Александр Лиманский – Лекарь Империи 8 (страница 6)

— Сейчас восстановишься. Ты молодец. Настоящий герой.

— Я просто лекарь, — усмехнулся я, чувствуя, как от горячей воды и успокаивающих ароматов накатывает дремота. — Делал то, что должен.

— Не каждый врач стал бы спасать тех, кто час назад на него напал.

— Клятва Гильдии Целителей не делает исключений для неприятных пациентов.

— «Просто лекарь»! Ага! — хихикнул Фырк где-то под потолком, и его голос в моей голове был полон сарказма. — Который в полевых условиях провел триаж, организовал медпункт, спас двух человек и еще одного довез до больницы, реанимируя по дороге!

Мать Тереза в мужском обличье! Я пролежал в ванне еще минут двадцать, почти заснув. Вероника тихим голосом рассказывала, как они собирали лагерь, как полицейские опрашивали свидетелей, как те мужики с соседней поляны, протрезвев от ужаса, извинялись за Бычка и предлагали любую помощь.

Вышел из ванны, чувствуя себя заново рожденным. Натянул чистую футболку и мягкие спортивные штаны. Тело приятно гудело от горячей воды, каждый мускул был расслаблен и умиротворен.

Вероника ждала меня в спальне, сидя на краю кровати и листая что-то в телефоне.

— Ложись. Тебе нужно спать. Организм требует восстановления.

Ее слова были не просьбой, а констатацией факта, почти врачебным назначением. Я не стал спорить. Сил на это просто не было. Я практически упал на кровать, уткнулся лицом в прохладную подушку и мгновенно провалился в сон.

Никаких снов, никаких тревожных видений или кошмаров — просто глубокая, черная пустота.

Проснулся я ровно в семь утра. Не от будильника, а от настойчивого солнечного луча, который пробился через щель в шторах и ударил прямо в глаза.

Я поморщился, перевернулся на спину и понял, что чувствую себя удивительно бодрым и отдохнувшим. Словно и не было этой безумной ночи с кровью, криками и смертью.

Рядом, поверх одеяла, спала Вероника.

Ее темные волосы разметались по подушке, губы были чуть приоткрыты, а дыхание — ровным и спокойным.

Я осторожно, стараясь не издать ни звука, встал с кровати и прошел на кухню. Организм требовал топлива. Кофе и еды — много сытной, калорийной еды.

Вчерашний ужин остался на той проклятой поляне, а энергии за последние двенадцать часов было потрачено как на полноценном марафоне.

Фырк уже восседал на подоконнике, с блаженным видом подставив свою пушистую морду утренним лучам солнца.

— Доброе утро, герой вчерашнего дня! Как спалось? Снились кошмары? Мертвецы из могил вставали?

— Отлично спалось, — я включил кофеварку, и она отозвалась мерным гудением. — Как младенец. Без снов вообще.

— После таких подвигов и должно! Организм в режиме восстановления, ему не до развлечений типа сновидений. Кстати, ты сегодня прямо светишься. Аура такая… героическая что ли. Яркая.

— Не неси чушь.

— Я серьезно! — он спрыгнул на стол. — После вчерашнего ты как-то изменился. Стал… сильнее что ли. Не физически, а внутренне. Как будто уверенности прибавилось. Или опыта. Или и того, и другого.

Я задумался, насыпая свежемолотый кофе в турку. А ведь, может, Фырк и прав?

Вчерашние события действительно что-то изменили во мне. Это был не просто очередной сложный случай. Нужно будет проверить в больнице. Если вчера я чувствовал себя полностью разбитым, то сегодня, сил как будто прибавилось.

Похоже я вышел на новый уровень «Искры». Интересно, какие возможности мне откроются теперь? И на какой ранг я теперь тяну? Надо бы это как-то узнать и измерить.

— Доброе утро. Ммм, кофе пахнет божественно!

Вероника вышла на кухню, потягиваясь, как изящная кошка. Она выглядела свежей и отдохнувшей.

— Присаживайся, — я достал вторую чашку. — Сейчас завтрак организую. Полноценный английский завтрак — нам нужны калории после вчерашнего.

Я достал из холодильника яйца, бекон, помидоры, хлеб для тостов. Работа на кухне спорилась.

Скоро по комнате разнеслись аппетитные ароматы: шипение бекона на сковороде, запах поджаренных томатов с чесноком и, конечно, густой, бодрящий дух свежесваренного кофе.

— Ты отлично выглядишь, — заметила Вероника, наблюдая за моими манипуляциями у плиты. — Выспался?

— Да. Даже не помню, как заснул. Помню ванну, помню, как лег, а дальше — провал.

— Ты заснул, едва голова подушки коснулась, — улыбнулась она. — Я еще минут десять сидела рядом, смотрела на тебя. Ты спал как ребенок — так умиротворенно.

