Александр Майерс – Лекарь из Пустоты. Книга 6 (страница 15)
В номер я вернулся около полуночи.
Голова гудела от впечатлений. Слишком много всего произошло для одного дня.
Я налил себе воды из графина, сел в кресло у окна и достал телефон.
Сначала позвонил Льву.
— Ваше сиятельство! Как симпозиум? — голос алхимика звучал бодро, несмотря на разницу во времени.
Я знал, что Бачурин любит работать допоздна.
— Интересно. Много полезных контактов. Как дела на производстве? — спросил я.
— Всё по графику. Первая партия «Бодреца» с новыми вкусами будет готова через десять дней, как и планировали. Региональные дистрибьюторы уже разместили предзаказы.
— Отлично. Что с поставками сырья?
— Стабильно. Ваш вассал Краснов привёз последнюю партию трав на прошлой неделе, качество хорошее. Хотя… — Лев замялся.
— Что?
— Есть небольшая проблема с одним из московских поставщиков. Задерживает отгрузку мана-кристаллов, ссылается на логистические сложности.
— Думаешь, это Белозёров? — хмыкнул я.
— Не могу утверждать, но возможно. Поставщик раньше работал с его людьми, — ответил Бачурин.
Я нахмурился. Значит, Тимур Евгеньевич всё-таки решил продолжить давить на наших поставщиков. Предсказуемо.
— Найди альтернативного поставщика. Желательно подальше от столицы.
— Дмитрий Игоревич уже занимается, ваше сиятельство. Кстати, он хотел с вами поговорить.
— Хорошо. Держи меня в курсе, — ответил я и сбросил звонок.
Зашёл в мессенджер и увидел, что Дмитрий онлайн. Тоже не спит? Кажется, я всех вокруг заражаю своим трудоголизмом.
Я набрал его номер и тут же услышал ответ:
— Привет, Юра! Как ты там?
— Всё хорошо, отец. Первый день прошёл успешно.
— Рассказывай! — с энтузиазмом потребовал он.
Следующие полчаса я делился впечатлениями. Рассказал о докладах, о мастер-классе Дюваля, о технике энергетического плетения.
— Представляешь, они создают в ауре пациента структуры, которые продолжают работать после лечения. Как автономные целительские механизмы. У нас в империи ничего подобного не практикуют.
— Звучит полезно, — заметил Дмитрий.
— Очень полезно. Когда я освою эту технику, смогу значительно улучшить результаты лечения. А потом смогу научить ей Волковых и других наших целителей.
— Отличная идея! Наша клиника превзойдёт все остальные в Сибири… А что насчёт контактов? Нашёл кого-нибудь интересного?
— Конечно. Граф Бернарди из Милана, маркиз де Бомон из Парижа. Они заинтересованы в сотрудничестве. Возможно, получится выйти на европейский рынок, — ответил я.
— Через Баума?
— Посмотрим. Может, и напрямую. Здесь много возможностей.
Дмитрий помолчал, потом осторожно произнёс:
— Как-то всё слишком радужно звучит. Неужели ты даже не успел завести новых врагов?
Я усмехнулся. А Дмитрий хорошо меня знает.
— Один австрийский барон решил, что я «выскочка с востока». Пришлось его осадить, — ответил я.
— Серьёзный конфликт?
— Ничего критичного. Просто задетое самолюбие. Справлюсь.
— Будь осторожен, сын. Ещё конфликтов с европейской знатью нам не хватало, — вздохнул Дмитрий.
Мы ещё немного поговорили о домашних делах — строительстве, поставках, гвардии, Свете и Татьяне, чья беременность протекала хорошо. Потом Дмитрий сказал:
— Да, чуть не забыл. Звонили Курбатовы по спутниковому телефону.
— Всё в порядке? — спросил я.
— Иван говорит, что они в затруднительном положении. Потеряли проводника, несколько раз сталкивались с недружелюбными местными жителями. Но продолжают миссию.
— Потеряли проводника? — уточнил я.
— Он погиб. Подробностей Матвей не сообщил, связь была плохая.
Я потёр переносицу. Курбатовы в горах Афганистана, без проводника, окружённые боевиками. Весело.
— Они справятся. Гвардейцы у них опытные, — сказал я, скорее убеждая себя.
— Надеюсь, — ответил Дмитрий.
Мы поболтали ещё немного, попрощались, и я откинулся в кресле. За окном сияли огни Женевы, отражаясь в тёмной глади озера. Где-то далеко, за тысячи километров, мой друг и его люди пробирались через афганские горы в поисках древних тайн.
А здесь, в сердце Европы, я играл в политические игры с напыщенными аристократами.
Два разных мира. Но оба — часть моей жизни.
Я посмотрел на часы. Первый час ночи. Пора спать — завтра второй день симпозиума.
Утром я позавтракал в ресторане гостиницы в компании Вандерли.
Профессор выглядел задумчивым. Он ковырял вилкой омлет, явно думая о чём-то своём.
— Элиас, что-то случилось? — спросил я.
— Хм? А, нет, ничего страшного. Просто… — он отложил вилку. — Юрий, у меня к вам просьба.
— Слушаю.
— После утренней сессии я хотел бы пригласить вас на приватную консультацию. Есть один очень сложный случай. Мне бы пригодился ваш взгляд.
— Конечно. Что за случай? — спросил я.
Вандерли оглянулся, убедившись, что нас никто не слышит.
— Ко мне обратился маркиз де Мариньи. Французский аристократ, очень влиятельный человек. Его дочь страдает от редкого искажения дара.
— Какого рода искажение?
— Она непроизвольно вытягивает ману из любого мага, который к ней прикасается. И не просто вытягивает — может даже повредить чужой дар, — объяснил профессор.
Я присвистнул. Это действительно звучало серьёзно.
— Сколько ей лет?