Александр Майборода – Скифы. Великая Скифия (страница 39)
– Царем хочет быть Болгар, – сказал Сыроядец.
Как этот дикарь оказался рядом, никто и не понял.
Словен взглянул на Комана.
Коман вздохнул и тихо произнес:
– Мы решили, что царем должен быть Болгар.
– Да никак тут целый заговор! – воскликнул Словен.
Услышав слово «заговор», за плечами Словена немедленно встала охрана – несколько дружинников с мечами. Один из дружинников прикрыл Словена щитом.
За спиной Болгара начали выстраиваться его сторонники.
Словен отодвинул рукой щит и проговорил:
– Болгар, с чего ты взял, что я должен уступить тебе царский трон?
– По обычаю, наши народы вольны избирать себе в цари любого человека, кем бы он ни был, – сказал Болгар.
– Это так, – проговорил Словен. – Но ты должен хорошо знать, что, чтобы отстранить царя от власти и избрать нового, требуются серьезные причины. У тебя есть эти причины?
– Есть!
– Тогда скажи их всем.
– Ты подверг наши народы опасности.
– Каким образом?
– Ты увел войско в чужие края на целых три года. В это время на нас могли напасть любые дикари.
– Вздор! Вздор! Все знают, что я повел войско в поход, потому что хотел защитить нашу страну от нашествия дикарей. Каждый полководец знает, что врага лучше всего бить на его территории, чтобы не подвергать разорению собственную страну.
– Какое нашествие?! Кого?
– Болгар, ты слеп, если не видишь, что, по крайней мере, три народа несут нам угрозу – минойцы, персы и ассирийцы.
– Это ты слеп! Нам никто не угрожал. Но после твоего похода и минойцы, и ахейцы, и персы, и ассирийцы, и даже египтяне стали нашими врагами.
– Они всегда были нашими врагами.
– Ты будешь плохой царь, – сказал Болгар и потянул меч из ножен.
Все устремили свои взоры на Болгара. Руки невольно потянулись к мечам.
Словен понимал, что как только Болгар обнажит меч, так время слов закончится и начнется сражение, которое в тесном помещении превратится в сущую резню.
Дружинник подал Словену меч. Но Словен меч отстранил.
– Болгар, очнись! – сказал Словен. – Ты приехал ко мне на пир как друг и брат, ты ел мой хлеб, пил мое вино, и после всего этого ты хочешь устроить в моем дворце кровопролитие?
Болгар оглянулся.
Самое святое среди людей – гостеприимство. Гость для хозяина самый дорогой человек, дороже даже его близких. Хозяин обязан защищать гостя от любого врага, даже ценой своей жизни. Но и гость должен уважать и защищать хозяина. Нарушитель закона гостеприимства вызовет всеобщее осуждение. Таким образом, устроить драку со Словеном означало бы для Болгара поражение еще до начала борьбы.
Быстро сообразив это, Болгар спрятал меч обратно в ножны.
– Спасибо за хлеб-соль, – сказал Болгар. – Но горек мне твой хлеб. Поэтому я немедленно уезжаю.
Болгар шагнул к выходу, но, сделав шаг, остановился и, обернувшись, громко проговорил:
– Словен, я воевать с тобой не хочу, но я требую, чтобы ты сам оставил место царя.
Глава 34
Болгар еще не вышел из зала, а Вольга уже была в саду. В саду было тихо и спокойно. Женщины еще ничего не знали о размолвке между Словеном и Болгаром и мирно коротали время в беседке.
Вольга подала знак невестке и дочери, и те подошли к ней.
– Беда! – вполголоса – так, чтобы не слышали остальные женщины – проговорила Вольга.
Шелонь охнула:
– Что случилось? Уж не со Словеном что?
– Словен жив и здоров, – сказала Вольга, – но он поссорился с Болгаром.
– Из-за чего? – спросила Шелонь.
– Все началось с того, что Словен предложил Коману отдать Поруссу за Руса. Болгар вмешался в это дело и обвинил Словена в том, что он плохой царь, и потребовал, чтобы он оставил место царя.
– А Словен? – спросила Шелонь.
– Словен, конечно, отказался, и Болгар обозлился. Теперь он уезжает.
– А что сказал сам Коман – отдаст ли он Поруссу за Руса? – спросила Шелонь.
– Коман ничего не сказал. Но Болгар, по его угрозам, не позволит состояться этому браку.
– И что же теперь будет? – вздохнула Шелонь. – Война?
– Войны пока не будет. Обвинения в том, что Словен плохой царь, недостаточно для того, чтобы началась война, – сказала Вольга.
– Проклятая ведьма! Накаркала! – сказала Илмер.
– Ничего удивительного – она знала, что Болгар ищет ссоры со Словеном, – сказала Шелонь.
– Что нам делать теперь? – спросила Илмер.
Вольга пожала плечами:
– Пир расстроился, и сейчас все разъедутся. Сейчас я ухожу к себе в храм. Буду просить богиню Макошь, чтобы не началась война.
Сказав это, Вольга покинула сад, а Шелонь и Илмер стали собираться, чтобы уйти в свои комнаты.
Остальные женщины почувствовали, что произошло что-то неприятное, и забеспокоились. Порусса улучила момент и спросила Илмер:
– Илмер, что происходит?
Илмер оглянулась, и, видя, что никого поблизости нет, тихо промолвила:
– Словен и Болгар поссорились.
– Из-за чего? – удивленно спросила Порусса.
– Из-за тебя, – сказала Илмер.
– Ой! – сказала Порусса. – Чем же я им не угодила?
– Словен у твоего отца попросил тебя в жены Русу…
– Ой, как хорошо! – невольно сорвалось с уст Поруссы, и она зарделась.
– Болгар вмешался в дело и сказал, что не отдаст тебя Русу, – остудила радость Поруссы Илмер.
Порусса потускнела.