Александр Мануйлов – Выбор моей реальности (страница 23)

Мы разбили лагерь, отойдя немного дальше от подножья скалы. Кир, надев от ветра капюшон своей куртки, сел на большой камень, достал тетрадку с текстом, который написал ему вчера Баско, и углубился в чтение. Айка, не сказавшая никому ни слова по дороге из Свияжска, молча занялась пойманными мною сомами.

Глава 57. Печера

Я обратил внимание, что Баско начал проявлять беспокойство и принюхиваться к чему-то. «Опять очередная тухлятина где-то около нас валяется и подванивает», — отстранённо подумал я. Баско пошёл вдоль берега и вскоре скрылся из виду в ущелье между холмами.

Часа через полтора зомби вернулся в испачканных грязью штанах, провонявший сыростью, но не один, а в приятной компании: на левом плече у него сидела тёмно- серая летучая мышь, которую довольный Баско гладил по голове между ушами. Мы все окружили Баско, чтобы познакомиться с новым крошечным спутником — длина тельца этого зверька была всего около десяти сантиметров. Несмотря на свои безобидные размеры, мышь грозно расправил перепончатые крылья, приветствуя нас, и продемонстрировал хищный оскал острых желтоватых клыков.

— Какой ушан! — заверещала Айка.

— Вечерница, — прокомментировал Гостята.

— Где же ты умудрился найти летучего мыша? — удивился я.

— Тута недалече, — пояснил Баско. — Отыскал тёмную печеру.

Мы взяли походные фонари, и Баско с ушаном на плече повёл нас к обрывистому скалистому оврагу, находящемуся совсем недалеко от Волги и нашего лагеря. Здесь мы и увидели вход в «печеру», который густые заросли надёжно скрывали от посторонних любопытных глаз. Это был лаз в горной породе, куда запросто мог зайти человек среднего роста. Около входа лежали покрытые землёй три крупных камня. Их не без труда целый час вынимал Баско, чтобы расширить отверстие в скале и проникнуть внутрь безымянной пещеры, которая так привлекла и зачаровала его.

Мне же это место напомнило границу двух разных стихий, где тёплый воздух с дурманящими запахами летних трав, лесов и полноводных рек смешивался с холодом и сыростью таинственного мрачного подземелья…

Мы осторожно спустились по небольшому узкому ходу, ощущая под ногами скользкие осколки доломита, а затем попали в подземный грот высотой примерно метров пять и шириной метров двадцать. Температура в пещере была чуть выше нуля градусов по Цельсию.

Осветив грот фонариками, мы увидели красноватый потолок с миллиардами капель воды и свисавшие вниз желтовато — серые гипсовые столбы. В дальнем конце грота через многочисленные щели чувствовалось движение холодного воздуха. Из противоположного хода вылетела стая летучих мышей, встревоженная нашим появлением. Но нас они не обратили никакого внимания. Мы заглянули и туда. Другой грот поразил нас каменными статуями необычной формы, похожих на фигурки животных.

Я понял, что впереди нас ждут ещё десятки километров неизведанных коридоров, бесконечные сводчатые гроты и, возможно, подземные озёра с питьевой водой. Исследованиями тут можно заниматься хоть до самого утра, поэтому дал команду: «Экскурсия окончена, пора возвращаться обратно в лагерь». Все недовольные нехотя подчинились, и мы выбрались из пещеры. «Надо запомнить место входа — вдруг в будущем надёжное укрытие понадобится», — решил я.

— Как ты приручил этого мыша? — спросил Кир у Баско.

— Едва забрался в полумрак печеры, мышь тотчас опустился мне на плечо да угнездился.

— Понял. Как назовешь питомца?

— Вельзевелем нареки, — посоветовала Айка. — Хаживал тут давеча по поляне один таковый, — она злобно посмотрела на Кира. — Уж шибко мордой схожи!!!

Вернувшись в лагерь, Кир позвал девушку подняться на гору Лобач полюбоваться открывающимися сверху перспективами. Сначала Айка сопротивлялась и отказывалась для виду, но потом любопытство победило, и они, о чём-то оживлённо споря, вместе поднялись на скалу. Усевшись у самого обрыва, тусовались там до наступления сумерек.

Глава 58. Холуи

С утра я передал образцы камней Гостяте. И сказал, чтобы он нашёл, кому их сбыть за хорошую цену. Договорились завтра утром встретиться на местной торговой площади. Дал ему монеты, которые достались от разбойников. И напомнил про глаза Баско.

— Ежели кто спросит, поведаю, што отрок от рождения слеп.

Высадились мы в километрах десяти от Болгара. Ближе подплывать не стали, чтобы с лодок и с берега на наши паруса не глазели все, кому не лень. Я попробовал поместить в волшебную сумку лодку целиком, не сдувая из неё воздух и не снимая паруса. Получилось.

