Александр Левенбук – Еврейские анекдоты навсегда (страница 60)

— Мясное отдельно, молочное отдельно.

— Сема, я хочу тебе посватать Лию Грузберг. Лучше ее ты не найдешь!

— А она не болтушка?

— Что ты! Очень даже молчаливая.

— Молчаливая — это хорошо. Но мой идеал — глухонемая.

Генерал знакомится с отличниками боевой и политической подготовки. Каждый из них делает шаг из строя и представляется:

— Соколов!

— Сокол! — говорит генерал.

— Орлов!

— Орел! — говорит генерал.

— Рабинович!

— Тоже птица!..

Рабинович в коридоре ОВИРа читает плакат:

«Отечество славлю, которое есть, но трижды — которое будет!»

Один шамес уверял, что у него самые точные часы на свете.

— В Москве может быть четыре часа, в Варшаве — три, в Берлине — два. Но будьте уверены, на моих часах всегда точно полвосьмого.

— Моня, кто ты по национальности?

— Ты будешь смеяться: Я наполовину еврей, наполовину украинец.

— Это хохма! Обрезать жалко, а надкусить больно.

На приеме у банкира Гольдберга встречаются бывшие компаньоны Кац и Кон.

Гольдберг:

— Господа, позвольте, я вас представлю друг другу.

Кац (Кону):

— Свинья!

Кон (Кацу):

— Подлец!

Гольдберг:

— А, так вы уже друг друга знаете!

Встречаются два старых еврея. Один другого спрашивает:

— Вы слышали, Рабинович таки умер.

— Как умер?

— Как поп. Стоял, стоял и упал.

Два еврея-антисемита на берегу реки увидели еврея с удочкой.

— Васек! Давай подойдем к нему и спросим: «Клюет?» Если ответит «да», скажем: «Везет же жидам!», а ответит «нет», скажем: «Так вам, жидам, и надо!»

Подходят, спрашивают:

— Ну что, клюет?

Тот говорит:

— Пошли к едрене матери!

— Вась, смотри-ка, и среди них есть приличные люди.

Еврей приходит к священнику.

— Ты исповедоваться, сын мой?

— Не совсем. Батюшка, я уже старый и 30 лет не был с женщиной. Но недавно купил виагру и имел совершенно потрясающий секс.

— А почему ты, еврей, рассказываешь об этом в церкви, мне, священнику?

— Батюшка, это такое удовольствие — я об этом всем рассказываю!..

Еврей-эмигрант в Америке ложится на операцию по поводу аппендицита. Врач говорит ему:

— Учтите, у нас активный послеоперационный период: сразу после операции вы своими ногами пойдете в палату, на следующий день два-три раза обойдете вокруг больницы, а на третий день пешком отправитесь домой.

— Доктор, а во время операции я смогу немного полежать?

Хаим раньше срока вернулся из командировки. Сидит, смотрит телевизор. Вдруг в комнату с балкона входит полуголый мужчина:

— Извините, я был у знакомой на верхнем этаже, вдруг пришел муж, пришлось спуститься к вам на балкон. Вы мне позволите выйти?

— Пожалуйста.

Хаим дал мужчине свои брюки, проводил до двери и только через полчаса вспомнил, что живут-то они на последнем этаже.

Ночью на станции останавливается поезд. Пассажир спрашивает проводника:

— Что это за станция?

— Одесса.

— А почему так долго стоим?

— Паровоз меняют.

— На что?

— Как на что? На паровоз!

— Так на так? Тогда это не Одесса!

После двадцати лет игры на скрипке человек автоматически становится евреем.

На одесском Привозе.

— Вы не скажите, сколько стоит это мясо?

— Почему не скажу? Мы что с вами в ссоре?

— Моня, я хочу поговорить с тобой о твоих родственниках!

— Слушаю.