Александр Леонтьев – Это просто работа (страница 3)

Соблюдая субординацию, оперуполномоченный постучался в дверь и, спросив разрешения, вошёл в кабинет. Уже много раз бывал Леонид в этих стенах. Сейчас здесь располагался уже четвёртый за время Лёнькиной службы начальник милиции. Но тут ничего не менялось: тот же красный ковёр на полу, те же портреты (Ленина и Дзержинского), те же цветы по углам, тот же стол и стулья, даже шторы и занавески, похоже, те же.

– Разрешите войти? Здравия желаю.

– Заходи. Леонид, ты в курсе, что произошло?– начал разговор заместитель начальника ГОВД Рыбин.

– Так точно. Мне Николай Петрович кратко всё рассказал. С постовыми я поговорить не успел, но я их видел у входа и сказал им, чтобы они дожидались меня.

– Надо срочно найти потерпевших и привезти их следователю на допрос. Милиционеры якобы знают одного из пострадавших, через него можно установить и другого избитого. Я думаю, тебе всё понятно?

– Так точно. Разрешите идти.

– Давай, иди. Если понадобится машина, дежурный выделит её в первоочередном порядке и окажет другое содействие. Все результаты нам сразу докладывай.

Покидая кабинет, сыщик слегка ухмыльнулся: на одного исполнителя сразу несколько начальников. Но он сразу же настроился на рабочий лад, предчувствуя, что тут будет не так всё просто.

Милиционеры добросовестно стояли у входа в ожидании опера.

– Ну что, рассказывайте теперь вы. Петрович мне кратко всё изложил. Меня интересует, кто потерпевшие. Он сказал, что вы знаете кого-то.

– Не совсем так. Я одного из них видел несколько раз здесь, в центре, он тут болтался. Но мы ни разу его не задерживали, поэтому кто он такой, точно не знаем, и данных его нет. У него очень запоминающаяся внешность: волосы такие пышные, кудрявые, тёмно-русые. На вид лет двадцать пять, среднего роста. Особых примет нет. Одет он всегда опрятно, и впечатление пьяницы не производит. Да и пьяного мы никогда его не видели, поэтому и протоколов на него не составляли, почему и фамилию его не знаем. Здесь в центре он или работает, или живет, а может, раньше когда-то жил. Потому что часто его замечали в компании местных пьяниц, с которыми он путается. Но также не исключено, что он живёт где-то в районе Приволжанки, потому что один раз я встречался с ним в тех краях.

– Понятно. А что сегодня-то произошло? Пойдемте со мной в кабинет, там поговорим не спеша.

– Дело было так…

Один из сержантов стал подробно рассказывать историю случившегося, известную сыщику со слов дежурного, а другой сидел молча, изредка утвердительно качая головой, или просто поддакивал. Именно он, догадался опер, производил выстрелы в сторону скрывшейся лодки.

Выслушав сотрудника милиции, оперуполномоченный уголовного розыска задумался. Ещё во время его рассказа у него сложилось впечатление, что он тоже видел этого кудрявого парня, прическа которого была как у Пушкина на школьном портрете. Всю жизнь Лёнька прожил в центре города, да и сейчас это его «земля». Теперь он мучительно вспоминал: где, с кем и когда мог встречаться с этим персонажем, и пришёл к выводу, что ему требуется помощь. Он взглянул на часы, которые показывали половину десятого вечера. «Пока не очень поздно, надо доскочить до Маринки Забелиной,– решил сыщик.– Она тоже с детства живёт в этом районе, да и сейчас работает в магазине. Многих видит и знает». На такую мысль его навела утренняя встреча с Валей Журавлёвой, которая также, как и Марина, училась с Лёнькой в одном классе. Сегодня он добросовестно исполнил данное однокласснице обещание и попросил участкового провести с её мужем профилактическую беседу. А сейчас опер надеялся, что его другая подруга детства также внимательно отнесётся к его просьбе и окажет ему помощь в поисках этого «Пушкина».

До дома Забелиной идти было минут десять, а туда-обратно с разговором всё заняло бы около получаса, но время было дорого. Увидев стоявший у отдела милицейский УАЗик, оперуполномоченный решил обратиться к дежурному с просьбой: подбросить его до площади и там дождаться несколько минут. Николай Петрович без всяких разговоров дал указание водителю съездить с сыщиком.

Чтобы не дискредитировать школьную знакомую напрасными подозрениями со стороны соседей, оперативник оставил машину в стороне от дома, а сам, будучи в штатской одежде, не привлекая ничьего внимания, подошёл к дому. «Только бы дверь открыла она лично, чтобы не объясняться с её мужем»,– думал сыщик. И ему повезло: квартиру открыла сама Марина.

– О! Привет, Лёнь! Какими судьбами?

– Да вот, шёл мимо и решил к тебе чаю зайти попить. Напоишь? Шучу. Мне нужна твоя помощь. Меня интересует парень лет 25-ти. Он здесь в центре постоянно болтается. У него примечательная внешность: волосы такие кудрявые, как у Пушкина или Анджелы Дэвис. Кто это?

