Александр Марданов – 1942. Воздушная война в Заполярье. Книга первая (1 января – 30 июня) (страница 126)
Как уже было отмечено выше, в боевом донесении 5-го Воздушного флота после этого воздушного боя были отмечены 4 сбитых истребителя: 2 «Томагавка», 1 И-16 и 1 «Харрикейн». Э. Момбек уточняет фамилии пилотов 6-го и 10-го отрядов, которым были засчитаны 4 сбитых истребителя: обер-лейтенант Карганико — 1 И-16 и 1 Р-40; лейтенант Эрлер — 1 «Харрикейн»; фельдфебель Вайссенбергер (Ме-110) — 1 Р-40. В действительности же в этом воздушном бою участвовали 18 наших истребителей, при этом был сбит только один «Киттихаук» № 860 истребителем Ме-109. Противник потерял один бомбардировщик Ю-87 вместе с экипажем, что говорит о том, что немецкие истребители в условиях своего численного и качественного превосходства не смогли надежно защитить своих бомбардировщиков, хотя стремились к этому и активно вели воздушный бой.
Вечером еще одна группа бомбардировщиков совершила налет на мурманский порт. Посты ВНОС обнаружили группу вражеских самолетов в районе Ура-губы в составе 5 Ю-87, 8 Ю-88 и 6 Ме-109 на высоте 5000 метров своевременно в 18:52, то есть за 17 минут до налета. В Мурманске воздушная тревога была объявлена в 18:57, а с 19:09 до 19:11 зенитная артиллерия вела огонь. Облачность была сплошная высотой 1000–1500 метров. Со стороны противника отсутствуют сведения об этом авианалете. В справке штаба ВВС 14-й армии о бомбардировочном налете 1 июня в 19:10 (ЦАМО, ф. 362, оп. 6268, д. 43) отмечено, что атаковать «Юнкерсов-87» удалось «Харрикейнам» ПВО внизу под облаками в момент сброса бомб, но никаких подробностей отражения этого налета не сохранилось. Как отмечено в оперативной сводке МДР ПВО:
Более точные данные дает служба МПВО мурманского порта: на территорию порта упали 4 авиабомбы калибром 50 кг, в результате были повреждены два причала (пострадал деревянный настил и деревянные сваи, которые сразу же ремонтировались), рыбный тральщик РТ-17 получил несколько пробоин выше ватерлинии, которые сразу же заделывались. В грузопассажирский пароход «Субботник» (235 брт) попала 250-кг бомба, и судно затонуло, на его борту погибли 8 человек и несколько получили ранения, команда ЭПРОН сразу же приступила к подъему судна (22 июня «Субботник» был поднят и отведен на отмель, но из-за полученных больших повреждений судно не восстанавливалось и после войны использовалось в качестве плавучей емкости — баржи). Кроме порта, в центре города Мурманска упали 9 авиабомб калибром от 50 до 500 кг: неразорвавшейся 50-кг бомбой были пробиты крыша и перекрытие одного дома, 3 человека погибли, 9 человек получили ранения. Несмотря на то, что полностью отразить этот бомбардировочный налет нашей ПВО не удалось, транспорты конвоя PQ-16, которые являлись главными целями фашистских бомбардировщиков, не пострадали. А это говорит о том, что экипажи Ю-87 вынуждены были сбросить бомбы на территорию порта и города, а не по транспортам. После сброса бомб группа Ю-87 без потерь ушла на запад под прикрытием «Мессершмиттов»-109 и 110. В 19:04 на отражение налета вылетали также 8 «Харрикейнов» 2-го ГКАП ВВС СФ, но встречи с самолетами противника они не имели. Как видно из этого примера, система предупреждения о налетах авиации противника Мурманского дивизионного района ПВО в этот период была хорошо налажена. Имея на вооружении радиолокационные станции РУС-2, ПВО обеспечивала раннее обнаружение вражеских самолетов, но их перехват при подходе не был гарантирован даже в случае своевременного обнаружения с наземных наблюдательных пунктов из-за отсутствия точного наведения истребителей, а также ограниченных возможностей визуального обнаружения в воздухе.
Воздушные атаки по мурманскому порту командование 5-го Воздушного флота проводило в точном соответствии с решениями германского верховного командования по борьбе с союзными конвоями и пыталось уничтожить транспорты конвоя PQ-16 в мурманском порту. Из трех бомбардировочных налетов 1 июня первый налет противника был полностью отражен. Во втором и третьем налетах бомбы попали по второстепенным судам, поэтому нельзя сказать, что эти налеты были отражены. Несмотря на нанесенный ущерб при бомбардировках в этот день, немцам не удалось добиться каких-либо результатов в деле уничтожения прибывших транспортов‚ так как ни один груженый транспорт конвоя PQ-16 не пострадал. Безусловно то, что наша истребительная авиация, а также зенитная артиллерия не позволили противнику осуществить выбор приоритетных целей и произвести их прицельную бомбардировку.