Мы сели за стол. Я разложил по тарелкам пышную яичницу, добавил хрустящие полоски бекона и румяные кружочки помидоров. Поставил на стол масло, джем, мед.

— Знаешь, — сказал я, намазывая масло на горячий, дымящийся тост, — у нас ведь еще целый выходной впереди. Чем займемся?

Вероника задумалась, отпивая кофе и с наслаждением прикрыв глаза.

— Можно просто погулять по городу. Сходить в парк — там сейчас красиво, сирень отцветает, но розы начинают. Или в кино сходить — вроде новый фильм вышел, комедия какая-то. Что-нибудь спокойное и мирное после вчерашнего экстрима. Без крови, без адреналина.

— Отличная идея. Никакой рыбалки, никаких приключений.

— Да, — кивнула Вероника. — Просто тихий семейный… — она осеклась на полуслове. — Обычный выходной, — поправилась она и ее щеки залил предательский румянец.

Вероника посмотрела на меня, и в ее глазах мелькнули смешинки. Она ничего не сказала. Просто улыбнулась своей самой теплой и нежной улыбкой. И это молчание было красноречивее любых слов.

— «Семейный» сказала! — тут же захихикал Фырк у меня в голове. — Оговорочка по Фрейду! А ты? Уже планируешь совместное будущее? Свадьбу, детей, ипотеку? Может, сразу предложение сделаешь, пока момент подходящий?

— Не начинай, — мысленно усмехнулся я, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

В дверь позвонили. Я бросил взгляд на настенные часы — ровно восемь утра. Рановато для визитов, но я, кажется, догадывался, кто это.

Я открыл дверь. На пороге стоял Артем.

Вид у него был странный — под глазами залегли темные круги от бессонной ночи, но сами глаза горели каким-то лихорадочным, маниакальным блеском. И в руках он держал огромный, туго набитый полиэтиленовый мешок, размером с хорошую спортивную сумку.

— Привет! — он улыбался во весь рот. — Вот, ключи от машины! Стоит за углом, в том же месте где вчера! Полный бак — я специально заправил! И даже помыл — думаю, после вчерашнего она это заслужила!

— Спасибо, заходи, — я отступил в сторону, пропуская его в прихожую. — Кофе хочешь? Мы как раз завтракаем.

— Некогда! — Артем энергично замотал головой, словно сама мысль о промедлении была для него невыносима. — У меня весь день расписан по минутам!

Я напрягся, почувствовав неясную тревогу.

— Что-то с лодкой? Не привезли? Или повредили при транспортировке?

— Да нет, с лодкой все в полном порядке! — Артем махнул свободной рукой. — Стоит в гараже, под тентом, как новенькая! Тот парень слово сдержал, молодец мужик! Привез точно к полуночи, даже помог снять с машины! И извинялся еще за Бычка, говорит, ему срок крупный светит. Ну а чего другого еще ожидать.

— Тогда почему спешишь? — я недоуменно смотрел на его возбужденное лицо.

— В смысле почему? — Артем уставился на меня с таким видом, будто я спросил, почему солнце встает на востоке. — У тебя весь день тоже занят! И у меня! У всех!

— Чем занят? — я окончательно растерялся.

— Вот! — и он с гордостью, словно вручая мне боевое знамя, протянул мне тот самый огромный мешок.

Из мешка пахло. Пахло густо, насыщенно, первобытно. Пахло рекой, тиной и… рыбой. Свежей, только что выловленной рыбой.

Я уставился на мешок с растущим ужасом.

— Это… это что?

— Рыба! — гордо объявил Артем, как будто вручал мне Нобелевскую премию. — Наш улов! Наш честно заработанный, выстраданный улов! Я всю ночь не спал — после того, как лодку забрал, поехал домой и до утра чистил, потрошил, сортировал! Глаза слипаются, руки пахнут рыбой так, что уже не отмывается, но дело сделано! А это твоя половина! Все по-честному, как договаривались!

Я заглянул в мешок. Там было… много. Не просто много, а катастрофически, пугающе много рыбы, смотрящей на меня своими стеклянными, укоризненными глазами.

— Артем, — я попытался протестовать, подбирая слова. — Может, не надо? Оставь себе. Я же почти не рыбачил. Столько рыбы в мои планы точно не входило…

Господи, тут килограммов двадцать минимум! Может, все двадцать пять! Что я с таким количеством делать буду⁈ У меня морозильная камера в холодильнике рассчитана на три килограмма от силы!

— Не-не-не! — Артем замахал руками так энергично, что чуть не выронил мешок. — Никаких отказов не принимается! Все по-честному! Это твоя законная добыча! Ты честно ее заработал! У меня дома точно такой же мешок! Даже чуть больше — я себе головы оставил на уху! Смотри, что тут есть!

Он начал увлеченно перечислять, загибая пальцы, словно заправский торговец на рынке.