Александр Неверов – Главное убежище (страница 22)

— Район тут рядом был. Раменки назывался. У нас там, в Метро, ходили разные слухи об этом месте. Говорили, что тут целый подземный город был. Как видно, не врали. Возможно, вы первые оттуда, кто в Метро проник.

— Вероятно, — сказал Дед. — Только у нас там считалось, что все Метро вымерло давно.

— Не удивительно. Вы-то, там, хорошо подготовились ко всему и сидели на всем готовом.

У старика изменилось выражение лица:

— Да… Сидели… Те кто в Люксе, те да, сидели на всем готовом. А кто в Тамбуре, те, как последние крысы жили.

— Я тебя, папаша, успокою, — сказал Андрюха. — В Метро подавляющее большинство, именно как последние крысы живут.

— Ну, так что, — нетерпеливо сказал старик. — Берешься нас до «Римской» довести?

— Берусь, — просто сказал Андрюха. — Я поведу вас…

— Есть мысли, как пойдем туда?

Их, только что назначенный проводник, снова развернул свою схему. Дед, желая показать свою осведомленность, не заглядывая в карту сказал:

— Значит, сейчас идем на станцию «Воробьевы горы»?

— Не совсем.

— Это как?

— Там уже нет станции. Раньше там был мост и прямо на нем и была станция. Теперь она разрушена.

— И?

— Станция-то разрушена, но мост сохранился вполне сносно. Так что со мной вы его пройдете. Это без проблем.

Он посмотрел на схему.

— А вот дальше… Дальше, со станции «Спортивной», Красная линия начинается. Это так называемый Красный Диаметр. Слышали про такое?

— Что-то краем уха слышали, — соврал Дед. — Что это для нас значит?

— Люди там не сильно добрые и чужаков не любят. Но я проведу вас там. Дойдем вот до этого места.

Веник увидел, что проводник показал пальцем на станцию «Парк Культуры», которая находилась на коричневом круге.

— А там, пойдем по круговой линии? — спросил толстяк.

— Да, только ее правильно кольцевой называть. Придем туда, а там видно будет, как дальше двигаться. Сперва нам надо до границы Красного Диаметра добраться. А потом и решим, как лучше и удобнее.

— Слушай, — сказал Фил. — А мост этот. Там как, через него тоннель проходит или прямо по его поверхности он идет?

— Ну, выходит конечно на поверхность. Только вы не волнуйтесь. Там радиации почти и нет.

— Значит нужен счетчик Гейгера? — сказал Дед.

Веник понял, что он хочет рассказать, что у них есть такие штуки. Однако проводник его опередил:

— У меня он есть. Не волнуйтесь.

— Вот как? — в очередной раз удивился Дед. — Откуда?

— В Метро, что угодно можно достать, только надо знать, где и у кого, — уклончиво ответил проводник.

— Ну что, двинулись? — Андрюха встал на ноги.

Все вместе они двинулись по тоннелю. Во время пути, парни задавали проводнику разные вопросы про Метро. Мастерового заинтересовало оружие проводника.

— Хорошая штука, — говорил их новый товарищ похлопывая свой дробовик. — На дальних дистанциях он никакой, а вот если в упор или там в толпу. Это в самый раз.

Веник хотел спросить, были ли у того уже ситуации, когда приходилось стрелять в толпу, но тут впереди, в конце тоннеля, показалось белое пятно. Борода, шедший впереди, остановился и оглянулся. Когда к нему подошли остальные, толстяк спросил:

— Чего это там?

Проводнику хватило одного взгляда:

— Выход на поверхность, на мост. Я же сказал, там станция раньше была, но теперь одни руины. Пройдем только так.

Он снял рюкзак и положил его на шпалы:

— Отдохнем тут маленько. Проверьте всё, чтобы можно было быстро идти, не отвлекаясь на завязывание шнурков…

Остальные присели рядом, тревожно вглядываясь в бледное пятно.

Заметив их напряженные лица, проводник усмехнулся.

— Да нет там радиации. Нет. Почти нет… Если бы что было, разве я поперся бы я туда?

Немного отдохнув и проверив снаряжение, они двинулись дальше.

