Александр Мироненко – Перун. Избранник богов. Часть 1 (страница 28)

Снова по болоту пронеся грустный вздох, за ним второй более громкий стон. Кто или что-то стонало от боли. Предчувствуя нехорошее, паренёк потянул за рукоять меча. Грозно в лучах солнца сверкнул широкий клинок. Левая рука тут же сжала добротное древко топора. Звуки доносились с той стороны бугорка.

Сжимая оба орудия в руках, медленно пошёл вокруг берёзы. То, что увидел с другой стороны острова повергло в необратимый шок граничащий с отвращением. Прямо к стволу дерева были приращены два ещё живых тела. По крайней мере они такими казались. Два иссохших, обтянутых кожей скелета невидяще вращали глазами. Прикрытыми полупрозрачной плёнкой век.

Сросшиеся меж собою в районе грудной клетки и приросшие спинами к стволу дерева они бессильно тянули к нему свои тонкие будто испущенные руки. Застывшие в извечной гримасе боли и страдания лица, беззвучно шевелили оскаленными пастями. Подавшись порыву, путник одёрнулся в сторону, едва не провалившись в зыбкую топь. Его несколько раз вывернуло.

Пересилив себя всё же обернулся. С целью убедиться, что ему не показалось. На телах несчастных полуживых нелюдей виднелись остатки латной брони дружинников.

— Так вот куда пропадали все те отряды, посланные князем в эти земли. — Пробормотал вслух парень.

Ему сейчас было жизненно необходимо услышать чей-то людской голос. За неимением спутника разговаривать приходилось самому с собой:

— Старик предупреждал что эти земли вытягивают силы. Так вот что будет со мной если прилягу в здешних местах на отдых. Птицы не поют, даже лягушек болотных не слыхать. Какая уж тут птица жить будет? Не говоря уже о тварях лестных. Не зря места эти зовутся гиблыми.

Заложив меч в ножны, и повесив на пояс походный топорик, он поднял с земли сучковатую ветвь. Дальше пришлось двигаться намного медленнее чем хотелось бы. По нескольку раз проверяя глубину болота медленно продвигался вперёд. То и дело рискуя свалиться со скользких кочек.

Вдали у самого горизонта чернела полоска леса. Где-то там его ждала сестра волхва, а стало быть и долгожданный отдых. По крайней мере ему в это хотелось верить.

Когда преодолел с половину пути, петляя по болоту будто змея, палящее солнце заслонила огромная тень. До ушей донесся оглушительный рёв. Подняв глаза к верху, разглядел стремительно растущий в размерах огромный сарай. Шест тут же полетел в сторону.

Не помня себя от ужаса Перун бежал напрямик к небольшой рощице, совершенно не заботясь о надежности грунта. Он и сам не понял, как ему удалось добраться под защиту хлипких деревьев, ни разу не провалившись в топь. Когда откуда-то сзади раздался громкий хлопок, и его спину окатило зловонной болотной жижей.

Болото и окрестности окатил громогласный рёв. Огромный змий, вошёл бронированным пузом в гнилую почву. Кожаные крылья величиной с мельницу с натугой взбивали ил и гнилую воду. Вся громадная туша от зубастой пасти до когтистых задних лап была покрыта непробиваемой для людского оружия бронёй. Зелёные чешуйки каждая величиной с одноручный щит надежно прикрывали тело летающего зверя. Оставляя широкие щели меж собой. В которые с легкостью бы мог проникнуть клинок.

Перун зачаровано наблюдал за экой невидалью. В полусотне аршин позади, барахтался в трясине грозный хищник. Местами поросший мхом, с отливающим изумрудным отливом чешуи. Под стать этой гиблой местности. Длинный покрытый шипами хвост с грохотом бил по почве, всякий раз выбивая столбы болотной жижи в пересмешку с илом. Огромная пасть распахнулась, оскалив два ряда желтых изогнутых клыков. Каждый величиной с мясницкий нож. Прикрытые массивными дугами маленькие по меркам тела глаза, не сводили залитого кровью взгляда с человека. Змей крутил головой на широкой будто ствол векового дуба шее. Смотря на добычу то одной то другой стороной морды. Будто обычный птах.

Ящер вытянул далеко в стороны, затянутые кожей крылья. Сквозь тонкий слой стали видны толстые жилы. Обтянутый кожей каркас из костей. Опершись на длинный хвост и широкие массивные лапы зверь мощным рывком оттолкнулся от земли. В лицо дохнуло гнилью, когда хищник могуче взмахнул широкими парусами.

Не дожидаясь пока эта, скотина снова взлетит, юноша рванул к лесу. Он бежал настолько быстро насколько мог. Каждый вздох отдавался в груди обжигающим пламенем. В правом боку жёстко закололо. Перепрыгивая на бегу с кочки на кочку, старательно обминал широкие лужи и ненадежные бугорки. Целиком и полностью положившись в этом деле на свою интуицию.

