Александр Можаев – Великий посад Москвы. Подлинная история Китай-города (страница 41)

Вся историческая застройка в глубине владения снесена неисследованной в 1967 г.

37. Палаты Шустова (Кантемира)

Никольский переулок, 9, стр. 1

В середине XVII в. двор купца гостиной сотни Якова Степановича Шустова находился в Посольской улице, к югу от церкви Николы Красный Звон. Позже двор перешел к его зятю Киприану Климшину, а от него в 1672 г. к боярину К. П. Нарышкину[292], однако далее усадьба вновь фигурирует в документах как двор Шустова. В переписной книге 1693 г. ею владеет Григорий Шустов, а в XVIII в. Шустовым переулком называлась сама бывшая Посольская улица. Вероятно, стоявшие здесь палаты были построены на совесть, так как в 1686 г. по их образцу было велено делать двери и крыльцо церкви соседнего Боровского подворья.

В 1711 г. Петр Первый временно разместил на Шустовском дворе прибывшего в Москву молдавского господаря Дмитрия Константиновича Кантемира, в связи с чем в 1711–1712 гг. обветшавшие палаты о 16 больших и малых комнатах[293] были перестроены мастером Иваном Григорьевичем Устиновым, а подрядчиком на стройке выступал знаменитый Осип Старцев[294]. В описи, предшествовавшей ремонту, отмечены двухэтажные палаты с проездной аркой и 19 окнами по линии Посольской улицы (длиною 14 саженей), а в глубине двора – трехэтажные палаты с погребами, поварней и баней, о 37 окнах, с передним и задним крыльцами, 14 × 7 саженей. Также на дворе имелась каменная конюшня размером 6 × 4 сажени[295].

И главный дом, и корпус с проездной аркой хорошо видны на приведенном выше (с. 285) плане 1789 г. и (в несколько измененном виде) на плане 1803 г. В настоящее время участок занимает пятиэтажный доходный дом 1912 г. постройки.

38. Боровское (Пафнутьевское) подворье

Никольский переулок, 7 (Ипатьевский переулок, 12)

Боровское подворье, известное с 1621 г., находилось на Посольской улице (современный Никольский переулок, 5–7). В 1640 г. здесь была выстроена каменная церковь Пафнутия, в 1686 г. она капитально перестраивалась. Согласно подрядной записи, церковь надстроена «по старым стенам» и переложены своды в трапезной. Указаны образцы: главу делать «против Никитской церкви», колокольню – как «на Потешном дворе что в Кремле городе», двери и крыльцо – как у соседних палат Шустова, а окна – как в Знаменском монастыре[296].

Южный фасад, план. Проект реставрации И. И. Казакевич

Одноэтажный келейный корпус подворья, выявленный в 1960-е гг., стоял за алтарями церкви, в юго-восточном углу прямоугольного владения. На торцевой южной стене сохранялись два нестесанных кирпичных наличника, завершенных кокошниками, определенно близкими окнам собора Знаменского монастыря. Реставраторы датировали памятник серединой или третьей четвертью XVII в., нам кажется возможным связать возведение палат со строительными работами 1686 г. Вероятно, здание упоминается в 1737 г. как «властелинские кельи» вместе с другими, стряпческими палатами подворья[297].

Вытянутые вдоль задней стороны двора кельи состояли из трех палат, центральная играла роль сеней. Согласно данным натурных исследований, эта большая, квадратная в плане комната прежде разделялась «преградой» на две равные половины с отдельными входами[298]. С торца к кельям примыкала небольшая четвертая палата с отдельными сенями, чуть выступающими за очертания общего прямоугольного плана здания. Известно, что помещения отапливались изразцовыми печами, а крыша, возможно, была крыта чернолощеной черепицей (ее многочисленные фрагменты были найдены археологами в двух соседних колодцах). Обращенный к соседнему владению восточный фасад не имел декора.

Южный фасад, фото 1967 г.

Современное состояние, фото 2014 г.

При сносе бывшего подворья в 1968 г. палаты были перенесены во двор дома 12 по Ипатьевскому переулку, при этом предполагалось, что одна их половина будет развернута и передвинута, а другая распилена на отдельные фрагменты и собрана заново. Работы не были доведены до конца, и памятник, находящийся на закрытой территории, продолжает разрушаться, не имея ни крыши, ни фундамента. Судя по редким фотографиям с той стороны забора, сохраняется лишь половина древнего объема, по сию пору стоящая на рельсах.

39. Палаты Патрикеевых (Соловецкое подворье)

Ипатьевский переулок, 10

Согласно купчей 1647 г., князь Иван Андреевич Голицын перепродал боярской вдове Ульяне Федоровне Головиной двор «в Ипатцкой улице», приобретенный им тремя годами ранее у вдовой княгини Анны Исаковны Патрикеевой (Дябринской). Та продала двор по приказу брата своего Ивана Исаковича Патрикеева, возможно, в связи с его опалой после возвращения из неудачного датского посольства 1642 г.