– Слушай, это, наверное, «Коля-Золя» или «Зоря». Его все так зовут. Фамилия, значит Золин или Зорин. Он недавно приехал сюда жить откуда-то с Украины. Работает сейчас в «Каблучке» на Комсомольской улице, ремонтирует обувь. А живёт где-то за Казохой, он пешком оттуда на работу ходит. Но он вроде порядочный. А что он натворил?

– Да, ничего. Мы его ищем, как потерпевшего. Его сегодня избили здесь на Плесских дворах.

– Я его уже давно не видела. Больше недели.

– Спасибо, Марин! Извини, что так поздно побеспокоил. Как поживаешь?

– Нормально. Всё хорошо.

– Ну и замечательно. Ещё раз извини. Спасибо за подсказку. Спокойной ночи!

Возвратившись в ГОВД, сыщик попросил у дежурного ключ от паспортного стола. Дежурившая паспортистка уже ушла домой, поэтому поисками этого «Зори-Золи» оперу пришлось заниматься самому. Он нашёл нужный стеллаж, в котором располагались листки со сведениями на граждан, фамилии которых начинались на букву «З». Выдвинув ящик, он неспеша перебирал листки прибытия-убытия на граждан с фамилией Зорин и Золин. К счастью, их оказалось не так уж и много, а с именем Николай вообще двое. И это обстоятельство очень огорчило сыщика, так как возраст одного из них был далеко за пятьдесят лет, а другой чуть-чуть моложе, но жил в сельской местности, далеко от города. Оперуполномоченный медленно перебирал формуляры в надежде, что нужный ему «Листок прибытия» на Николая Зорина-Золина по ошибке положили «не туда». Когда в руках замелькали карточки Зориных с именами Федор и Юрий оптимизм на положительный результат стал таять на глазах. Огорчённый сыщик был уже намерен задвинуть ящик стеллажа, когда в глаза бросилось знакомое слово: «Зоря». Опер почему-то не ожидал, что может быть и такая фамилия. Его восторгу не было предела. В картотеке он нашёл сведения на Зорю Николая Андреевича, 27-ми лет, проживающего на улице Нахимовская. А это как раз за рекой Казоха, в микрорайоне Приволжанка. Всё сходилось!

Леонид, аккуратно убрав карточки, задвинул ящики. Он направился в дежурку, где оперативный дежурный без лишних вопросов немедленно по рации вызвал машину.

– Юра, а где «виновники-то»?– спросил сыщик у помдежа.

– Где-то здесь. Наверное, на улице курят. С поста их сняли, оружие они сдали. Теперь до конца смены будут дежурную часть охранять,– пошутил помощник.

– Петрович!– обратился к дежурному опер.– Пусть они со мной съездят.

– Лёнь! Как пожелаешь. Бери с собой.

Сыщик решил взять с собой постовых милиционеров для возможного опознания потерпевших.

Дом, в котором согласно прописке должен проживать Коля Зоря, находился в самом овраге. Улица Нахимовская была небольшая, но найти нужный адрес оказалось непросто, так как таблички с номерами домов отсутствовали, да и в темноте их разглядеть было проблематично. Не без труда разыскав местожительства фигуранта, Леонид с милиционерами осторожно, опасаясь собаки, зашли во двор дома, где должен проживать предполагаемый потерпевший. Несмотря на поздний час в окнах горел свет, поэтому на стук дверь быстро открыла немолодая женщина. На предложение позвать сына она с явным южным говорком ответила традиционным вопросом: «А что он натворил?»

Ответ опера, что просто поговорить, её естественно мало успокоил. Работники милиции прошли в дом, а через несколько минут им навстречу вышел молодой кучерявый парень. Это был именно тот человек, на которого думали и Леонид, и постовые. Сыщик попросил его предъявить паспорт. Мать убежала искать паспорт, а оперуполномоченный, пользуясь случаем, стал задавать Зоре вопросы. Он был совершенно трезв, и на его лице никаких следов побоев не было. Бросив взгляд на своих коллег, Леонид заметил на их лицах разочарование. Он понял, что они опознали в «Коле-Зоре» того «кудрявого», на которого они думали, но отсутствие у него телесных повреждений вызывало у них сомнение в своей правоте. Полное разочарование и тревога у них появилась, когда парень стал рассказывать, как он провёл сегодняшний вечер.

– Работу закончил, как всегда, в пять часов. Сегодня я уходил последний, поэтому ещё и запирал двери. Свидетелей, как покидал мастерскую, нет, потому что все ушли раньше. Пошёл сразу до хаты. Где-то полшестого добрался до дому. Всё. Больше никуда ходил.

– После работы ни с кем не встречался? Не выпивал?

– Нет.

– На площадь заходил?

– Нет, я сразу сюда пешком через «трубочку» по железной дороге.

В разговор вмешалась мать, подтвердившая, что сын возвратился с работы около шести часов вечера.