Александр Майборода – Скифы. Великая Скифия (страница 36)
Своей сестре Вольге сделал особый подарок – подарил золотой венец с изумительным красным камнем.
Он угодил Вольге – красное особенно подходило к ее черным волосам.
Между тем следующим гостем был Коман, и Словен занялся им. Коман, как всегда, был доброжелателен и учтив. Правда, в его глазах Словен заметил смутную тревогу.
В роде Зардана с Команом у Словена были самые лучшие отношения. Он с удовольствием поговорил бы с ним подольше, но, к сожалению для Словена, времени для беседы не было.
С Команом приехала жена и три дочери. Порусса среди них была старшей. Две другие были еще девочки.
Рус с интересом рассматривал Поруссу.
Девушка была среднего роста. Светловолосая. Волосы заплетены в толстую косу и украшены синим бантом. Остренькие черты лица. Большие серые глаза. Пухлые ярко-красные губы. Она походила на маленькую холеную мышку.
Только одета в парадное тяжелое платье синего цвета, украшенное жемчугом. Но платье не скрывало хрупкости фигуры девушки. Впрочем, в четырнадцать лет все девушки хрупки и изящны. Даже толстухи.
От Поруссы не скрылось повышенное внимание к ней молодого человека, и женской интуицией она мгновенно поняла, что интерес молодого князя к ней неслучаен.
После представления Словену мужчины размещались вдоль стены.
Князья, бояре, главы городов приезжали с женами и дочерьми-невестами.
Пир для девиц был удобным поводом, чтобы себя показать, и приглядеться к потенциальным женихам.
Женщины кучками толпились у окон. Ими занимались Шелонь и Илмер. Женщины делились новостями. Рассматривали молодых мужчин. Оценивали и обсуждали наряды друг дружки. В общем – обычная болтовня.
Улучив момент, Рус приблизился к одной из кучек, в которой находилась Порусса. Сказав несколько вежливых слов ее матери, он невзначай спросил у Поруссы, где она проводит летнее время.
Порусса сказала, что на лето они выезжают во дворец на берегу моря и там живут почти до зимы.
Вскоре они весело болтали, не обращая внимания на других. Однако недолго им дали развлекаться в свое удовольствие.
В зал вошел Болгар, а следом за ним и Мешхед, и Рус вынужден был оставить Поруссу и вернуться к брату.
Словен и Болгар завели приличествующую случаю беседу. Впрочем, она была скучна. Интересовались здоровьем друг друга, жен, детей, видами на урожай. При этом Болгар даже не пытался начать разговор о возврате долга.
Словен мгновенно догадался, что Болгар не жаждет возвращать долг и поэтому ему самому придется начинать разговор об этом. Но так как разговоры о возврате долга никогда не были приятными, то Словен решил не портить себе настроения до начала праздника и оставил разговор на потом.
Пока Словен встречал гостей, в большой палате устанавливались столы. У стены, дальней от входа, находилось место для хозяина. Рядом с ним – места для князей и глав больших городов. Возле других стен, ближе к дверям, стояли столы для воевод, для наиболее выдающихся дружинников, для глав небольших городков.
Для дружинников попроще поставили столы в коридоре.
Сообразно положению подавалось и угощение – для князей готовились дорогое вино и изысканные кушанья. Было приготовлено шестьдесят блюд.
Например, первым планировалось подать кабана, начиненного кровяными и жареными колбасами. Затем большое блюдо с пирогами, начиненными разными начинками – одни с мясом голубей, другие с рыбой, третьи с яйцом. Фантазии повара хватило на три десятка видов пирогов.
Далее разнообразные блюда из мяса, птицы, рыбы, каш, фрукты, овощи и сладости. Разумеется, здесь нет возможности перечислять все шесть десятков блюд.
Для гостей попроще планировалось только семь блюд. А для простых людей во дворе поставили телеги с едой и бочки с пивом – бери, что хочешь.
Обслуживание, место и блюда, которые подносились гостям, строго соответствовали их положению в обществе.
Для обслуживания пира привлекался многочисленный персонал: повара во главе с главным поваром, главный распорядитель пира, поставщик съестных припасов, булочник, кондитер, пекарь печенья на молоке. Слуги, накрывавшие стол, подносившие чаши с водой для мытья рук, приносившие блюда. Особый распорядитель, объявлявший имена гостей и названия подаваемых блюд. И конечно, музыканты и скоморохи, которые должны были веселить гостей.