— Ну, потопали, завтра встретимся на рынке. Но если придётся повоевать, и всё в Болгаре пойдёт наперекосяк, то мы вас будем ждать на этом месте, — наказал я Гостяте, Баско и Айке.

— Урядились, — они пошли вперёд, а мы вслед за ними, держась на расстоянии.

Пояс у нас с Киром всегда активирован и пистолеты всегда под рукой. Не успели мы пройти и трёх километров, как увидели, что несколько всадников окружили нашу троицу — отца, сына и Айку, и что-то у них агрессивно требовали. Я заметил, что сумка у Гостяты пропала. Значит, команданте успел сориентироваться и активировал функцию невидимки.

— Кир, давай потренируемся. Врубай магический шит и дави их.

Мы активировали щиты, и, проходя около всадников, Кир запустил ауру ужаса. А я со всего размаха двинул магической рукой под хвост одному из коней. Никогда не думал, что лошадь может летать. После моего удара конь издал визгливый истошный рёв и отпрыгнул вместе со своим наездником метров на семь в сторону. Мужчина слетел с коня в момент прыжка, и сейчас валялся на дороге, подвывая от боли и ужаса. Другие лошади заржали и резво поскакали в разные стороны. А всадники вцепились им в шеи, чтобы не слететь.

— Что они хотели от вас? — спросил я.

— Хотели, как водится, денег да Айку в пользование за проход.

— Это были стражники или ханские воины?

— Нее, чьи-то холуи на вольные заработки снарядились.

— Понятно.

Магической рукой я взял за одежду скулящего холуя, приподнял его над землёй и отшвырнул с дороги в кусты.

Глава 59. Посад

— Продолжим нашу прогулку, — предложил я, и мы двинулись в первоначальном порядке к Древнему Болгару — одному из крупнейших городов средневековой цивилизации. По моим прикидкам, Болгар, построенный на высоком холме волжского левобережья, насчитывал от пятидесяти до ста тысяч жителей.

Живописное место выбрали люди, которые когда-то основали его! Вдали виднелись наружные городские стены, рядом располагались пригородные поселения, широкие поля с посевами и зелёные луга с пасущимся скотом. Здесь выращивали пшеницу, горох и ячмень. Я обратил внимание на размеры животных: местные коровы оказались намного меньше современных, ростом всего лишь около одного метра, а овцы вообще сантиметров по семьдесят.

Повсеместно стояли небольшие лёгкие шатры — юрты, которые располагались группами по несколько десятков. Наверное, это семейные кланы или гильдии ремесленников, умения которых мне так расхваливал Гостята. Также в похожих юртах ночевали купцы во время остановки торговых караванов. У скотоводов были не только летние шатры, но и зимние жилища, которые отапливались печами, отдалённо напоминающими современные.

На окраинах города располагалось обширное кладбище, где умерших хоронили строго по мусульманскому обряду — на спине, без вещей, головой на запад, лицом на юг — к Мекке. Как выяснилось позже, во внутреннем городе рядом с мечетью был и другой некрополь с ханскими усыпальницами, предназначенный для правителей — эмиров и членов их семей, с белыми могильными плитами для местной знати, шейхов, имамов, мударрисов и других руководителей мусульманской уммы.

Болгар состоял из трёх районов: внутреннего города, внешнего города и посада. Посад протянулся вокруг стен города на несколько километров. Первым мы увидели гончарный квартал, расположенный у берега Волги рядом с месторождением необходимого сырья — гончарной глины и песка. Мастерские находились отдельно от жилищ, внушительная площадь этого квартала свидетельствовала о высоком уровне развития гончарного дела. Нам удалось увидеть и продукцию болгарских мастеров: кувшины, тарелки, горшки, котлы, детские игрушки с колоритным орнаментом.

Далее протянулись мастерские с кузнечными горнами. Меня это особенно порадовало. Известно, что кузнечное дело является основой экономической и военной мощи любого древнего государства. Я заметил, что местные кузнецы отлично владели приемами горячей и холодной ковки железа. Увидели большую мастерскую, которая специализировалась исключительно на изготовлении бронзовых дверных замков в виде фигурок барсов.

Обработка цветных металлов также связана и с ювелирным ремеслом, которое, по словам Гостяты, достигло у булгаров очень высокого уровня. С ассортиментом продукции булгарских и билярских ювелиров я познакомился на следующий день, посетив Ага-Базар. Плетеные и пластинчатые браслеты, серьги-лунницы, перстни и височные подвески, изготовленные из меди, серебра и золота.

Одним из традиционных булгарских украшений были подвески из листового золота, которые носились парами и крепились к женской шапочке или головной повязке. Основу украшения составляет медное кольцо, обтянутое золотой фольгой, на которое нанизывали три крупные золотые бусины. К нижней бусине прикреплены золотые цепочки. Внутри этого изделия на проволочной ножке укреплена фигурка утки. Крылья и хвост также выполнены из листового золота.