Александр Майборода – Скифы. Великая Скифия (страница 40)

– Но твой отец не дал ответа, – видя расстроенное лицо Поруссы, попыталась приободрить ее Илмер.

– Мой отец слушается дядю. Если дядя так сказал, то так оно и будет, – уныло проговорила Порусса.

Илмер бросила на Поруссу пытливый взгляд и спросила:

– Ну а ты-то хочешь замуж за Руса?

– Конечно, хочу! – воскликнула Порусса со слезами в голосе.

– Ой, и что же теперь делать? – пожалела Поруссу Илмер.

Глава 35

Все понимали, что ссора между Болгаром и Словеном рано или поздно приведет к войне. Хотя Болгар и хотел войны со Словеном, но он и боялся ее.

По расчетам Болгара, он набирал войско многочисленнее, чем то, которое мог собрать Словен. Было, однако, кое-что, что пугало Болгара не на шутку. Болгар никогда не вел больших войн, этим занимается царь. А Словен уже прославился как удачливый полководец. Побеждал он и армии, превосходящие его дружину численностью. Войско сильно своим вождем.

Отгоняя мрачные мысли, Болгар тряс головой и убеждал себя, что с помощью своих союзников он победит Словена, каким бы талантливым полководцем тот ни был.

Болгар оглянулся. Поднявшееся в зенит, солнце раскалилось добела. Разомлевшие от жары люди с трудом держались в седлах. Болгар подумал, что еще немного – и люди начнут падать с коней.

Загнать людей и лошадей до полусмерти не входило в его планы, и он остановил коня. Он поднял руку, и к нему подъехали Коман, Истер, Мешхед и воеводы. Они также выглядели уставшими.

– Время подходит к обеду, – сказал Болгар. – Надо бы найти подходящее место для отдыха.

– Впереди есть такое место, – сказал воевода Велизар.

– Что это за место? Безопасно ли оно? – спросил Болгар.

– И есть ли там вода? Холодная, чистая… – простонал Мешхед.

– Есть, – сказал Велизар. – Чуть дальше есть вход в ущелье, а там есть и источник воды, и деревья и трава.

– Откуда ты знаешь это? – спросил Болгар.

– Я тоже знаю это место, – подал голос Истер. – Мне приходилось охотиться в этих местах.

– Да?! – удивленно проговорил Болгар. – А ты мне об этом не рассказывал.

– Это земля Словена, – сказал Коман. – Если Истер тут охотился без разрешения Словена, то мог нарваться на серьезные неприятности.

– Словен шатался по Египту, а земля эта спорная, – сказал Истер.

– Нет тут никакого спора – в этом ущелье словенские пастухи останавливаются по пути на горные пастбища, – сказал Коман. – Тут недалеко их летнее пастбище.

– В прошлом году наши уже дрались за эти места со словенскими, – сказал Велизар.

– Это подходящий повод для начала войны, – сказал Истер.

– Нет, – проговорил Болгар, – надо найти повод все же получше.

– И зачем искать повод к войне, никому не нужной? – тихо проворчал Коман.

Болгар его услышал и тут же сделал выговор:

– Брат, мы уже приняли решение – не вноси разлад.

– Ладно, – неохотно проговорил Коман.

– Поехали скорее к воде, а то я точно не доживу до войны, – простонал Мешхед.

– Тебе бы, дядя, сидеть дома, – насмешливо проговорил Истер.

– Да уж, не отказался бы, – сказал Мешхед.

Истер хотел сказать Мешхеду очередную колкость, но его взгляд упал на Поруссу. Она на маленькой белой лошадке пыталась спрятаться в тень от горы. Порусса едва держалась в седле.

Истер подъехал к Поруссе.

– Жарко? – спросил он.

– Жарко, – призналась Порусса.

– А чего не в карете едешь? – спросил Истер.

– Не хочу, чтобы меня донимали пустой болтовней, – сердито проговорила Порусса.

– Ты расстраиваешься из-за Руса? – догадался Истер.

– Не твое дело, – грубо отрезала Порусса.

– А-а-а, – понимающе проговорил Истер, и на его губах появилась довольная улыбка.

Он вернулся к Болгару. Подъехав вплотную – так, что лошади коснулись боками, – с торжеством объявил:

– Брат, я нашел тебе настоящий повод для войны со Словеном!

– И что за повод? – недоверчиво спросил Болгар.

Истер наклонился к Болгару и тихо прошептал ему на ухо несколько слов.

Брови Болгара недоуменно поднялись. Но затем он усмехнулся и проговорил:

– А что? Это действительно был бы настоящий повод к войне. Позже, на отдыхе, обсудим.

Болгар поднялся в стременах и приказал:

– Идем в ущелье на отдых!

Глава 36

Поруссу отказ отца выдать ее замуж за Руса потряс и расстроил.

Женщины обычно предпочитали путешествовать с удобствами – в крытых повозках, в которых можно было скрыться от солнца и дождя, если таковой пойдет. У Поруссы была изящная четырехколесная повозка. Сверху над повозкой имелся каркас, сплетенный из гибких ивовых прутьев, на каркас был натянут войлок. Для удобства и мягкости в повозке лежали подушки и одеяла. Для одежды и других необходимых в поездках вещей был приспособлен сундучок, на котором было устроено место для возницы. Возницей была одна из служанок Поруссы.

Таким образом, повозка представляла небольшой домик, в котором можно было жить продолжительное время с вполне приличными условиями.

Тащили повозку две лошади. Еще две лошади шли привязанные сзади. В случае необходимости их можно было оседлать и ехать на них верхом. Они нужны были на случай, если Поруссе надоест сидеть в повозке.

Впрочем, весь путь Порусса проделала верхом.

В расстроенных чувствах она, конечно, с удовольствием зарылась бы в подушки и дала волю своим чувствам, проливая потоки слез. Но не успела кавалькада выехать из Градо, как с повозкой Поруссы поравнялась повозка Гордыни. Из повозки выглянула Гордыня и заявила:

– Порусса, я хотела бы поговорить с тобой…

Дальше она не успела продолжить, потому что Порусса, стремясь избежать разговора, немедленно прикрылась подушками.

– Я больна, – грубо отрезала она.

Гордыня покраснела, зло бросила:

– Дрянная девчонка! – и велела вознице гнать вперед.

Через минуту Порусса высунула нос из-под подушки и спросила Денепру, которая сидела на скамейке напротив, спиной к вознице:

– Денепра, милая, эта карга уехала?

– Уехала, – улыбнувшись, сообщила Денепра.