Александр Левенбук – Еврейские анекдоты навсегда (страница 50)
— Конечно.
— Тогда, ребе, у меня к вам дело: одолжите мне сто рублей. В загробном мире я стану богатым и верну вам эту мелочь.
— Хорошо, только скажи сначала, зачем тебе эти деньги?
— Я куплю немного товара, продам, заработаю...
— Тогда я не могу дать тебе денег.
— Почему?
— Если ты станешь богатым здесь, то там ты станешь бедным и не сможешь отдать мне сто рублей, которых у меня нет и никогда не было.
Ксендз увидел раввина и говорит:
— Мне сегодня приснился странный сон. Будто попал я в еврейский рай. И там такая грязь, вонь и толкотня!
— А мне, — говорит раввин, — снилось, будто попал я в христианский рай. И там так чисто, светло, спокойно, сплошное благоухание — и ни души!
Раввин оказался на острове амазонок...
Женщины с удовольствием пользовались им. Когда же силы его иссякли, его решили умертвить.
— Твое последнее желание, раввин, говори!
— Пусть предаст меня смерти самая некрасивая из вас.
И остался живым!
15
Сидит Набатов у Смирнова-Сокольского. Звонит телефон. Сокольский:
— Да... Согласен. Записываю...
Набатов:
— Коля, что это?
— Мне предложили четыре концерта по пятьдесят рублей — я согласился.
— Как так? Ты же сам назначил себе цену — двести!
— Да, но я быстро посчитал, что лучше четыре раза по пятьдесят, чем ни одного за двести.
Царь Соломон ночью решил пойти в свой гарем. С ним рядом слуга с факелом в руке. Соломон выбрал наложницу, прилег. но ничего не получилось.
— Давай ты, — говорит он слуге.
У слуги все получилось. Царь Соломон говорит слуге:
— Вот как надо светить.
— Вы еврей?
— Нет. Я просто сегодня что-то плохо выгляжу.
Сообщение ТАСС:
— Вчера с космодрома Байконур запушен космический корабль «Союз-6». Все механизмы корабля работают отлично. Космонавт Кац Шлема Моисеевич впервые в жизни чувствует себя хорошо.
— Хаим, что бы ты делал, если бы у тебя был миллион долларов?
— Ничего.
— Как ничего?
— А зачем мне что-то делать, если у меня уже есть миллион долларов?
За свадебным столом француз и еврей сидят рядом и обсуждают свадебные подарки. Француз говорит:
— Я принес чайный сервиз «Тэт а тэт» на две персоны.
Еврей гордо:
— А я ситечко для чая на тридцать шесть персон!
— Мамочка, можно мне пойти погулять?
— С грязными ушами?
— Нет, с товарищами.
Ксендз говорит раввину:
— У вас не бывает никакого продвижения по службе. Вот вы раввин и умрете раввином. А я могу со временем стать епископом.
— Допустим. Что дальше?
— А епископ может стать кардиналом!
— Допустим. Что дальше?
— Ну... кардинал может стать Папой.
— А дальше?
— Ну, знаете! Не может же человек стать Господом Богом!
— Как сказать. Одному еврейскому мальчику это удалось.
Первый день в первом классе. Учительница просит каждого встать и назвать свою фамилию.
— Иванов.
— Петрова.
— Сидоров.
— Штирлиц.
— Не балуйся! Как твоя фамилия?
— Штирлиц.
— Завтра с отцом в школу придешь.
На следующий день ученик приходит с отцом.
Учительница:
— Ваш сын говорит, что он Штирлиц.
— Да это он стесняется. Борманы мы, Борманы.
— Скажите, доктор, как мне излечиться от импотенции?
— А вы что, совсем уже не можете?