Александр Мануйлов – Выбор моей реальности (страница 25)

Кир ненадолго замолчал. Как я предположил, он вспоминал слова из вызубренного текста, написанного Гостятой с Баско дня два назад. Хан внимательно слушал и болтовню Кира почему-то не прерывал.

— Но всё это сбудется только тогда, если ты, о великий и могущественный эмир Абдаллах ибн Ахмет, позволишь нам на время поселиться на острове Круглая гора и построить крепость. Чтобы мы помогли тебе защищать Идель Булгар врагов и чудовищ. Прошу тебя, о великий и могущественный эмир Абдаллах-ибн-Ахмет, выслушай отца моего Искандер-баликбашы. Я умолкаю, ибо силы оставили меня, — закончил Кир очередной театр.

Хорошо, что информация школьных уроков по истории родного края хоть немного отложилась в его упрямой голове, а также экскурсия в Болгар, куда Кир ездил с классом года четыре назад, пригодилась нам самым неожиданным образом в непредвиденной ситуации.

Глава 63. Искандер-баликбашы

— Говори, Искандер-баликбашы, — смилостивился хан.

— В этот мир, кроме нас прибыли ещё и враги. Наша задача победить врагов и чудовищ, которые появятся здесь через несколько лет.

— Как ты докажешь, что прибыл из другого мира, а твой малай не солгал про мраморный дворец и огромных белоснежных птиц?

— Я могу уйти отсюда, когда захочу, — в этот момент я переместился в соседнюю комнату, через которую мы проходили ранее. Решил и я продемонстрировать хану свой театр. — И прийти, когда захочу, — через мгновение продолжил я, появившись в зале из той же двери, в которую я уже входил.

За мной на расстоянии вытянутой руки следовали четыре стражника, безуспешно пытаясь проткнуть своими саблями мой магический щит. Когда я переместился в другую комнату, то попал в окружение стражи, которая была в состоянии боевой готовности на случай покушения на ханскую персону. Самый шустрый секьюрити попытался ударить по мне саблей. Щит сработал просто великолепно — вместо того, чтобы срубить мне голову, сабля резко отлетела от моей головы и выпала из рук стражника. Я же, чтобы не устраивать здесь бойню, быстро переместился обратно в зал к хану.

— Также я могу показать Вам мощь нашего оружия, — сказал я и выстрелил из пистолета в один из керамических светильников, который висел ближе ко мне. Он разбился на мелкие кусочки, с грохотом приземлившись на кирпичный пол. От непривычного звука выстрела все присутствующие инстинктивно вжали головы в плечи.

— Мы не хотим войны, нам не интересны местные военные конфликты, нам не нужна власть над государствами. Мы здесь, чтобы договориться с Вами об острове, — продолжил я.

— Что за выгода мне отдавать вам этот пустынный остров?

— Мы построим там небольшой укреплённый город и будем защищать Ваши западные границы от набегов. Нам нужно будет много продовольствия и рабочих рук для строительства. Всё это мы купим у Вас за золото. Позже, если мы будем сотрудничать и дружить, то я поделюсь с Вами семенами для посевов, научу лечить болезни одним прикосновением руки. На острове мы построим школу, где будем обучать счёту и письму. Будем рады, если и Вы пришлёте на обучение тех, кого посчитаете достойными.

— Вечером будет созван курултай. Мы обсудим и вашу просьбу. Вы придёте завтра и узнаете наш ответ. А сегодня пока будьте нашими гостями, — постановил хан.

— Разве тогда нарушим договор свой, когда камень станет плавать, а хмель тонуть на воде! — ответил на это Кир. — Переведи, — сказал он беку.

Хан поморщился, однако, произнёс на прощание:

— Алибек-туджун поможет вам освоиться, — хан показал на уже знакомого нам бека-переводчика. — Покажет наш город и познакомит с нашими обычаями.

Мы покинули резиденцию хана и отправились осматривать город.

Глава 64. Раз — и, два — и

— Алибек, у вас есть невольничий рынок? — спросил я.

— Нет.

— Алибек, Болгар удивил нас своей величественной архитектурой и другими достопримечательностями. Я уверен, что здесь есть достойные музыканты и певцы, мы хотели бы увидеть их и увезти с собой. Услуги посредника будут щедро оплачены, — пообещал Кир.

— Пройдёмте, думаю, мы сможем договориться, — поразмыслив, сказал Алибек и повёл нас по узкому переулку.

Мы добрались до небольшой площади за крепостными стенами, по бокам от нёё находились двухэтажные дома, в один из которых нас завёл Алибек. Ко второму этажу этого здания была пристроена деревянная веранда, позволяющая зайти в каждую из многочисленных комнат. Торговцы, увидев нашего сопровождающего, почтительно кланялись нам. Они знали, кому служит Алибек. Поэтому и нас сразу же причислили к влиятельной знати. «Как же противны эти подобострастные поклоны и заискивания! — подумал я. — Когда построю свою общину, попытаюсь избавить всех подданных от подхалимажа и фальшивых проявлений уважения».

