Александр Майборода – Последняя амазонка (страница 48)

Но Красимира уже заметила на лице воеводы тревогу.

– Ярослава, что случилось? – спросила он.

– Хазары вышли войной! – выдохнула одним духом Ярослава.

– Какие еще хазары? У нас же с ними мир! – обессиленно рухнул на лавку Борислав.

– Откуда известия? – спросила Красимира.

– Разведчицы принесли, – сказала Ярослава.

– Какие еще разведчицы? – спросил Борислав.

Но Красимире было все понятно. Войну с хазарами она ожидала. А к Бориславу она пришла не ради совета о княжеских делах. Цель ее была другая – она предполагала, что в случае войны слобожане бросят свои городки и уйдут в более спокойные места, а ей надо было привлечь их на защиту крепости.

Ярослава пояснила для Борислава:

– Зимой дошли до нас слухи, что в ближней степи появились печенеги. Две недели назад я послала небольшой отряд посмотреть, что происходит в степи. И вот только что от них прибежал гонец с сообщением, что хазары собрались у Итиля, в степи, большим войском…

– Это они собираются идти на нас! – пробормотал Борислав.

Лицо его побелело. Оно и понятно – вспомнилось предсказание Красимиры, что хазары пойдут на Белую Вежу не за данью, а для того, чтобы уничтожить город и его жителей. Славянский город на пересечении торговых путей под их боком и в самом деле торчал, как кость в горле.

– А больше им некуда идти. С ромеями они союзники. А с франками им незачем воевать. Хазары после поражения от князя Буревоя сильно обеднели. Кавказ дает им мало золота и серебра. А торговые пути по Дону и по Днепру за нами. Так что весь интерес хазар нынче здесь – в Белой Веже. Тут проходят большие богатства. И на Киев идти мимо нас – тут самая удобная переправа. К тому же мы – прямая угроза их столице. Нет, не уничтожив Белую Вежу, им и думать нечего о Киеве, – подлила масла в огонь Ярослава.

– А скоро ли придут хазары? – спросил Борислав.

– Через три недели они будут у стен Белой Вежи, – сказала Ярослава.

Глазам Борислава представился разрушенный город и окровавленные тела убитых, и он не удержался от слез:

– Ах, как плохо! Хазары всех убьют в слободе. Даже детей не пощадят. Надо бежать, пока не поздно.

– Белая Вежа хорошо укреплена. И мы сегодня же пошлем гонцов в Корьдно, чтобы прислали помощь, – сказала Красимира.

– Думаю, что хазары не дадут им прийти нам на помощь. Бек хитрый. Я бы на его месте приказала своим вассалам, булгарам, напасть на вятичей, чтобы отвлечь их от нас. Вятичи сильны, но пока не прогонят булгар, не придут к нам на помощь. Так что думаю, что вятичи до осени не окажут нам помощь, – оценила обстановку Ярослава.

– Без помощи со стороны нам все равно не отбиться от хазар, – хмуро сказала Красимира.

– Но если вятичи нам не помогут, то откуда нам взять помощь? – спросил Борислав.

– Значит, пора посылать гонцов к полянам, волынянам, древлянам и северянам, – сказала Красимира.

– Древляне не помогут нам, – сказала Ярослава.

– Почему? – спросил Борислав.

– В прошлом году они воевали с полянами, они просили у нас помощи, но мы им не помогли. И теперь у них обида из-за этого на нас, – сказала Красимира.

– Это было в прошлом году, и они сами были виноваты. А если бы мы встряли в это дело, то не только поляне обиделись бы на нас, но и князь Буревой рассердился бы, – сказала Ярослава.

– Но что же делать? – в панике вопрошал Борислав.

– Посылать гонцов за помощью будем ко всем, – сказала Красимира.

– Но раньше чем к середине лета помощь все равно не придет, – заметила Ярослава.

– Значит, нам надо собирать ополчение и самим защищать город. А там – как боги распорядятся, – сказала Красимира.

Борислав снова всплакнул:

– Надо бежать из города.

– И куда? – с сарказмом спросила Красимира.

– В низовья… или на север.

– А если и туда придут хазары? – спросила Красимира.

– Ну…

– Здесь наша земля! – твердо проговорила Красимира. – Отдав даже часть своей земли, мы покажем степным хищникам, что не способны защищаться. Тогда вскоре потеряем и всю землю. И куда мы пойдем? Нам некуда идти! Потому мы должны защищать Белую Вежу не щадя живота. Вы связаны с нами одной судьбой – прежде чем убить нас, они убьют вас. За вашим хлипким частоколом вы не спасетесь. Слобожане должны с нами защищать крепость. В этом наше общее спасение.

