлюдного «Университета», на «Спортивной» проживало много народу. Это Веник сразу понял. В воздухе висел многоголосый гул. Люди разговаривали, слышались приказы, кто-то смеялся. Пахло масляной смазкой, какой-то едой и человеческим потом. Где-то совсем рядом жужжал точильный станок. Пройдя через проход-арку, они оказались в центральном зале станции. Веник заметил, что здесь и правда встречается много людей без красных повязок.

Вообще, парень не видел раньше столько народу в одном месте. В Тамбуре и то народу, возможно, не так много будет как здесь, думал он.

Знакомый Андрюхи занимал комнату, организованную в одной из арок, ведущих из центрального зала на левый перрон. По краям проход был перегорожен легкими брезентовыми перегородками, в одной из которых находилась дверь, ведущая в центральный зал. Как потом узнал Веник, по местным меркам, это было ну очень шикарное помещение. Многие жители ютились в многочисленных подсобных помещениях станции. Причем были даже такие, что спали на подстилках прямо на перроне.

Здесь же, внутри комнатки стояла настоящая металлическая кровать, тумбочка и даже деревянный шкаф. Хозяин этих хором, некто Ящик, оказался хмурым темнолицым крепышом неопределенного возраста. Он молча выслушал приветствие Андрюхи, пожал им всем руки и разместил их у себя, не задав ни единого вопроса.

— Ну ладно, вы тут устраивайтесь, а я пока в администрацию метнусь. Жратву Ящик принесет. А вы можете даже побродить тут, но помните, что я вам говорил, — проводник кивнул в сторону зала и Веник вспомнил его предостережения.

Когда проводник ушел, Ящик вытащил из-под кроватей четыре матраса и сказал:

— Все мы тут не уместимся. Несколько из вас в зале лягут, на полу.

После этого они вышли в зал. Здесь, рядом со входом в жилище стояла белая каменная скамья. Вероятно, ее перетащили сюда с перрона. Друг Андрюхи и остальные присели на нее. Венику места не хватило, и он пристроился на корточках рядом, заметив при этом, что пол станции покрыт черно-белыми квадратными плитами, словно доска для шахмат, в которые он играл в детстве.

Так они сидели, а рядом бурлила жизнь станции. Ходили озабоченные люди. Видно, что все были заняты делом. Веник был доволен, что сейчас он может отдыхать и просто сидеть, в то время как остальным приходилось работать.

«Хорошо, что я все-таки пошел с Дедом, — думал он. — А то бы сейчас толкал тачку на свалку».

Понемногу они разговорились с хозяином. Тот совершенно не интересовался кто они и откуда, но зато с удовольствием отвечал на вопросы пришельцев, рассказывая про станцию.

Именно от него, Веник узнал много технических подробностей о метро. В частности он узнал, что широкие и мощные колонны на станциях подобного типа называются «пилоны». Рассказал им Ящик и о местных жителях. По его словам они делились на три категории. Первые — это местные. Полноценные жители, которые носили красную повязку с буквами СП, которые могли считать эту станцию своим домом. Вторая категория, это люди без прописки. Они были пришлыми на Красной линии. Здесь, тяжким трудом они зарабатывали себе возможность влиться в ряды полноценных жителей и получить красную повязку. Для этого следовало приложить много усилий и поэтому их часто использовали на самых тяжелых работах. Такие люди существовали на всех станциях Красного Диаметра, но на Спортивной их проживало особенно много. Сюда они отправлялись со всей Красной линии. После того, как они доказывали свою нужность и полезность, многие из них покидали «Спортивную» и обосновывались на других станциях, там, куда направляла их партийная организация Диаметра.