Глава 31
Наконец к Словену подошел распорядитель пира и сообщил ему, что все для пира готово.
Словен встал и объявил:
– Дорогие гости, прошу отведать нашего угощения!
Двери в большой зал медленно открылись. Первым вошел Словен. За ним остальные.
Когда заняли места, слуги поставили перед Словеном огромное блюдо с жареным кабаном. Воевода дружины Словена Грозыня подал большой нож.
Словен поднялся и отрезал ножом самый лучший кусок.
Тут же к нему подошли два воина. Один в полном вооружении – с щитом и мечом. Другой с рогом, до краев наполненным вином.
Воин подал Словену меч. Словен надел на острие меча мясо и взял рог. Воин прикрыл стол щитом, и Словен провозгласил:
– О боги, благословите нас. Примите вино наше и нашу еду, какую имеем. Защитите народ наш щитом и мечом от врагов! Благословите нас, боги! Слава вам, боги!
– Благословите нас, боги. Слава вам! – трижды прогремело в зале.
Дождавшись, когда утихнет эхо, Словен выпил вино из рога и съел мясо.
– Слава тебе, великий Словен! – трижды прогремело в зале.
После этого все стали пить вино и закусывать.
Немного подождав, Словен поднял руку, и двое слуг поднесли братину, огромную чашу, до краев заполненную вином.
Словен взял братину, она была так тяжела, что он держал ее с трудом.
– Велес, бог-покровитель! Сварги, двора охранитель! И прославляем тебя все родно, ибо ты заступа и опора наша. И не остави нас без призора, и огради от мора стада тучны наши, и наполни добром житницы наши, да будем с тобою воедине. Ныне и присно и от круга до круга! Тако бысть, тако еси, тако буди! – прочитал он заговор.
– Тако еси, тако и буди! – дружно поддержали гости.
После минутной паузы Словен продолжил:
– Мы все, собравшиеся здесь родичи, – сыны прадеда Ария. Наши предки оставили нам великую страну – мы правим почти всем миром. Так скажем славу нашим предкам за оставленное наследство! Но мы должны хорошо помнить, что наследство предков мы должны сохранить и приумножить. У нас много врагов, которые мечтают сокрушить нашу власть. Но пока мы вместе, пока мы одна семья, их мечты напрасны. Так пусть сохраняется и крепчает наше братство!
Закончив говорить, он снова минуту молчал, затем подал знак головой, и музыканты заиграли торжественную песню.
Словен сделал большой глоток и передал братину Болгару:
– Брат, прими эту чашу.
– Пусть славится наш род многие века. А во главе нашего рода пусть встанет самый мудрый и достойный! – сказал Болгар и отпил из братины.
Под торжественную песню братина пошла по рядам князей и бояр.
Рус наклонился к уху Словена и тихо проговорил:
– Брат, однако слова Болгара двусмысленны. Разве ты не самый мудрый и достойный, чтобы быть царем над потомками Ария?
Словен вздохнул, и ему пришла в голову мысль: «Эх, если бы царями и в самом деле становились самые мудрые и достойные! К сожалению, чтобы стать царем, требуется другое – непомерная жажда власти, полное отсутствие моральных принципов, вероломство – готовность в любой момент предать своих друзей, презрение к жизни других людей».
Естественно, Словен ничего этого не сказал, он ответил уклончиво:
– Болгар всегда был высокомерен. Вот и сейчас спьяну брякнул, что на уме у него.
– Боюсь, что он и в самом деле выдал то, что у него в голове, – сказал Рус.
Словен бросил внимательный взгляд на брата и, улыбнувшись, проговорил:
– Брат, я рад, что ты умен и проницателен. Нам междоусобица сейчас и в самом деле опасна – после трехлетнего похода наше войско ослабло и устало. Нам необходимо время, чтобы отдохнуть. Поэтому не буди пока спящую змею… а потом сила будет на нашей стороне.
– Болгар это тоже понимает, – сказал Рус.
– Без веского повода Болгар все равно не выступит против меня. А мы ему повода не дадим. А когда ты женишься на Поруссе, на нашей стороне будет Коман, – сказал Словен.
– Коман не пойдет против старшего брата, – сказал Рус.
– Но не пойдет и против нас. А без помощи Комана Болгар никогда не отважится выступить против меня, – сказал Словен.