Александр Майерс – Лекарь из Пустоты. Книга 6 (страница 28)
— Значит, не так уж сильно заблудились! — Курбатов-младший не мог скрыть радости.
Матвей кивнул и жестом приказал отряду продолжить движение.
Они шли ещё полдня. Ущелье оказалось узким и извилистым — приходилось идти гуськом, прижимаясь к скалам. Над головой нависали каменные козырьки, внизу журчал ручей. Места для засады — идеальные, и гвардейцы были настороже, держа оружие наготове.
Но врагов не было. После той деревни с чёрными розами они не встретили ни одного человека — ни боевиков, ни мирных жителей.
К вечеру ущелье расширилось, и они увидели впереди аул.
Небольшой — десяток домов, прилепившихся к склону горы. Над крышами поднимался дым, блеяли козы. Издалека были заметны фигурки людей на улицах.
— Это то место? — спросил Иван.
Матвей сверился с картой и записями архивариуса.
— Да. Аул Хашим. Здесь живёт человек, который знает дорогу к руинам, — ответил он.
Отряд вошёл в деревню осторожно, убрав оружие и показывая руки в знак мирных намерений. Местные, конечно, испугались, женщины и дети тут же попрятались по домам. Мужчины, напротив, все вышли, но никаких агрессии с их стороны не наблюдалось. Лишь угрюмо смотрели на чужаков.
Проводника нашли быстро — это оказался старик по имени Абдул, единственный в деревне, кто говорил по-русски. Иван рассказал, зачем они здесь и куда хотят пойти. Старик покачал головой и цокнул языком.
— Плохое место. Туда не ходят, — сказал он.
— Почему?
— Мой дед рассказывал, что там живёт зло. Кто туда ходит — будет проклят и скоро погибнет.
— Нам нужно туда попасть, — твёрдо сказал Иван.
— Зачем?
— Мы кое-что ищем. Тебе не надо знать, — ответил Курбатов и протянул старику заранее припасённый золотой слиток.
Пять граммов драгоценного металла — настоящее состояние для этих краёв. Деньги здесь не в ходу, а вот золото вполне можно обменять на многое полезное для деревни.
Абдул снова цокнул языком. Долго смотрел выцветшими глазами то на слиток, то на Ивана и гвардейцев. Потом вздохнул.
— Я покажу дорогу. Но внутрь не пойду. И вам тоже лучше не ходить.
— Это мы решим сами, — ответил Курбатов, вкладывая слиток в сухие руки старика.
Абдул взял ишака и повёл отряд за собой. Руины оказались недалеко, в часе ходьбы от аула, но найти их своими силами было бы сложно. Иван не уставал удивляться, насколько незаметными могут быть местные горные тропы.
Ишак Абдула закричал и остановился, как только они дошли до конца ущелья. Старик что-то успокаивающе прошептал животному и погладил его между ушей.
— Дальше сами. Мы туда не пойдём, — сказал он.
Иван посмотрел вперёд.
Ущелье заканчивалось тупиком — отвесные скалы нависали со всех сторон. А в центре, у подножия самой высокой скалы, виднелись руины здания.
Стены обрушились, крыша давно перестала существовать. Остались только колонны — массивные, из тёмного камня, покрытые непонятными символами. И алтарь в центре — тяжеленная каменная плита, покрытая такими же символами.
Они осторожно вошли внутрь.
Воздух здесь был другим, наполненным древними магическими вибрациями. Аура этого места давила, вызывала тревогу и каким-то образом влияла на дар — Иван чувствовал, как его целительская энергия ослабевает.
— Смотрите, — один из гвардейцев указал на обломок стены.
Иван подошёл ближе.
Каменная плита была покрыта резьбой. Текст на неизвестном языке — угловатые символы, ни на что не похожие. И рисунок, удивительно искусный.
Фигуры людей, стоящих кругом. В центре круга — что-то странное. Похоже на портал, но неправильной формы, как будто рваная рана, трещина в самой реальности, из которой вырывались языки чего-то тёмного.
А над разломом — ещё одна фигура. Больше остальных, нечеловеческая. С множеством конечностей или щупалец, точно было не разобрать. Она словно выходила из трещины, тянулась к людям внизу.
— Что это? — пробормотал Матвей.
— Не знаю. Но похоже на то, что мы ищем. Юрий должен это увидеть, — ответил Иван.
Он достал телефон и сфотографировал стену, а затем и всё вокруг — алтарь, колонны с символами, весь храм с разных ракурсов.
Потом отправил всё Юрию. Хоть и плохо, но связь здесь работала.
Ответ пришёл через несколько минут.
«Получил. Будьте осторожны. Ничего не трогайте. Скоро свяжусь».
Иван убрал телефон и ещё раз посмотрел на изображение.
— Надо уходить. Солнце садится, — сказал Матвей.
Курбатов-младший согласно кивнул. Он тоже думал, что ночью здесь нечего делать.
Они покинули храм, но Иван несколько раз оглянулся.
Ему казалось, что из тени ущелья кто-то смотрит им вслед.
Телефон завибрировал, когда я собирался лечь спать.
Пришло сообщение от Ивана с десятком фотографий. Я открыл первую и замер.
Они нашли, что искали. Древний храм. Тёмные колонны, покрытые символами. Каменная плита с изображением ритуала. Фигуры людей вокруг чего-то, похожего на…
Рагнар?
Сердце забилось чаще. Я увеличил изображение, вглядываясь в детали. Трещина в реальности, из которой вырывались тёмные языки. И фигура над ней — огромная, нечеловеческая, с множеством конечностей.
Я уже не раз имел удовольствие видеть эту фигуру. Никаких сомнений, что здесь изобразили Великое Ничто.
Конечно, Рагнар порой принимал разные формы и несколько раз даже делался похожим на человека. Но это он, я уверен.
Символы на плите были странными. Я не знал, что это за язык, никогда не видел ничего похожего. Но что-то внутри меня резонировало с этими знаками. Словно они были частью меня — или я был их частью.
Я написал Ивану ответ, попросив на всякий случай ничего не трогать, и мысленно позвал:
«Рагнар!»
Молчание. Потом я ощутил его присутствие, и в моей голове раздался тяжёлый вздох.
«Чего ты хочешь, смертный?»
«Что это?» — спросил я, продолжая смотреть на фотографии.
Долгая пауза. Я буквально чувствовал, как Рагнар борется с собой — говорить или нет.
«Врата», — наконец, ответил он.
«Врата куда?»
«Ты видишь одно из мест, где Пустота когда-то прорывалась в этот мир».
«Одно из них? То есть таких врат несколько?» — спросил я.
«Они все запечатаны», — уклончиво ответил Рагнар.