Александр Михайлов – Vulnaris (страница 2)

Параметры обитателя: стабилизируются. Пульс: 65 уд./мин. Температура тела: 37°C. Кислородная насыщенность: 95%.

Звуковая запись (транскрибация): "Ммм… аа… ггг…"

Система капсулы: в норме. Подготовка к полному выводу обитателя.

––

TIMESTAMP_22:54:57.011

Параметры обитателя: Активность мышц: восстановлена частично. Неврологическая активность: нормализуется. Внешние повреждения отсутствуют. Пульс: 72 уд./мин.

Звуковая запись (транскрибация): "Грр… ммм… хх…"

––

TIMESTAMP_23:45:42.442

Фиксация окончательного восстановления. Обитатель выведен из капсулы. Фаза сна.

Переключение системы на мониторинг постанабиозного состояния. Запуск стандартных процедур контроля.

Конец файла.

В тишине монотонного гудения систем батискафа он лежал почти неподвижно, атрофированные мышцы несмотря на подпидку жидкостями от капсулы не поддавались. Едва шевеля пальцами рук, он уже открыл глаза и мог шевелить губами.

– Инициализация завершена. Приветствую. Меня зовут Лаура. Я ваш системный помощник. Процесс вывода из анабиоза успешно завершен. Вы были пробуждены в соответствии с протоколом.

– К-кто я… где… (медленно, с трудом подбирает слова) что… что происходит?

– Ваши идентификационные данные отсутствуют. Я продолжаю мониторинг вашего состояния и работу систем убежища. Причина пробуждения: нет данных. Местоположение: нет данных. Внешние координаты: нет данных.

– Как… как долго я спал?.. (запинается)

– Текущая дата: 22 сентября 2374 года. Время нахождения в анабиозе: 126201 день.

– Зачем… зачем ты меня… разбудила?

– Доступ к информации о причинах пробуждения заблокирован. Я не располагаю данными о цели вашего нахождения здесь. Моя функция – поддерживать работу жизнеобеспечения и мониторинг вашего состояния.

– Я… не понимаю… зачем я… здесь… кто… кто я?..

– Ваши идентификационные данные отсутствуют. Ваша физическая оболочка в норме, основные жизненные показатели стабильны. Некоторые жизненные функции восстановились не полностью.

– Я… здесь… один?

– Данные о других обитателях отсутствуют. Вы – единственный зарегистрированный обитатель убежища.

На третий день после пробуждения обитатель уже чувствовал себя заметно лучше. Его тело, еще пару дней назад неподвижное и изнеможенное после долгих лет анабиоза, обрело силу. Ноги больше не дрожали, мышцы потихоньку привыкали к нагрузке.

Первые два дня были мучительны, после нескольких движений организм терял контроль и требовал отдыха. Череда попыток осмотреться и пройтись сменялась хаотичным сном. Время тянулось медленно.

Сегодня обитатель решительно настроился исследовать убежище, в котором оказался.

Освещение коридоров было мягким, слегка приглушенным. Свет лился с потолочных панелей, а вентиляционные решетки еле слышно гудели, подавая свежий воздух в помещение. Шаги обитателя глухо раздавались в пустых металлических коридорах.

– Лаура? – позвал он, остановившись возле одной из дверей.

– Я здесь, – прозвучал голос системы, холодный и механический.

– Прости … я сам не свой как проснулся. Ты много делаешь для меня, пусть это и просто исполнительный код. Но мы с тобой тут одни, а ты не знаешь, как меня зовут … я, кажется, вспоминаю его … Александр! Наверняка оно, хоть до конца я не уверен.

– Александр. Подтверждено. Теперь я буду называть вас Александром.

– Договорились! Лаура, что это за помещение?

– Это технический отсек для контроля систем жизнеобеспечения. Здесь расположены фильтры воздуха, водоочистительные системы и резервное энергоснабжение. Работа систем полностью автономна и вам открыт доступ в помещение только в случае непредвиденных обстоятельств.

– Ты говорила, что я тут уже почти 346 лет, а дата основания убежища значит, еще раньше. Какое оборудование может так долго служить?

– Здесь установлено передовое оборудование для глубоководных аппаратов, по гарантии оно должно было прослужить 135 лет, но наш опыт эксплуатации показывает кратное превышение срока службы без серьёзных сбоев.

– Глубоководные аппараты? Причем тут они?

– Информация заблокирована.

– Странно. Лаура, что еще мне нужно знать? Есть ли другие важные функции, которые мне необходимо проверить? – его голос звучал увереннее, но в нем все еще присутствовала неясная тревога.

– Основные системы работают в штатном режиме. «Рекомендую проверить систему управления убежища и системы связи в командном отсеке», – безэмоционально произнесла Лаура. – Системы связи не активны. Для активации требуется дополнительная диагностика.

– Ты можешь провести эту диагностику?

– Нет, диагностический тест останавливается на 4м шаге. Тест производится ежедневно, все результаты записаны в файлах логов. Судя по описанию теста, нет связи с внешним блоком.

– Я пока слаб, но я могу физически посмотреть этот блок.

– Нет возможности.

– Почему?

– Судя по чертежам он расположен на внешней обшивке, требуется выход наружу. Доступ заблокирован.

– Заблокирован. Заблокированы. Что за черт! Я тогда что должен делать? А запасы еды? Как долго я смогу продержаться? Потом все равно нужно будет выходить! – продолжил он, не отвлекаясь от осмотра панелей управления.

– Запасы рассчитаны на автономное поддержание жизнедеятельности одного обитателя на срок до пяти лет, – прозвучал точный ответ Лауры.

Обитатель на мгновение замер, пытаясь осмыслить услышанное. Пять лет? Этого достаточно, не просто чтобы понять, что происходит, а еще и сдохнуть тут.

Он прошел дальше, чувствуя, как странное ощущение пустоты преследует его. Убежище казалось одновременно и знакомым, и чуждым. Все было чистым, стерильным, но слишком тихим, словно время здесь остановилось.

– А где мы сейчас? Каковы наши координаты? В какой точке мира мы сейчас?

– Неизвестно.

Александр нахмурился. Он остановился у двери в одну из комнат и приподнял бровь:

– Неизвестно? Как такое возможно?

– Доступ к данным о местоположении заблокирован, – механически ответила Лаура. – Доступ к ряду информации ограничен после перезагрузки системы.

– Кто заблокировал данные? – с едва заметной ноткой раздражения спросил он.

– Ответить не могу – нет данных, – последовал её ответ.

Обитатель устало потер виски и заглянул в комнату.

– Лаура, что за помещение?

– Серверная, – коротко отозвалась она. – Здесь проводится обработка системных данных и поддержка программного обеспечения. В нем находится пользовательский терминал. Доступ открыт, но некоторые массивы данных заблокированы.

Это было небольшое помещение с двумя столами и компьютером, пыль покрывала каждый уголок. Он подошел ближе, включил монитор, но система тут же запросила код доступа.

– Какой к…

– Код доступа 01.01.1983

– Через точки, я правильно понимаю, – печатал он, не дожидаясь ответа. – Странный пароль, похож на дату рождения. Кто додумался ставить такой пароль … Лаура, чей это пароль?

– Код доступа принадлежит вам, в примечании написано "Дата рождения".