Александр Майерс – Лекарь из Пустоты. Книга 6 (страница 30)
Я уселся за столик в кафе, заказал стейк и кофе, а затем позвонил замминистра Вольскому. Уверен, помня о том, что я спас жизнь его супруге, он не откажет в помощи.
— Граф Серебров! Рад слышать. Как ваш симпозиум? — сказал Павел Андреевич, взяв трубку.
— Благодарю, всё хорошо. Павел Андреевич, у меня к вам дело.
— Слушаю внимательно.
— Вы знаете о ситуации с бароном Ельцовым? Проверки в его клиниках? — уточнил я.
— Разумеется. Неприятная история, — посетовал Вольский.
— Проверки сворачивают. Кто-то наверху решил, что скандал достаточно большой.
— Хм. Понимаю. И вы хотите, чтобы я… — начал замминистра.
— Чтобы помогли довести проверку до конца. Хищения были — это факт. Если замять дело сейчас, виновные останутся безнаказанными, — перебил я.
— Непростая просьба, граф… Но я поговорю с нужными людьми. Ничего не буду обещать, но постараюсь помочь, — произнёс Вольский.
— Благодарю. Я этого не забуду, — ответил я.
Мне принесли заказ, и я съел стейк, даже не почувствовав вкуса. Голова была занята мыслями о том, что ещё можно сделать. Решившись, я позвонил князю Бауму.
Мне не слишком хотелось втягивать сюда Мирона Сергеевича. Всё-таки он князь, и я не хочу быть слишком ему обязанным. С другой стороны — он явно нацелен продолжать сотрудничество со мной, так что обратиться за помощью можно.
— Слушаю, Юрий Дмитриевич! — ответил Баум.
— Здравствуйте, ваша светлость. Как ваши дела, как Елизавета Павловна?
— Супруга в полном порядке, как и мои дела. Спасибо, что спросили. Простите, я опаздываю на встречу. Могу чем-то помочь?
— Можете. У меня возникли некоторые трудности с интернет-ресурсами, если так можно выразиться, — ответил я.
— Слышал, слышал. Белозёров совсем распоясался, — посетовал Мирон Сергеевич.
— Вы уже знаете? — слегка удивился я.
— Я много чего знаю, граф. Тимур Евгеньевич не умеет действовать тихо. Так чем конкретно я могу помочь?
— Проверку в клиниках Ельцова пытаются замять, и я хочу, чтобы этого не случилось.
— Вот как. Ну, у меня есть пара знакомых в прокуратуре. Посмотрим, что можно сделать, — хмыкнул Баум.
— Буду признателен, ваша светлость.
— Не за что, граф. Мы партнёры. А партнёры помогают друг другу, — произнёс Мирон Сергеевич.
Я уже не раз слышал от него эту фразу. Либо он и сам в это искренне верит, либо таким образом пытается настроить меня на то, что рано или поздно я тоже должен буду ему помочь.
Впрочем, я и не против.
Мы поговорили ещё немного и попрощались. Я допил кофе, расплатился и встал из-за столика. Не спеша, направился в сторону своей гостиницы.
Вольский и Баум — весьма влиятельные люди, и оба на моей стороне. Их усилий должно хватить, чтобы проверка продолжилась. А дальше — посмотрим.
Войдя в номер, я снова созвонился с Дмитрием и убедил его, что все проблемы скоро будут решены. Мы обсудили текущие дела, и Дмитрий напомнил, что мне нужно решить ещё один важный вопрос.
Сделка в Кемерово. Владелец фабрики лабораторного оборудования ждал ответа, а я всё откладывал.
Сейчас — самое время.
Я связался с секретарём, и тот подтвердил, что владелец фабрики готов прямо сейчас со мной пообщаться. Так что я открыл ноутбук и запустил видеосвязь.
На экране появилось лицо пожилого мужчины — барон Григорий Павлович Сомов, владелец фабрики «Эталон». Он выглядел сосредоточенным, даже напряжённым. Пригладив седые волосы, он приветственно кивнул мне:
— Добрый день, ваше сиятельство.
— Добрый день, Григорий Павлович. Рад знакомству и прошу прощения, что откладывал нашу беседу. Я сейчас на симпозиуме в Европе, много дел, — признался я.
— Да-да, я понимаю… — кивнул барон.
Мы немного поболтали ни о чём, и я убедился, что Сомов держится настороже. Возможно, он подозревал, что резко поднявшийся род Серебровых намерен поглотить его предприятие — и, в целом, был недалёк от правды. Но меня интересовало не поглощение, а доля в бизнесе.
А даже если мы со временем и подомнём «Эталон» под себя, то на честных условиях. Я не из тех предпринимателей, кто пожирает всякого слабее себя.
— Честно говоря, я всё ещё сомневаюсь, — признался Григорий Павлович, когда мы перешли к делу,.
— В чём именно?
— Во всём. В сделке, в партнёрстве. Зачем вам моя фабрика? — напрямую спросил он.
— Григорий Павлович, я скажу как есть. Мне нужно лабораторное оборудование, и много. Для моего производства, для клиник, для будущих проектов. Сейчас я закупаю его у сторонних поставщиков — а это зависимость. Недавно один недоброжелатель надавил на поставщиков, и нам пришлось срочно искать замену, нести убытки и всё прочее, — ответил я.
— И поэтому хотите иметь свою фабрику?
— Своё производство — это независимость. А ваша фабрика — лучший вариант. И я не хочу её присвоить, поскольку нет времени заниматься дополнительным бизнесом. Я лишь намерен инвестировать и получить долю взамен на стабильные поставки, — объяснил я.
Сомов потёр подбородок.
— Но сорок процентов… Это почти половина компании.
— Взамен вы получаете модернизацию. Новое оборудование, новые технологии и гарантированные заказы на годы вперёд. Вам больше не придётся искать клиентов — я буду вашим главным покупателем.
— А что с управлением? Вы будете лезть в мои дела?
— Нет. Вы остаётесь директором, принимаете все оперативные решения. Я — лишь инвестор. Меня интересует результат, а не процесс, — произнёс я.
Барон помолчал, обдумывая мои слова.
— Григорий Павлович, я понимаю ваши сомнения. Но подумайте: что будет с фабрикой через пять лет, если вы откажетесь? Оборудование стареет, конкуренты наступают на пятки. Без инвестиций вы просто не выживете.
— Это правда, — нехотя признал он.
— А с нами вы получите ресурсы для развития. И защиту. Я не предлагаю заключить союз, но даю слово чести — в случае каких-либо проблем мои люди всегда придут на помощь, — выдал я последний аргумент.
Сомов посмотрел мне в глаза через экран.
— Вы так молоды, граф. Но говорите как человек, который много чего повидал.
— Повидал достаточно, — кивнул я.
— Ладно. Я согласен. Сорок процентов в обмен на инвестиции и заказы. Когда подпишем документы?
— Мой представитель приедет к вам завтра же. Всё оформим официально.
— Хорошо. Тогда… рад, что мы договорились, ваше сиятельство.
— Взаимно, ваше благородие, — ответил я.
Закрыл ноутбук и улыбнулся.
Ещё один кирпичик в фундамент благополучия нашего рода. Своё производство оборудования, независимость от поставщиков, укрепление позиций в регионе. Белозёров может сколько угодно устраивать информационные войны — но реальные активы никуда не денутся.
А значит, мы с Белозёровым ещё повоюем…
Арсений Андреевич смотрел на бумагу и не верил своим глазам. Официальный бланк прокуратуры, печать, подпись следователя. «Явиться для дачи показаний… в связи с продолжением расследования…»