Александр Мазин – Ловцы душ (страница 57)

– Раз Рауд здесь лежит, стал быть, нурманы не стали возвращаться. – Одноглазый варяг огляделся. – Иначе бы он с той стороны оврага лежал.

– Знать бы почему.

– Мне кажется, я знаю, – осенило княжича. – Он нас к себе заманивает. Точнее, не нас, а деда с мальчишкой. Мы как раз, похоже, ему только мешаем.

– Почему ты так думаешь? – прищурил единственный глаз Местята.

– Смотри, пока мы их не встретили, по кругу ходили. Словно он хотел, чтобы мы наткнулись на старика и Стипко и привели их к нему. А то бы они пошли куда угодно, только не в эту сторону. Дальше – если бы нурманы вернулись, мы бы уже пошли назад. И деда с мальчишкой опять же никто не заставлял бы сюда идти.

– И что из этого следует?

– Уходить нам надо – вот что следует. Пока еще можем.

– Кажись, уже не можем. – Крыжан указал рукой назад, на край оврага. – Волки!

Полтора десятка темно-серых приземистых теней двигались к ним в полной тишине. Не было слышно ни воя, ни рычания. Только полные злобы глаза смотрели на людей исподлобья. И, как успел отметить про себя Сеслав, глаза эти были необычного цвета – ярко-желтые, как янтарь.

– Бежим или поборемся? – Крыжан вытянул меч из ножен.

– Бежать, знамо дело, было бы умнее. – Местята встал рядом, поднял щит. – Жерех! Берешь деда и мальца, потихоньку отступаете. А потом, как отдалитесь, – бегом. Мы задержать попробуем.

– Понял, батька!

– Блажко, ты слева. Сеслав, постарайся на подходе хотя бы пару снять.

Княжич молча вынул лук из колчана, передвинул его на живот, чтобы сподручнее было доставать стрелы. Наложил первую, опустился на колено, прицелился. По его расчету, попасть должен был в левый глаз вожака. То ли не учел что-то перед выстрелом, то ли стрела попалась не совсем ровная, но выстрел ушел в сторону. И обычная сила, направляющая руку, в этот раз почему-то не помогла. Зато для волков это прозвучало как приказ. По-прежнему не издавая ни звука, они разом бросились вперед.

– Вязать их боем! – закричал Местята, вскидывая клинок.

Сеслав бил из лука не переставая. Одна стрела взмывала в воздух сразу за предыдущей, почти без пауз. Правда, волки двигались так быстро и так стремительно перетекали с места на место, что хорошо, если один из трех-четырех наконечников врезался в серую шерсть, заставляя хищников взвизгивать от боли.

Колчан опустел как раз к тому времени, когда волки добежали до людей. И первый же – судя по всему, вожак стаи, – прыгнув с разгону, врезался передними лапами и грудью в щит Блажко. Удар был столь силен, что варяг не устоял на ногах и повалился на спину.

Местята и Крыжан устояли, хотя на каждого из них набросилось по несколько зверей. Умело и споро они заработали клинками, и воздух наполнился визгом и ошметками окровавленного серого меха. Сеслав, отбросив бесполезный теперь лук, тоже схватился за меч. Сам не понял, как ему удалось, но первым же ударом рассек морду одного из волков, который, громко скуля, отскочил на несколько шагов назад.

Сколько времени они так рубились, никто не смог бы сказать. Мечи взлетали вверх и опускались, волки отскакивали, чтобы тут же снова броситься на людей. Правда, только трое из четверых участвовали в схватке: как успел разглядеть между ударами княжич, варяг Блажко уже свое отвоевал. Сражаться, когда твое горло разорвано в труху, никто бы не сумел.

Вскоре пятикратный перевес начал сказываться. И хотя почти половина волков уже лежала без движения на залитой кровью траве, кмети настолько измотались, что не могли защищаться и атаковать с той же скоростью, как и раньше. Казалось уже, что надежды на спасение не осталось…

– Чего это они? – удивленно спросил Сеслав, когда уцелевшие волки неожиданно уселись на землю в трех шагах.

– Может, устали просто? – неуверенно предположил Крыжан.

– Сейчас проверим. – Местята осторожно сделал шаг назад.

Волки сидели на месте. А вот когда варяг попробовал двинуться чуть в сторону, серые хищники тут же вскочили, всем видом показывая, что туда идти нельзя.

– Понятно. Назад нас не пустят.

– И что будем делать, дядька Местята?

– Пока подождем, отдышимся. Там посмотрим.

Словно услышав его слова, волки двинулись в сторону кметей, опустив головы и показывая клыки. С утробным рычанием они подступали, явно готовые вот-вот рвануться в бой снова. Трое мужчин, хотя и продолжали держать высоко свое оружие, неосознанно отшагнули назад. Потом еще и еще.

– Батька, вы что это? – послышался за спиной голос Жереха. А затем, вдохнув, Сеслав почувствовал резкий болотный запах за спиной. И окончательно убедился, что ведун по-прежнему ведет их туда, куда ему надо.

Глава V. Ведьмина кровь

– Думайте, парни, думайте! – Крыжан, густо измазанный болотной грязью, понуро смотрел на оставшихся в живых. – Как нам отсюда выбраться?

