Александр Левинтов – Поэтический дневник (2016—2021). Восьмое десятилетие (страница 9)

быль забот и боль обид не вернуть сугробы в мае, и прошедший быт забыт путь – всегда для нас отрада, путь – дорога и полёт, не затем, что это надо, просто: ветер нас зовёт

АПРЕЛЬ

На заброшенной даче

(романс в полупрозе)

в этой дворянской заброшенной даче, в тесном саду за завесой сирени,

голые ветки стынут и плачут: осень, пустынно стонут мигрени…

я обнимаю с трепетом руки, мнимо и пряно пропахшие розой,

где-то поют в отдалении звуки, и непонятно: стихами иль прозой

две слезинки дождя ручейком по стеклу, жёлтые листья осин на полу,

шёпот прошедшего: снов и духов, я замечтался и плакать готов

когда-то здесь свистали соловьи, и шорохи в романтику играли,

в углу – в ампирных ножках клавесин, и вальса шелесты в вечернем зале;

раздвинет время тайны и секреты, сквозь кисею годов любовь срывая:

какие песни на веранде были спеты? о чём гитара пела им, рыдая?

две слезинки дождя ручейком по стеклу, жёлтые листья осин на полу,

шёпот прошедшего: снов и духов, я замечтался и плакать готов

в том флигеле настрелянный поручик ей сочинял безумные стихи,

он целовал в перчатке чёрной ручку в мечтах безудержно лихих,

она листала томные романы, скучая своей юностью порой,

небрежный ремешок изнеженного стана, закат лазурно-ало-золотой

две слезинки дождя ручейком по стеклу, жёлтые листья осин на полу,

шёпот прошедшего: снов и духов, я замечтался и плакать готов

проходит всё – и жизнь других проходит, нам оставляя терпкий аромат,

стучит дождём по проржавевшей кровле и укрывает пеленою сад…

здесь никогда и никого не будет: сломают, вырубят, заселят иль сожгут

здесь умерли и праздники, и будни, и лишь стихи надежды не умрут

две слезинки дождя ручейком по стеклу, жёлтые листья осин на полу,

шёпот прошедшего: снов и духов, я замечтался и плакать готов

автобиография

за занавескою несутся облака, их гонят в наступающий апрель, белёсые – пасхальная мука, и быстрые как ранняя капель, на впалых ветках птичья дребедень, шальные ветры гонят ручейки, летит проснувшийся, проветрившийся день хлопочут бронзовые шустрые жучки, всё оживает – умираю я, из года в год одной печалюсь вестью, я лишний здесь, как в злаке спорынья, как вычеркнутый кем-то хилый крестик и каждую весну смотрю на занавеску, сквозь кисею я вижу смерть свою, пушистых облаков смешные арабески, улыбку Моны Лизы на краю

в ожидании весны

отгремели громы грозовые, отшумели ветры и дожди, листопадов резкие порывы, и теперь весны – надеясь, жди жди, когда пройдёт зима и холод, снегопады, вьюги, мерзлота, жди, когда опять проснётся город, и исчезнет утром темнота зацветут деревья и газоны, зашумит хмельная голова, и березки отдадут поклоны, и росой заискрится трава я очнусь от боли, снов и дрёмы, песнями, стихами напоюсь