Александр Нек – Изгнанник II (страница 12)

Я взмахнул руками.

Волна обрушилась.

Грохот стоял такой, что заложило уши. Вода крушила баррикады, вырывала деревья с корнями, сметала людей, как щепки. Крики тонули в рёве. Я видел, как солдат отбросило на скалы, как ломались телеги, как тонули лошади.

А потом — тишина.

Вода схлынула так же быстро, как и пришла. На берегу не осталось ничего: ни баррикад, ни защитников. Только грязь, обломки и тишина.

Река Ярге обмелела. Из полноводной превратилась в ручей.

Имперцы не стали ждать. С криками они бросились на другой берег, добивая выживших. Тех было мало.

Я стоял и смотрел, как мимо бегут солдаты. Не слышал их — в ушах звенело. Вода стекала с плаща, смешиваясь с кровью.

Сделал шаг. Второй. Третий.

И рухнул лицом в грязь.

– Тащите его!

Меня подняли, понесли. Я видел только размытые силуэты, слышал обрывки фраз.

– Держись, Лео! Не закрывай глаза!

Я закрыл.

Темнота была плотной, тёплой. Я плыл в ней, не чувствуя тела. Где-то далеко слышались голоса, но я не мог разобрать слов.

А потом появилась боль. Сначала тупая, далёкая. Потом острая, режущая — в спине, в плече, в каждой сломанной кости.

Я попытался открыть глаза — и не смог. Веки были тяжёлыми, как камень.

– Он ещё не очнулся? – Голос Ворона звучал глухо, будто из-за стены.

– Нет, – ответил Берт. – Вот, меч его. Возле него подобрал.

Я слышал их, но не мог пошевелиться. Только лежал и слушал, как где-то рядом капает вода.

А потом — вспышка.

Даже сквозь закрытые веки я увидел свет. Яркий, белый, он разлился по палатке, и на мгновение стало тихо.

– Это невероятно, шар света, движется сам! – выдохнул Берт.

– Где он? – спросил голос. Женский. Знакомый.

– В палатке, – ответил Ворон.

Шаги приблизились. Кто-то отодвинул врача:

– Туда нельзя!– Мне можно.

Она села рядом. Я почувствовал её тепло. Она взяла мою руку в свои ладони.

– Держись, – прошептала она. – Пламя в тебе ещё не угасло.

Я очнулся через несколько дней. Точнее, не очнулся — пришёл в себя настолько, чтобы понимать, где нахожусь. Пахло кровью, травами и потом. Рядом кто-то стонал. Лазарет.

– Значит, стоим мы на берегу, – рассказывал солдат, примостившийся у входа в палатку. – Стрелы свистят, катапульты молотят... И тут – бах! Из воды стена поднялась! Высотой, как стены Дол-Вар! И одним махом – весь вражеский берег смыло!

– Що? – Второй солдат, только прибывший в лагерь, уставился на него. – Байки рассказываешь!

– Тихо! – рявкнул подошедший командир. Оба вытянулись. – Через два часа отправка на Дол-Вар. Готовьтесь.

– Есть!

Когда командир ушёл, рассказчик вытер пот со лба:

– Я уж думал, энто нам всем крышка...

– Дык повезло, значит. – Второй хлопнул его по плечу. – Ладно, давай к складу, телеги снаряжением грузить. Путь далёкий.

Армия Империи разделилась. Первая часть ушла к Карну, вторая осталась на Ярге, третья двинулась к Дол-Вару. Шеститысячный гарнизон охранял берег, пять тысяч спешили на выручку Карну, семь тысяч — к Дол-Вару.

«Что же развернётся на севере этой весной?» – думал я, вторую неделю лёжа в лазарете.

Врач только качал головой: магическое восстановление шло быстрее, чем у обычных людей. Да и просто регенерация... Он не мог объяснить, но я знал причину.

– Говорят, на Лео раны заживают как на собаке, – засмеялся Берт.

– Берт, не выражайся, – буркнул Брайн.

– Хо-хо! "Не выражайся"! – передразнил Берт. – У меня вот идея, парни.

– Ну и что ты надумал? – Райнинг покосился на Марию.

– Надо бы нам... – Берт понизил голос, – ...тихо, чтобы никто не слышал... выпить.

Все замолчали.

Из палатки лазарета вышел Лео. Он был бледен, под глазами залегли тени, но он шёл сам, не опираясь на посох и не хромая. Мария шла следом, готовая подхватить, если он упадёт.

– Давай, Берт, – сказал я, подходя к костру. – Хорошая идея. У меня уже глотка пересохла. Надо бы чего-то такого... за душу берущего.

Все удивлённо уставились на меня. Кроме Марии.

– Вот! – Берт аж подпрыгнул. – Даже Лео одобрил! А вы? Эх... Ну ничего. Ждите, у меня есть пара душераздирающих напитков.

Вечер выдался прохладным. Ветерок лениво трепал пламя костра, над которым висел котелок с ухой. Аромат разносился по всему лагерю.

– Если есть уха, то мясо нам нахрена? – мелодично пропел Берт, помешивая варево.

– Рыба тоже мясо, – авторитетно заявил Брайн. – Но это неважно. Я сто лет уху не ел!

– Прямо сто? – съехидничал Райнинг.

– Да не в прямом смысле! – Брайн всплеснул руками. – Райнинг, чего ты докопался?

– Да ничего я не сделал, – Райнинг замахал руками и вдруг вскочил: – Лео! Мы здесь! И даму приглашаем!

Я и Мария подошли к костру, сели рядом на бревно.

– Ну, Берт, – Лео сразу перешёл к делу, – показывай свой душераздирающий напиток.

Берт торжественно извлёк из рюкзака две здоровенные бутыли.

– Водка. Она и в Ангере водка. – Он откупорил одну и разлил по стаканчикам. – Ну что, братцы... и дама... по первой?

Все устроились у огня.

– Братцы! – Берт поднял стакан. – Первый тост – за нашего героя! Выпьем до дна!

Выпили.

– Ух... – я зажмурился, чуть дернувшись. – Хороша! Берт, где ты такую радость откопал?

– Да случай вышел, – уклончиво ответил Берт.