Александр Насибов – Безумцы. Роман (страница 8)
- В седьмую, - приказал Абст служителю, молча стоявшему у двери. - Приготовьте все, как обычно. Полный комплект. Не забудьте кофе и сигареты.
- Он будет есть? - спросил Кан.
- Полагаю, нет. - Абст скривил губы. - Однако так надо…
Он провел Кана в уютную комнату с мягкой постелью и креслом у большого окна. Чуть пахло дымом: один из служителей возился у камина, раздувая огонь.
В коридоре раздались шаги. Четверо санитаров внесли больного, уложили в постель и удалились.
Вошла женщина. Кан кивнул ей. Та поклонилась.
- Забинтуйте ему руки, - распорядился Абст.
- И голову? - спросила женщина, оглядев грязную, сбившуюся набок повязку на лбу Бретмюллера.
- Только руки! - Абст нетерпеливо облизнул губы. - Руки он увидит, голову - нет. Приступайте!
Лицо женщины порозовело. Она ловко обмотала бинтами обезображенные, с комьями запекшейся крови кисти больного. Абст шагнул к столику с инструментами, достал из кармана коробочку ампул, отломил у одной из них кончик и втянул содержимое ампулы в шприц. Помощница обнажила и протерла спиртом плечо Бретмюллера.
Абст мастерски сделал укол.
Когда он повторил инъекцию, введя еще одну дозу, у женщины дрогнули губы. Она взяла вату, чтобы протереть место укола, но Абст вынул из коробочки третью ампулу.
- Девятьсот тысяч! - пробормотала она.
Вместо ответа Абст вновь вонзил иглу шприца в руку пациента.
Служитель убрал столик с медицинскими инструментами, вкатил другой. На нем уместились тарелки с обедом, бутылка какой-то воды, высокая вазочка с подрагивающим апельсиновым желе.
Не прошло и десяти минут, как дыхание больного замедлилось, стало ровнее, глубже. Его губы разжались, на лице проступил слабый румянец.
- Время! - скомандовал Абст. Он обернулся к Кану: - Действие препарата началось. Сегодня все будет быстрее. Хочу еще раз напомнить: осторожность!
Женщина быстро распеленала Бретмюллера. Брезентовые ленты были сняты и унесены в коридор.
Абст облачился в белый халат и шапочку.
Выражение глаз Бретмюллера постепенно менялось. Вот он повернул голову и оглядел комнату. Увидев Абста, сделал попытку подняться. Служители помогли ему сесть, под спину подложили подушки. Затем они вышли.
Абст приблизился к больному, взял его руку.
- Сегодня вы выглядите молодцом, - сказал он. - Пульс почти в норме. Словом, наши дела продвигаются. Скоро вы будете на ногах.
- Но я совсем ослаб, - проговорил больной. - Кружится голова, все плывет перед глазами. Нет, нет, не уверяйте меня - я чувствую, мне хуже.
- Пустяки. - Абст ободряюще улыбнулся. - Заверяю, что самое трудное позади. Лечение идет успешно. И вот доказательство: я привез вам гостя.
- Я узнал господина Фридриха Кана, - безучастно сказал Бретмюллер. - Господин Кан желает допросить меня? Я готов сказать все, что знаю.
- Отлично! Вы продолжите свой рассказ, вам зададут вопросы. Но сперва следует пообедать.
Бретмюллер покачал головой.
- Не могу, - прошептал он. - Меня мутит при одном виде пищи. Я ничего не буду есть.
- Хорошо, подкрепитесь позже. Не желаете ли сигарету?… Тоже нет? Очень жаль. Я принес вам болгарские сигареты, самые лучшие. Курите, сегодня можно!
Бретмюллер вновь покачал головой.
Абст выкатил столик с едой и вернулся.
- Приступаем, - сказал он. - Итак, вы всплыли в гроте. Что с вами случилось в дальнейшем? Не торопитесь, подробнее опишите грот.
- Да, грот… - Бретмюллер поморщился, хотел было поднести руки к голове и обнаружил, что они забинтованы. - Что это? Что с моими кулаками?
- А вы ничего не помните? - небрежно спросил Абст.
На лице больного отразилось усилие мысли. Но вот Бретмюллер вздохнул, устало качнул головой.
- Не помню, - проговорил он. - Обрывки каких-то кошмаров. Будто бежал, бил обо что-то руками, рвался… Нет, ничего не могу связать. Что же со мной случилось? Неужели снова буйствовал?
- У вас был кризис. Вы пытались разбить кулаками вот эту стену. К счастью, кризис миновал. Поэтому-то вы так слабы. Это естественно: организм изо всех сил боролся со страшным недугом. Боролся и победил!
- Значит, я буду жить?
- Разумеется, - бодро сказал Абст. - Но начинайте свой рассказ. Господин Кан очень занят, он должен спешить в Берлин.
- Не могу. - Бретмюллер сделал длинную паузу. - Очень хочется спать…
Абст встал. Он был встревожен. Поймав на себе взгляд Кана, едва заметно кивнул. Это означало: «Торопитесь!»
- Вам удалось осветить грот? - быстро спросил Кан. - Как он выглядит?
- Мы применили переносный прожектор.
- Как он выглядит? - повторил Кан. - Грот велик? Какой высоты своды? Есть ли расщелины в стенах, пустоты, туннели?
- Грот колоссален. Своды теряются в темноте. Сверху свисают сталактиты. Их множество. С некоторых стекает влага.
- Стены грота отвесны?
- Кое-где они спускаются к воде полого. Будто откосы.
- Так что из воды можно выйти?
- Да. Там, по крайней мере, два таких места. Мы и воспользовались ими. Мы излазили все вокруг - искали выход из подземелья. Поиски продолжались более суток. Было обнаружено много больших полостей в стенах, своего рода пещер в пещере.
- Есть и сквозные пещеры?
- Пещер много, но сквозных мы не нашли. Полость наглухо закупорена.
- Как же вы оказались на воле?
- Выплыл через тот самый туннель. У меня был аварийно-спасательный респиратор.
- А с какой стороны он начинается?
- Туннель?
- Да. Откуда вход в грот?
- С зюйда.
- То есть с противоположной стороны… Я хочу сказать: база находится к норду от скалы?
- Да.
- Какие глубины в гроте во время полной воды?
- Там очень глубоко.
- Сколько?
- Футов триста. Возможно, и больше… Простите, очень кружится голова. И боль начинается - все та же дикая, нечеловеческая боль!… Позвольте мне заснуть.
- Разговор надо продолжать! - жестко сказал Абст. - Господин Кан, пожалуйста…
- Да, да! - проговорил Кан. Он дружески коснулся рукой колена Бретмюллера. - Еще несколько вопросов, и мы оставим вас в покое. Тогда вы сможете хорошо отдохнуть. Ну-ка, напрягите память и сообщите нам ширину туннеля. Можно ли пробраться в грот на подводной лодке?