Они сидели на траве на маленьком островке посреди трясины, в которую их загнали волки.

– Да говорю же, не уйдете вы, – проскрипел дед в очередной раз.

– Да поняли мы уже все, отец, – отмахнулся от старика Местята. – Толку-то от этого?

– Боюсь, теперь у нас только один путь – дальше через топь, на капище. – Крыжан снял сапог и вылил из него бурую жижу… – А там пытаться разобраться с ведуном раз и навсегда.

– То есть сделать то, чего он от нас хочет? – нахмурился Сеслав.

– Предложи иное.

Большой черный ворон, громко хлопая крыльями, опустился на корягу, торчавшую из воды рядом. Внимательно посмотрел по очереди на каждого. Потом переместился так, чтобы оказаться ровно напротив Жереха, уставился на парня, склонив голову набок.

– Да что тут еще предложишь, – понурился княжич. – Тогда выжимаем портянки и штаны – и вперед, на встречу с ведуном?

– Угу. И покажем ему, каковы варяги в ярости.

– Слушайте, а чего мы в ту сторону-то не пойдем? – Молодой кметь вскочил на ноги с горящими глазами. – Вот же тропа. По ней мы спокойно сможем обратно выйти и волков обойти.

– Жерех, ты чего? – княжич посмотрел на парня с изумлением.

– Да вы ослепли, что ли? – Жерех решительно направился в сторону трясины. – Вот же тропа!

– Замри, туес! Куда ты? – закричал Местята, пытаясь схватить парня за штаны. Не успел.

– Да вот же тропа, вот она! – повторял он снова и снова и, словно перед ним действительно была твердая дорога, шел вперед, все больше погружаясь в болото.

– Стой, Жерех! – Сеслав бросился за молодым кметем. – Назад! Это морок! Утопнешь!

– Ты не лезь! – Крыжан, вцепившись в пояс, резко дернул княжича назад. – Тоже сгинешь!

– Ну, что вы там стоите? – с улыбкой посмотрел Жерех на товарищей, когда вода уже дошла ему до шеи. – Догоняйте давайте!

Не останавливаясь, он упрямо шел вперед. Не замедлился, даже когда коричневая вода стала заливаться ему в рот, и когда скрылся нос, и даже когда не видно стало глаз. А когда он почти скрылся в топи, черный ворон, сидевший на коряге, взмыл в воздух, подлетел к Жереху и опустился на его взъерошенную макушку. Посмотрел на людей, коротко каркнул – и вновь взлетел, сделал круг и понесся куда-то в сторону от острова.

– Гад! Голыми руками голову оторву! – прорычал Местята, глядя на большие пузыри, указывавшие место гибели Жереха.

– Ведуну? – зачем-то уточнил Крыжан.

– Ему.

– Ну, тогда нечего рассиживаться. Дальше пошли. – Седой повернулся было и сделал шаг. Но тут еще более сильный, чем обычно, приступ кашля вновь сложил его пополам. И вновь на землю полетели сгустки крови.

– Не надо! – проскрипел десятник между приступами, когда Сеслав бросился к нему, чтобы помочь. А когда подотпустило, пояснил: – Не поможет. А ты силы не трать.

– Ты же понимаешь, что тебя это скоро убьет? – Местята помог старому товарищу разогнуться.

– И что? Я варяг, а не смерд, смерти не боюсь. Мы с ней почти полсотни лет ноздря в ноздрю проходили.

– И ты, зная, что немного осталось, все за золотом гонялся? В Ирий его с собой не заберешь…

– Местята! Уж кто-кто, а ты-то знаешь, что мне на золото всегда плевать было. Я не ради себя, ради парней, они молодые. Были… – Крыжан скривился и махнул рукой. – Ладно, неча переливать в порожнее. Двинулись.

Острова на болоте располагались на расстоянии в полсотни шагов. От одного к другому можно было пройти вполне спокойно, вода не поднималась выше колена. Кое-где, правда, при неверном шаге то один, то другой проваливался и глубже, до пояса. Тогда товарищи помогали выбраться и идти дальше.

Нурмана-великана Бруни они нашли на четвертом островке от того, где погиб Жерех. Сеслав не сразу понял, что это такое, слишком уж странно и страшно это выглядело.

– Кровавый орел, – со знанием дела произнес Крыжан.

– Что это за напасть? – Княжич, которому казалось, что после всего пережитого за эти дни его уже ничто не сможет потрясти, почувствовал, как на лбу выступает холодный пот.

Обе руки Бруни были привязаны льняными веревками к двум большим корягам. Из одежды на нем остались только штаны с сапогами, да оберег в виде молота по-прежнему болтался на груди. Кто-то умело, несколькими тяжелыми ударами, рассек ему мышцы на спине, разрубил ребра и с силой выгнул их наружу. Через получившиеся отверстия из груди у нурмана вынули легкие и, как мешки, положили на плечи.

– Мечом такое не сделаешь, так сильно не рубанешь, – задумчиво потер усы Крыжан.

– Так по нему не мечом и били. – Одноглазый ухватился за топорище, торчавшее из тины, и вытянул из болота бродекс Бруни. – А вот секирой и мышцы, и ребра рассечь не так сложно. Если с двух рук ударить со всей мочи.