Борислав вздохнул:

– Пойду посоветуюсь со старшинами.

Глава 47

Хазарское войско оказалось необыкновенно большим. Как только глашатаи объявили, что страшный князь Бравлин погиб, многим захотелось поправить свои дела.

На славян собирались целыми семьями. Воины брали с собой кибитки, а значит, жен, детей, скотину. Таким образом, образовался огромный обоз – на стоянке возникал целый город.

Абадия был опытным полководцем и хорошо знал, что сила конного войска заключается в быстроте и внезапности: масса всадников сваливалась на голову противника, словно снег, словно Божья кара; ошеломленный внезапным нападением огромных масс, противник терялся и не мог оказать серьезного сопротивления.

Всего лишь несколько лет назад Абадия выигрывал войны на Кавказе такими стремительными мощными ударами.

Но сейчас войско напоминало ленивый поток. Большой обоз превратился в гири на ногах войска. Путь, который у всадника занимал три-четыре дня, войско преодолевало уже второй месяц. Это был не войско, а какое-то огромное дикое стадо.

Абадия злился. Он пытался уговорить хазар, чтобы они оставили свое хозяйство в покое, там, где оно находится. Но кочевники от привычного образа жизни отказываться не желали.

Ранее Абадия просто приказал бы оставить семьи, а ослушавшихся его приказа повесил бы. Но сейчас он даже не подумал отдать подобный приказ, потому что собственное войско пугало его больше, чем славяне.

Традиционно войско хазар представляло собой народное ополчение, формирующееся вокруг дружин знатных воинов. Всех примкнувших к ним знатные воины вознаграждали за счет своей добычи и трофеев. Это облегчало беку бремя содержания войска, но преданность своему хозяину для хазар имела большее значение, чем власть бека.

Большинство знатных воинов происходило из тюркской и хазарской аристократии, и пока бек был одним из них, система комплектования войска была вполне удобна и надежна.

Среди аристократии были и мусульмане, и христиане, и язычники, но все это имело мало значения, так как всех объединяла преданность великому кагану.

В мирное время иудаизм казался полезным, так как создавал дистанцию между беком и прочими аристократами. Принятие беком иудаизма поставило его над аристократией.

Но в военное время сказались пороки иудаизма. Иудаизм Хазарии, в силу его протекционизма, изоляционизма, презрительного отношения к другим верам, оказался разрушителем государства – все религиозные конфессии Хазарии сплотились против него.

И только сейчас Абадия понял, какую роковую ошибку он совершил: хазарская аристократия ненавидела своего предводителя в связи с чем опираться на народное ополчение стало рискованно.

Абадия уже пожалел, что решился на эту войну.

Некоторую уверенность Абадия почувствовал, только когда хазарское войско подошло к Дону и стало ввязываться в первые стычки с местными жителями.

Теперь все стало на свои места. Увидев перед собой противника и понеся первые потери, хазары словно проснулись, у них появилась энергия и злость против славян.

К Белой Веже хазары подошли, уже объединенные единой целью.

Но Абадия твердо решил, что после войны со славянами он создаст корпус из десяти тысяч профессиональных воинов, которые будут подчиняться только ему. Он понимал, что на это придется потратить большие деньги, но власть над Хазарией стоила любых денег. К тому же деньги во время войны можно было взять у самих же хазар, не опасаясь, что они восстанут против него.

Глава 48

Благодаря своевременно полученным сведениям о приближении хазарского войска Белая Вежа была подготовлена к обороне: стены укреплены, запасы продовольствия пополнены, народ с окрестных сел собран под защиту стен. На каждый участок стен были назначены ответственные из числа старшин, которые должны были организовывать их оборону. Для надежности Красимира приставила к ним дружинниц – для совета и наблюдения.

Красимира лично трижды в день обходила с проверкой укрепления и склады.

Но время шло.

Молодые амазонки разрешились бременем. Божана и Величка родили мальчиков.

А хазарское войско, о котором так много говорили, так и не появлялось, и народ начал потихоньку уходить из города. Жизнь требовала своего – надо было сажать хлеб, растить виноград.

В середине июня Красимира и Ярослава, завершая вечерний обход, задержались в башне у ворот.