Глава 8

Красный Диаметр

Метромост — странное, искалеченное сооружение из стали, бетона и оплавленного пластика осталось позади. Все, что запомнил Веник, это назойливый треск счетчиков радиации, вольный ветер, страшное серое небо и, конечно же, свинцовая вода. Она была видна в каждой трещине, которыми изобиловал мост, по которому они перебирались через реку, названия которой уже мало кто помнил. Изредка их маленький отряд останавливался и проводник показывал какие-то разрушенные сооружения на обоих берегах реки, что-то говорил, но Веник из этого мало что понял. Он вообще старался не смотреть по сторонам, поскольку отсутствие стен и непривычное белесое небо вызывали сильное головокружение. Подобным образом чувствовали себя и остальные, старясь как можно быстрее миновать это странное и пугающее их место.

Лишь снова оказавшись в тоннеле, когда над головой и по сторонам снова выросли привычные бетонные стены и стих треск счетчика радиации, путники немного перевели дух. Пройдя немного по левому тоннелю с вертикальными стенами и плоским потолком, они устроили небольшой привал, во время которого присели на рельсы, не скрывая своего облегчения и радости.

Андрюха же наоборот, посерьезнел. Он вытащил из своего рюкзака красную повязку с двумя белыми буквами ПК и повязал ее на левую руку, повыше локтя.

— ПК, это название станции «Парк Культуры». Там я прописан, — объяснил он. — Все жители Красного Диаметра носят такие.

Проводник вкратце рассказал, что Красный Диаметр представляет собой союз множества станций, который зародился вскоре после Катастрофы. Вначале это было всего несколько станций, объединенных общим руководством, но постепенно союз разросся и поглотил всю линию, которая на оставшихся с древних времен картах всегда изображалась красным цветом. Из-за этого многие называли это образование Красной линией, но сами они называли себя Красный Диаметр.

Название это появилось из-за того, что на схеме Метро, красная косая линяя, пересекающая круг кольцевой, была похожа на технический знак диаметра — круг, перечеркнутый косой линией. Разумеется, это образование не ограничивалось только Красной линией. В состав Диаметра входили почти все смежные с ним станции. Одни присоединялись к союзу добровольно, другие же, принуждались к этому силой, чему способствовала более высокая боевая организованность союза. Однако конечной целью руководства этого конгломерата станций стало желание перестать быть всего лишь красной линией, пересекающей кольцевую линию. Они планировали захватить все кольцо и уже много лет назад начали готовиться к этой войне. Однако время шло, а война все не начиналась. Руководство старело, а смелые воины, закаленные в боях, сидели без дела. На многих станциях расцвела коррупция и злоупотребления…

Продолжив путь, Веник и его товарищи почувствовали, что тоннель, который стал уже круглым, вроде бы как спускается под небольшим наклоном под землю и явно забирает в левую сторону. Сам путь шел под наклоном и идти было весьма легко.

Остановившись перед очередным путевым знаком, Андрюха посмотрел на часы и тихо ругнулся:

— Не успели! — с досадой сказал он. — Смена на заслоне уже другая.

Он постоял немного, о чем-то думая.

— Ладно, — наконец решил он. — Идем. Не сидеть же тут сутки!

Он обернулся к компании:

— Сейчас будет пост. Мы там только кивайте и молчите. А говорить я буду.

Они направились дальше по тоннелю, который начал заметный изгиб в правую сторону. В правой стене показалось темное ответвление тоннеля, уходящее в ту же сторону, откуда они шли. Рельсы, выходящие из темного тоннеля соединялись с их рельсами. Сразу за стрелкой, где два тоннеля объединялись в один, и находилась самая южная точка Красного Диаметра — застава станции «Спортивной».

Тоннель перегораживала стена. Не доходя до нее почти десятка метров, Андрюха несколько раз свистнул.

Почти сразу же, на баррикаде вспыхнул яркий прожектор, заставив всех в тоннеле опустить головы от слепящего света.

— Спокойно, — сказал проводник, прикрыв глаза ладонью.

Прожектор убавил яркость и они смогли уже идти, не прикрывая глаза от яркого света.

Когда до баррикады осталось несколько метров, оттуда их окликнули:

— Андрюха? Ты?

— Он самый! — откликнулся их проводник.