Александр Лихолетов – В погоне за дивноглазыми (страница 2)

Я указал пальцем на восток. Именно туда двигалась призрачная девушка. Тналла смерила меня испытующим взглядом, но, похоже, решив, что в моих словах есть смысл, кивнула. Я двинулся к месту, где растворился призрак, и, прикинув направление, пошёл в глубь леса. Тналла пошла за мной.

Откровенно говоря, это странное ощущение – вести тнала через их лес, но силуэт явно принадлежал человеку, а потому у меня было преимущество. Какое-то время было. Через полчаса я понял, что понятия не имею, куда идти. Остановившись возле дерева, я внимательно осмотрелся. Силуэта в синем видно не было.

– Что-то изменилось, – сказала девушка.

– Что? – с нескрываемым облегчением уточнил я.

– Здесь лес… другой. Я что-то чувствую. Пойдём.

Она побежала вперёд. Я поспешил за ней, зная, что, если потеряю её из виду, могу уже никогда не найти. Пробравшись сквозь густые заросли, я выбежал на поляну. Тналла стояла возле векового дуба, устремив взгляд в землю, и молчала. Было в этом молчании нечто такое, что я не решался его прервать, пока она сама не заговорила. Её бесстрастный голос внезапно начал подводить и срываться.

– Это случилось здесь, – проговорила она.

– Что?

– Здесь прервалась его жизнь.

– Как?

Она только подняла на меня печальные глаза. Сейчас в них не было того холода, что пронзал меня раньше. Казалось, это место действует на неё так. Обычное спокойствие бессмертной тотчас спало.

– Он… он нарушил закон, – прошептала она, – один из законов. Нарушил его и лишился бессмертия.

– Почему здесь? Что здесь случилось? – я даже не замечал, что повышаю голос.

Тналла молчала. Её била мелкая дрожь.

– Не знаю! – внезапно крикнула она и закрыла лицо ладонями.

Сейчас она совсем не походила на грозных тналов, бессмертных хранителей лесов. Она казалась простой девушкой, и, хотя это впечатление было обманчивым, я рискнул приблизиться. Я ощущал, что должен сделать хоть что-то. Когда я уже протянул руку, она внезапно отскочила. Клинок рванулся из ножен. Зелёные глаза вспыхнули. По щекам всё ещё текли слёзы, но взгляд стал совсем другим.

Сначала я подумал, что напугал её, но спустя мгновение заметил, что смотрит она совсем в другую сторону. Я медленно обернулся. Из-за густой листвы неспешно выходил тот самый призрак. Это действительно была девушка. На ней было синее платье, подчеркивающее глубину её сапфировых глаз. Чёрные как смоль волосы струились по плечам.

– Ты… – прошептала тналла, – это ты… я чувствую…

Она шагнула вперёд, но я жестом остановил её.

– Кто ты? – тихо спросил я, глядя в синие глаза призрака.

– Беатрис… – прошелестела она.

Именно прошелестела. Казалось, что это листья нашёптывают её имя. Я посмотрел на тналлу. Она убрала меч в ножны и взмахнула рукой, предоставляя мне право говорить.

– Беатрис, – так же тихо продолжил я, – что здесь произошло?

Девушка опустила голову и запела. У неё был прекрасный голос. Песня будто рассказывала её историю.

Любимый мой на землю пал, Металл его пронзил, Всему виной жестокий тнал, Что прежде лес хранил. И я пришла, и смерть нашла, Но страсть его легка, Я за собой его вела На острие клинка. Я за собой его влекла, Как песен череда, А после в воду я вошла, Исчезнув навсегда…

Внезапно налетел мощный порыв ветра. Лес впервые зашумел, и шум этот был оглушительным. Беатрис поблекла и исчезла. Я закрылся рукой, но ветер продолжал усиливаться. Обернувшись, я увидел, что тналла стоит как вкопанная. Ветер развевал её плащ, трепал ей волосы, но она продолжала смотреть прямо перед собой. Я рванулся к ней.

– Ищущая! – прокричал я, хватая её за тонкие плечи. – Ищущая! Очнись! Лес… повелевай лесом, тналла!

Она не реагировала. Похоже, осознание того, что смертная убила бессмертного, выбило её из колеи. Я понял, что сейчас добиться от неё мне ничего не удастся. Знаки на моих руках вспыхнули. Глубоко вдохнув, я развернулся лицом к ветру и заорал:

Горным утёсам на ветер плевать, Камень стоит нерушим, Птицы без ветра способны летать И потешаться над ним. Древа колышут своею листвой, Только ветвям не трещать, Ветер опять обретает покой, Время всему замолчать!

Всё стихло. Лес опять погрузился в нерушимое молчание. Даже листва не шуршала. Единственное, что я сейчас ощущал, была холодная сталь, нежно касавшаяся моего горла. Тналла пришла в себя. Я не видел её глаз, но чувствовал холод её взгляда.

– Что это было? – процедила она.

– Магия, – осторожно сказал я.

– Никогда прежде не видела такой… магии. Что ты за маг?

– Слышала о властителях слова?

Тналла замолчала, похоже, ожидая объяснения.

– Есть несколько школ магии, помимо чистой, – заговорил я. – Если чистые маги используют только энергию, то другие используют слова, звуки, жесты, краски – всё, что способно быть проводником воли. Я использую слова, иногда жесты.

– Предположим, я тебе верю… – проговорила она, – но это тнальский лес. Здесь средоточие нашей силы. Как ты смог заставить его замолчать?

– У леса больше нет хранителя, – спокойно сказал я, чувствуя, как клинок медленно отдаляется. – Я сделал то, что должна была сделать ты. Но ты впала в транс.

– Неправда, – пробормотала она, – я просто… задумалась.

– Пусть так. Клинок, думаю, можно убрать.

Она нехотя вернула меч в ножны. Я обернулся. На её щеках всё ещё были видны следы слёз. В остальном её облик вернулся в первоначальное состояние, холодное и надменное. Я вопросительно посмотрел на неё. Она несколько секунд молчала, но потом сдалась.

– Спасибо.

– За что? – наигранно удивленно спросил я.

– За твою… магию. Лес и правда взбесился после смерти хранителя. А я…

– Ничего, со всеми бывает.

– Нет! – неожиданно громко сказала она. – Тналы совершенны, мы не допускаем подобного никогда.

Я пожал плечами. Спорить с ней мне не хотелось. Особенно сейчас, когда она была в таком состоянии. Даже бессмертные иногда теряют самообладание, особенно когда встречаются со смертью. Я решил сменить тему разговора.