Александр Левенбук – Еврейские анекдоты навсегда (страница 54)

Когда-то давно жил один царь. Однажды он заболел, и к нему вызвали лекаря. Тот осмотрел царя и говорит:

— Надо ставить клизму.

— Кому? — спросил царь.

— Вам.

— Мне? Клизму?! Казнить наглеца!

И лекаря казнили. Позвали второго. Он тоже говорит, что надо ставить царю клизму. И этого казнили. Наконец пришел еврей. Посмотрел царя и говорит:

— Ваше величество, что делать, надо ставить клизму.

— Кому? Мне?!

— Нет-нет, мне!

Еврею поставили клизму, а царь так развеселился, что сразу выздоровел. С тех пор так и повелось: когда царям плохо, евреям ставят клизму.

Два еврея сидят в парке на скамейке. Неожиданно пролетевшая птичка капнула одному из них на голову. Он собрал все это рукой и показывает приятелю:

— Моня, ты видишь, что они делают? А для русских они поют.

В отделе кадров:

— Фамилия, имя, отчество?

— Рабинович Исаак Соломонович.

— Национальность?

— Русский.

— Русский? Исаак — русский?

— А разве Исаакиевский собор — синагога?

Мать с сынишкой пришли на выставку современного оружия. Маленький Семочка заинтересовался зенитными ракетами и спрашивает сержанта, дежурящего у стенда:

— Дядя, а для чего эта ракета?

— Чтобы сбивать самолеты.

— Ой, правда? А сбейте вон тот, который в небе пролетает!

Мать вмешивается в разговор:

— Не делайте этого, товарищ военный, пока он не скажет «пожалуйста».

Хасид влюбился в русскую женщину

Состриг пейсы, сменил лапсердак на изящный костюм, отпустил маленькие усики, купил букет цветов и пошел на свидание. Тут выскочила из-за угла машина и сбила его. Когда он предстал перед Богом, то обратился к нему с жалобным упреком:

— Господи! За что? Я же так в тебя верил! Соблюдал все твои заповеди!

И услышал в ответ:

— Нюма, это ты? А я тебя не узнал!

— Мира, ты знаешь Вайнштейна, который живет в доме напротив тюрьмы?

— Знаю, а что?

— Так теперь он живет напротив своего дома.

— Будьте любезны, попросите к телефону Гуревича.

— Вам какого: старшего или младшего?

— Старшего.

— А они оба умерли.

Суд вынес еврею смертный приговор.

— По закону мы должны выполнить твою последнюю просьбу, — говорят ему.

— Предоставьте мне возможность посмотреть последнюю серию «Санта-Барбары».

Рабинович подбегает к милиционеру:

— Только что вот тут за углом с меня сняли часы!

— А почему вы не звали на помощь?

— Я боялся раскрыть рот: у меня золотые зубы!

— Чтобы уехать в Израиль, нужно собрать тысячу и одну справку, а чтобы вернуться — всего одну.

— Какую?

— Что ты не сумасшедший.

— Ну как, все евреи из Санкт-Петербурга уехали?

— Нет, одна еврейка осталась.

— Фамилия?

— Крейсер.

— Имя?

— Аврора.

В израильскую армию прибыл с инспекцией американский генерал. Он говорит израильскому генералу:

— Дисциплина у вас ни к черту не годится. Мимо прошел рядовой и нас не поприветствовал.

— Не может быть! Ну я ему сейчас устрою!

Еврейский генерал догоняет солдата и хватает его за рукав:

— Нема, ты что, на меня сердишься?

Жена Хаймовича умирает. Он ей говорит:

— Роза, скажи мне честно: ты мне изменяла?

— Как ты можешь обо мне так думать? Да пусть я на том свете столько раз перевернусь, сколько я тебе изменила.

Жена скончалась, а через пару лет умирает и сам Хаймович.

Поднимается на небо, ищет жену в раю, но ее там нет. Тогда он заглядывает в ад:

— Вы случайно мою Розу не встречали?

— А как же! Она у нас тут вентилятором работает.