— Алибек, помогите мне найти музыкантов, певцов и танцовщиков.

Алибек поклонился и пошёл расспрашивать торговцев. Кир постоянно оглядывался по сторонам, ожидая возможного нападения батыров великого и могущественного хана, которого явно не обрадовал наш визит. Вскоре появился запыхавшийся Алибек:

— Прошу пройти в этот гостеприимный сарай. Там те, кого вы искали.

Мы зашли в просторную комнату, где на деревянных лавках вдоль стен сидели люди, которые причисляли себя к музыкантам или артистам. Среди них было два подростка славянской внешности — похожие друг на друга мальчик и девочка лет по тринадцать-четырнадцать каждому. На коленях у них лежали музыкальные инструменты, по виду напоминающие деревянные дудочки и стародавние гусли. Я подошёл к мальчику и, указав на дудочки, поинтересовался:

— Ты умеешь на них играть?

— Разумею, аки играти на жалейке и калюке.

— Да на гуслях звончатых! — похвасталась и девочка.

— Сыграйте, что можете.

Девочка заиграла простенькую мелодию, мальчик засвистел в такт ей на дудочке.

— Кир, проверь, есть ли у них музыкальный слух.

Я вытащил из сумки блок-флейту, которую мы привезли с собой, и передал Киру.

— За мной на жалейке да на гуслях звончатых играти. Раз — и, два — и! — велел им Кир.

Ребята приготовились слушать. Кир начал наигрывать мелодии, а они пытались повторить.

Я же обратил внимание на сидящего на соседней скамейке высокого худющего парня лет тридцати, выделявшегося из всей компании. Только он один из всех присутствующих с неподдельным интересом разглядывал блок-флейту Кира, при этом что-то негромко напевая, одновременно шевеля длинными пальцами и кивая растрёпанной головой в такт мелодии.

— А ты на чём играешь? — обратился я к нему.

— Да на всём, окромя жалеек. На жалейках да сопелях не стану — для пастухов они.

Я расхохотался, вспомнив анекдот из прошлого. На музыкальном конкурсе подростка спрашивают: «На каких инструментах ты играешь? На всех, кроме флейты — с неё карты падают».

— Может, ты и петь умеешь?

— Ато! Песнотворец я словутный, не пищащий козлодёр. С мусикией по городам да весям странствовал.

— Ты сможешь повторить мелодию, которую сейчас наигрывает Кир? Вот на этом инструменте, — я вытащил профессиональную современную флейту с закрывающимися клапанами и протянул её. Певец словутный опешил от вида флейты и робко протянул свои длинные руки, чтобы осторожно взять её.

— Дуда из железа сотворёна? — полюбопытствовал он.

— Из сплава серебра и другого металла, название которого тебе не известно. Попробуй сыграть.

Музыкант начал нажимать на рычажки и дуть в инструмент, пытаясь извлечь звуки из него.

— Кир, как тебе потенциал детского ансамбля народной музыки?

— Норм. Мальчик очень неплох. Девочка менее талантлива, но думаю, и у неё результат со временем будет.

— Отроковица лучше всех мусикию чувствует, ведь я её токмо вчерась учити стал, — сказал лохматый маэстро. При этом он уже извлекал из инструмента какую-то мелодию.

— Кир, что думаешь?

Кир заиграл композицию «Одинокий пастух», а парень взял у девочки гусли и довольно точно повторил эту мелодию, на мой немузыкальный слух.

— Классный чел, в двадцать первом веке был бы крутым музыкантом, — вынес вердикт Кир после прослушивания. Я забрал инструмент и спросил парня:

— Ты сказал, поёшь? Можешь спеть разными голосами?

Он начал петь, меняя тональность голоса. Даже я понял, что нам попалась редкая жемчужина среди множества пустых раковин, вброшенных на берег бескрайнего моря.

— Мы определились, — сообщил я хозяину. — Вот этих троих берём — заверните.

— Взрослый мужчина стоит дорого, Искандер-баликбашы. Он очень одарённый музыкант, — начал переводить Алибек слова торговца, набивавшего цену. — Я оплачу расходы гостя нашего великого правителя, — вдруг прекратил торг Алибек и вынул толстый кошелёк из складок своего широкого халата.

— Князь, купи и жену мою. Бояна и пляшет, и поёт, не разлучати нас, — попросил меня маэстро. Я посмотрел на сидящую рядом с ним девушку и спросил торговца:

— Этого будет достаточно? — протянул ему прозрачный муассанит, обработанный как бриллиант. Камень переливался всеми цветами радуги в лучах солнца, которые проникали в комнату через открытую дверь.

— Достаточно. Рахмэт, щедрый господин, приходите ещё, — затараторил торговец.

— Забирайте свои пожитки, мы уходим, — сказал я музыкантам. Они засуетились и стали складывать калюки, жалейки и гусли.

— Эти деревяшки не берите: у вас будут новые инструменты.

Глава 65. Эчпочмак

Алибек уже, похоже, ничему не удивлялся при общении с нами.