До спасительных хилых крон деревьев оставалось совсем ничего, когда над головой послышался грохот. Перун на полном ходу рухнул на живот, пропахав головой борозду в рыхлой земле. В лицо и рот ударила смердящая волна гнили. Прямо над ним пронеслась огромная туша змея. Похоже ящер более не рисковал приземляться на болота. А вместо этого решил ухватить свою добычу когтями, будто неразумную овцу.

Хищник, грузно развернувшись в воздухе принялся набирать высоту, явно готовясь на второй заход. Вскочив на ноги будто пружинистый мячик Перун собрался с силами. Времени на отдых не было. Сейчас каждое мгновение могло сыграть решающую роль в пользу хищника иль его двуногой добычи.

Наконец-то почва пошла по твёрже, а на встречу замелькали корявые стволы сухих деревьев. В спину вновь ударил сбивающий с ног запах гниения.

Не оборачиваясь вбежал в лесополосу. По ушам ударил раздражений рёв вперемешку с хрустом ломающихся стволов деревьев. Огромная бронированная туша ломилась за ним в чащу леса! Ломая и выкорчёвывая болезненные деревца.

Испуганный и обомлевший ещё долго ломился через всё более сгущающийся мрак. Цепляясь за ветки и коренья падал, но одолеваемый непомерным ужасом и адреналином бежал не одну версту. Прежде чем рухнул в глубокий овраг.

Распластавшись на пологой глиняной стене оврага долго и надсадно дышал. Каждый вдох давался с превеликим трудом. Грудь и гортань пылали будто горн кузнецы. Когда наконец успокоился и понял, что за ним никто не гоняться откупорил походный бурдюк. Приложился к горлышку одним нескончаемо долгим глотком.

Горящая жидкость живительным нектаром прошла по горлу до самого желудка, придав ему смелости. Где-то над головой раздался раздражённый рёв. Подняв лицо вверх разглядел сквозь широкие лиственные кроны деревьев, парящую высоко в небе крохотную точку.

— Пошла на хер! Гадюка проклятая! — Не в силах задерживаться выругался Перун. И голос его, эхом прокатился по гиблому лесу.

Изрядно намучавшись и попотев с подъёмом на стены глубокого оврага, юноша вконец распрощался с сонливостью. В очередной раз хватаясь рукой за ненадежный рассыпчатый грунт принялся раздумывать. Как бы было хорошо, сейчас самому обратиться в зверя! И вмиг добраться до колдуньи без всяких проволочек.

Он уже пытался обратиться, как только отошёл на достаточное расстояние от лодки. Достаточное на то чтобы никто из дружины этого не видел. Но сколь не напрягался. Сколь не бился грудью оземь, так у него ничего и не получилось. Выбравшись наконец из злосчастного оврага некоторое время сидел у самого края, свесив вниз ноги.

Наконец решившись принялся снимать с себя нагрудник и одежду. Оставшись нагим долго и сосредоточенно восстанавливал дыхание очищая разум от посторонних мыслей. Всё напрасно. Знак на груди по-прежнему был холодным.

Парубок раздосадовано вышагивал взад и вперёд возле кучки сложенных вещей. Немного поразмыслив расчистил пред собой небольшой клочок земли и грянулся что есть силы оземь.

В голове зазвенели колокола. Запоздало приметил спрятавшийся в жухлой листве камень. Потирая ушибленный лоб, поднялся и рухнул снова, на сей раз больно ударившись грудью. Как вдруг послышался тихий девичий смех:

— Ну и богатыри пошли нынче…. Эй парень, а ты малость не того? Не пришибленный?

Опешив от неожиданности Перун вскочил на ноги не забыл попутно выдернуть из ножен меч. Так и замер посреди деревьев. Нагой, с мечом в руке и разбитым в кровь лбом. Долго искал взглядом меж стволов деревьев, пока наконец не додумался поднять взор на раскидистые ветви.

В пяти шагах от него, средь ветвей молодого кедра мельтешило малое серое тельце белки.

«Белка? Откуда в этих гиблых краях? Куда даже птицы не залетают.» — Лихорадочно мельтешили мысли в его голове.

А меж тем мохнатый зверек устроился на одной из ветвей, поближе к нему. Он вновь услышал тонкий девичий голосок, явно исходящий от этого зверька. Хотя сама белка рот не открывала:

— Ты ведь Перун?

— А кто спрашивает? — Вопросом на вопрос ответил хлопец, при этом не опуская клинок. От здешних мест можно было ждать всякого.

— Меня матушка послала тебе навстречу. Повелела сопроводить до жилища.

Он долго и пристально изучал хвостатую. Экая невидаль! Говорящий грызун. Хотя если верить Братиславу…. То, когда они с братухой в прошлый раз бражки налакались, Буян даже с дворовыми собаками разговаривал. А потом клятвенно божился что те его понимали и даже отвечали.

— Чего застыл? — Надрывалась со смеху нежданная гостья. — Забыл, как портки надевать?

Юноша бросился к сложенной у дерева одежде и принялся натягивать на себя нательное бельё. За всем этим делом наблюдали пытливые глазки бусинки.

— Желтое наперед, коричневое назад.

— Чего? — Опешил он стоя на одной ноге.