Пока «Юнкерсы-87» вылетали на корабли в Кольском заливе, бомбардировщики Ю-88 попытались топить морские цели восточнее, в районе Иоканьги. По данным противника, пара Ю-88, выполнявшая «вооруженную разведку», в 08:37 отбомбилась с пикирования по двум транспортам в районе Иоканьги, но безрезультатно. В 11:21 на бомбардировку кораблей в районе Иоканьги с аэродрома Банак вылетели 12 Ю-88 2-й группы, один из которых вернулся из-за повреждения мотора. Экипажи «Юнкерсов» доложили, что в период 13:40–14:24 сбросили 48 бомб SC250 с пикирования с высоты 3500 до 900 метров по транспортам в порту Иоканьга, но промахнулись, разрывы бомб наблюдались на причалах. По нашим данным, 12 Ю-88 отбомбились в 13:42 по кораблям, стоявшим на рейде ВМБ Иоканьга, при этом сторожевой корабль СКР-78 получил повреждение от взрывной волны рулевого управления и механизмов, повреждения были классифицированы как незначительные, люди не пострадали. Зенитная артиллерия при отражении этого налета вела интенсивный огонь по бомбардировщикам, но безрезультатно, было израсходовано 177 76-мм снарядов, 1180 45-мм снарядов, 3981 пулеметный патрон ка либром 7,62-мм и 686 12,7-мм патронов пулемета ДШК.
Потери противника 1 июня оценивались в 18 сбитых самолетов зенитной артиллерией и истребителями, но данные противника подтверждают уничтожение только одного Ju-87 № 6324, причем и боевое донесение 5-го Воздушного флота, и отчетность генерал-квартирмейстерства люфтваффе. Потери нашей авиации 1 июня оказались весьма тяжелыми для этого участка фронта. В трех налетах на вражеские аэродромы и в воздушных боях под Мурманском были сбиты истребителями противника 9 самолетов (1 «Аэрокобра», 4 «Киттихаука», 1 Пе-2 и 3 СБ), при этом погибли и пропали без вести 11 человек летных экипажей. Кроме этого, один летчик 769-го ИАП Жучков разбился при взлете в 00:57 на самолете «Харрикейн» № 5214, потеряв скорость на втором развороте после взлета, это была небоевая потеря.
Попавший в плен пилот Ю-87 фельдфебель Гуттше при опросе показал, что в этот период на аэродроме Хебуктен находилась в полном составе группа «Юнкерсов-87» в составе около 40 самолетов, а также до 5 разведчиков Ю-88, около 10 Ме-110 и до 5 Ме-109. Эти данные были очень близкими к истине. Гуттше также рассказал следующее:
Этот приказ был не чем иным, как оправданием, обоснованием агрессии Германии против СССР — прежде всего для самих же немцев. Это была обычная практика оправдания своего нападения со стороны агрессора путем выдвижения обвинений в адрес своей жертвы перед нападением.
2 июня 1942 г
Кроме выполнения основной боевой задачи по проводке и прикрытию транспортов конвоя PQ-16, ВВС Северного флота вели боевые действия на вражеских морских коммуникациях. Ввиду малого количества бомбардировщиков и торпедоносцев (всего в составе ВВС Северного флота имелось боеготовых 6 ДБ-3Ф и 5 СБ) разведку и атаки морских целей противника выполняли одиночные самолеты и мелкие группы из 2–4 самолетов.
6-я торпедоносная эскадрилья 2-го ГКАП была задействована в минных постановках: 1 июня в 07:25 экипаж ДБ-3Ф капитана Гарбуза поставил одну мину АМГ-1 в точке с координатами Ш=70°56′50′′, Д=25°29′10′′, второй экипаж лейтенанта Ткачева сбросил мину в точке с координатами Ш=70°48′, Д=30°06′. 2 июня в 02:12 три ДБ-3Ф поставили три мины АМГ-1 на выходе из Порсангер-фьорда в точке с координатами Ш=70°56′15′′, Д=25°18′. Противник заметил эти минные постановки, после чего обычно следовало траление района сброса мин.
Тем временем командование Северного флота продолжало настойчивые попытки нанести бомбардировочные удары по аэродрому Тромсе силами 36-й АДД. В 20:03 1 июня на бомбардировку аэродрома Тромсе вылетели 2 Ил-4 42-го АП 36-й АДД. Во время полета к цели у одного Ил-4 отказал мотор, самолет вернулся и произвел нормальную посадку. Второй Ил-4 капитана Баукина отбомбился в 23:07 с высоты 5000 метров по аэродрому Тромсе (сброшено 5 ФАБ-100 и 40 АО-10), по докладу экипажа, попадание бомб было в один ангар, который загорелся, при этом наблюдались клубы густого черного дыма. Гидроаэродром Тромсе был сфотографирован, на якорной стоянке было отмечено до 35 самолетов. Противник зафиксировал бомбардировку гидроаэродрома Тромсе в период 23:15–23:35 1 июня как одиночным самолетом, так и 2–3 самолетами, причем двумя заходами, при этом возник пожар, который быстро был потушен, сгорело около 100 бочек для нефтепродуктов. 4 человека получили ранения.