Александр Левенбук – Еврейские анекдоты навсегда (страница 33)

— Скажите, а Татьяна еврейка?

— С какой стати Татьяна может быть еврейкой?

— А Ленский еврей?

Сосед, чтобы отделаться:

— Да, еврей, еврей!

— Браво, Ленский!

В местечке еврейка приходит к раввину. Тот сидит и читает Талмуд.

— Ребе, мой муж хочет развестись.

— Почему? — спрашивает раввин, не отрываясь от книги.

— Он говорит, что не может жить с такой уродиной.

Раввин поднимает голову, смотрит на женщину и вскрикивает:

— Твой муж прав.

— Рабинович, где вы работаете?

— Нигде.

— А что делаете?

— Ничего.

— Слушайте, это же отличное занятие!

— Да, но какая конкуренция!

Мама спрашивает Абрашу:

— А что говорил папа, когда упал с лестницы?

— Неприличные слова можно повторять?

— Нет, конечно!

— Тогда он ничего не говорил.

Русский, украинец и еврей рассуждают о счастье. Русский говорит:

— Счастье — это бутылка водки и хорошая баба.

Украинец возражает:

— Ни, цьего ще мало. Треба трохе сала и тарилку борша.

Еврей говорит:

— Вы оба неправы. Счастье — это когда в три часа ночи к тебе стучат двое из органов и спрашивают: «Иванов здесь живет?» Аты, счастливый, кричишь: «Нет, это этажом выше!»

В купе едут два еврея.

— Вы откуда?

— Из Конотопа.

— Много там евреев?

— Примерно тысяч семь.

— Есть там гои?

— Примерно тысячи три. Чтобы помогать в субботу вполне хватает. А откуда вы сами?

— Из Херсона.

— Сколько у вас евреев?

— Тысяч двести.

— Боже милостивый! А гои тоже есть?

— Да, тысяч четыреста.

— Господи, зачем вам так много гоев?

Близится годовщина серебряной свадьбы. Муж говорит:

— Дора, дорогая моя! Я надеюсь, что подарок. который я тебе сделаю, будет красиво смотреться у тебя на пальце.

— Абрашенька. спасибо, милый! Только не покупай слишком дорогой.

— Да что ты? Где ты видела дорогие наперстки?

Два еврея спорят, чья жена лучшая хозяйка.

— Моя Рива так заштопает штаны, что совсем незаметно, — говорит один.

— Ну и что? А моя Хая так постирает рубашку, что тоже незаметно.

— Гуревич, вы знаете, я изобрел новый способ разбогатеть.

— Знаю. Но вы у меня уже занимали.

Сват предложил еврейским родителям жениха-чукчу.

— Вы что? — говорят они. — В своем уме? Нам только дикарей в семье не хватало.

— Погодите, — говорит сват, — это обеспеченные люди. Может, они вам понравятся?

В назначенный день он приходит с чукотскими родителями. Они говорят:

— Однако, у вас дочка, у нас сын. Ярангу им надо новую, вот 50 миллионов. Однако, дочка у вас одета бедно, богато надо, вот еще 40 миллионов.

Старый еврей говорит жене:

— Рива, тебе не кажется, что наши будущие родственники чем-то похожи на японцев?

— Рабинович, где вы пропадали все это время?

— Работал в негритянском джазе.

— И много там у вас негров?

— Да нет, кроме меня и Хаймовича — одни евреи.

— Ребе, у моей жены тяжелые роды. Что делать?

Ребе смотрит в Талмуд, повторяя:

— Тяжелые роды... тяжелые роды... а вот, нашел. Возьми старые штаны и брось их в печку.