Александр Лихолетов – Пение Silenzio (страница 2)

Так подари же каждому из нас Его мечтаний в песне отраженье!

Мои монолиты

Монолит

Мы снискали вечную славу, Только нам её не узреть; Получив монолиты по праву, Нам пришлось за них умереть, Умереть на полях сражений Или, может, с пером в руках; Мы не ведали поражений, Мы забыли про боль и страх, Мы презрели сон и усталость, Нам всегда было не до них, И теперь от нас здесь осталось, Может, знамя, а может, стих, Ну а может, и вовсе пепел; Он развеян, но я не забыт, Я витаю духом над степью, Где мне памятник вечный стоит, Где прервали мои метанья, Может, сталь, а может, свинец, Где, свои прекратив скитанья, Я обрёл долгожданный конец, Где снискал я вечную память И, лучами славы залит, Может, стих, а может быть, знамя Украшает мой монолит.

Хранилище пыли

Пыльных книг на забытых страницах, Истекая чернилами слёз, Год за годом во мраке томится Плод писательских пламенных грёз. Чёрным бархатом тьма их укрыла, Безразличье им даст тишину; Их под пылью зарыта могила, И осталось им только уснуть. Но неважно, кем писаны строки, И неважно, кто автор страниц. Для вас лично творили пророки, Ни имён пусть не знали, ни лиц. Так зачем столь жестокими были? Так за что приговор им такой? Они стали хранилищем пыли, Никогда не смахнут что рукой…

Над пропастью во лжи

Увы, теперь мне веры нет, Я лгу и на доверье ставлю пятна. Но я не просто лжец, я и поэт; Когда я лгу, обманутым приятно. В устах поэта и стихах строки, Как паутина, нити лжи повисли; Слова их так прекрасны и легки, Что вкладывают в ум любые мысли. Любые чувства в сердце теребя, Идеи в черепе любые будоража, Они лгут нежно, красочно, любя, Уверенные в том, что не накажут. Секрет открою: ими движет страх, Что времени смывает их теченьем; Но пыльный томик, что у вас в руках, — Их ниточка над пропастью забвенья. Так верьте же скорее в эту ложь, Уже идёт к концу стихотворенье. Оно – ещё один поэта грош