В купчей указаны «полаты каменные, под ними погреб да ледник». Упомянута деревянная дверь из палат в сени, на прочих же дверях и окнах «затворы железные и окончины слюдены, 36 окончин». Судя по числу окон, здание было двухэтажным. В ограде двое ворот, одни из которых обращены к церкви Николы Красный Звон, в межах двор граничит с владениями Ивана Чулкова и Петра Юрьева. Также на дворе упомянуто «творило кирпишное», что, возможно, говорит о том, что палаты построены недавно из изготовленного на месте кирпича[299].

Фрагмент плана 1803 г., на котором обозначены: под № 97 – церковь Николы Красный Звон; № 87 – Боровское подворье; № 90 – бывший двор Твердиковых; № 91 – бывший двор Булгаковых; № 85 – бывший двор Шустова; № 84 – бывший двор Нарышкина; № 83 – бывший двор Казакова; № 82 – бывший двор Патрикеевых; № 96 – Ипатьевское подворье

В 1652 г. Ульяна Головина продает двор Соловецкому подворью, и в купчей этой сделки еще раз описываются те же палаты каменные с погребом, ледником и задними сенями. Здесь же уточнено расположение верхних деревянных хором: «на палатах горница с комнатою да сени передние, да переходы, да чердак, да сушило»[300]. В других, более ранних описаниях соседних владений, скупленных для Соловецкого подворья, числились лишь деревянные кельи – вероятно, бывшие палаты Патрикеевой после продажи стали исполнять роль его архимандричьих покоев.

В 1752 г. на подворье названы два жилых каменных покоя «для приезда властелинского», а в третьем живут дворник да синодальный солдат, «под теми покоями три погреба, да особливо хлебня, поварня, конюшня каменныя»[301]. Застройка владения полностью снесена в конце 1960-х.

40. Палаты Казакова

Ипатьевский переулок, 12, стр. 1, 2

Единственная сохранившаяся купеческая усадьба древнего Китай-города. Трехэтажные палаты были выстроены, скорее всего, в третьей четверти XVII в. для Ивана Чулкова, владевшего участком в середине столетия, или для сменившего его гостя Дмитрия Казакова (Казанцева), в 1675 г. назначенного главой таможни Посольского приказа. Распространенное мнение о том, что в 1673 г. палаты были переданы под «иконописный завод» Симона Ушакова, не имеет никаких документальных подтверждений[302].

План. Проект реставрации южного фасада

Казакевич, анализируя характер декора, строительных приемов и кирпичной кладки (клеймо «орел»), датировала дом 1650 – 1670-ми. Щенковы полагают, что постановка палат по улице отодвигает датировку к концу столетия[303], но план дома имеет аналоги в палатах на Берсеневке (ранее 1650-х) и в Шубине (3-я четверть столетия), а постановка жилых домов по улице была актуальна в Китай-городе еще до Смуты.

В плане палаты представляют близкий к квадрату прямоугольник с широкими сенями-коридором, с междуэтажной лестницей в их торце, с двумя комнатами по каждой стороне сеней. В первом этаже к этому набору помещений добавлен отдельный узкий пристенок, соединяющий вход в усадьбу с проходной юго-восточной палатой. Стены подклета (до сводов) белокаменные. Кирпичные своды изначально существовали во всех трех этажах здания, сохранились в нижнем этаже и частично во втором.

Восточный фасад дома с флигелем и воротами.

Реконструкция И. И. Казакевич

Современное состояние

Обращенный к улице восточный фасад был оформлен асимметрично расставленными оконными наличниками с треугольными фронтонами, более сложными во втором и простыми в третьем этаже. Парадные западный и южный фасады имеют сложные наличники с треугольными и килевидными фронтонами, с перехватами и дыньками колонок. Обращенная к соседнему владению северная стена – глухая. В центре главного западного фасада были обнаружены следы примыкания арок сложного, «с несколькими поворотами» крыльца высотой в три яруса.

Усадьба Казакова – редкий случай частично сохранившегося усадебного комплекса из нескольких построек: по линии переулка стояла аркада (двое ворот и калитка) с надвратной башней. Этот узел известен по чертежу 1806 г., а в южной стене главного дома восстановлена дверь, выходившая на переход к башне. Левее ворот находился сохранившийся в составе соседнего строения № 2 флигель. Первоначально он представлял собой «тройню» на подклете с одинаковыми просторными палатами по сторонам сеней. Его фасады имели простой венчающий карниз и окна без наличников, комнаты были сводчатыми.

Реставрация здания, начатая в 1963 г., была фрагментарной, поскольку велась без расселения и без возможности восстановления габаритов оконных проемов. Не были исследованы интерьеры второго и третьего этажей. Реставрация уличного фасада была продолжена в 2004 г.; двор усадьбы, принадлежащей режимному учреждению, недоступен, у западного фасада возведены технические пристройки. Во дворе бывшей усадьбы пребывают руины перенесенных сюда с соседнего участка палат Боровского подворья.