Александр Леонтьев – Это просто работа (страница 2)

Инспектор ГАИ, дождавшись приезда следственной группы, сразу же обратился к следователю:

– Ну, наверное, моя помощь больше не потребуется? Понятых найдёте сами?– с улыбкой взглянул в сторону опера, который совершенно без обиды принял этот риторический вопрос. Действительно, всегда при проведении таких следственных действий их поиском занимались или участковый, или оперуполномоченный уголовного розыска.

Мельком взглянув на угнанный пикап, Лёнька пошёл в ближайшие дома опросить местных жителей, не видел ли и не слышал ли кто-нибудь и что-нибудь, а заодно и пригласить понятых. Любопытная старушка из квартиры, чьи окна выходили как раз в переулок, где стоял брошенный автомобиль, засыпала его вопросами: что случилось, и почему приехала милиция. Сама она всю ночь крепко спала. Но создавая интригу, опер слукавил:

– Сейчас следователь и эксперт будут осматривать машину. Не знаем, кто в кузове.

– Возможно, убили кого-нибудь и спрятали туда?

– Всё может быть. А Вы хотите посмотреть?

– Конечно.

– Пойдёмте, будете присутствовать и всё увидите.

Леонид понял, что местной жительнице было очень интересно, но что-то еще сдерживало.

– Может еще кого-то пригласить, чтобы Вам не скучно было?

– А разве можно?

– Да.

– Я сейчас схожу к соседке, позову её, и мы вместе придём.

И уже через несколько минут две пожилые женщины в повязанных по-старушечьи платочках топтались около «каблучка», с нетерпением дожидаясь, когда же, наконец, стражи порядка будут открывать эту чёртову машину. Глядя на их суетливость, опер в душе улыбался, представляя их будущее разочарование.

В надежде установить свидетелей, которые могли бы видеть, кто и когда бросил в переулке транспортное средство, сыщик продолжил подворный обход. Жительница одного из домов рассказала, что её муж под утро слышал, как кто-то хлопал автомобильными дверьми. Леонид записал данные мужчины. Но больше никто из жителей ничего не видел.

Оперуполномоченный решил по спидометру определить, сколько километров за ночь наездили угонщики. Для этого он хотел воспользоваться помощью водителя. Но тот заявил, что не помнит, какие показания были накануне вечером, а в путевой лист он их не вписал. Путёвка действительно была найдена в бардачке и оказалась незаполненной. Вспомнить, сколько километров, хотя бы примерно, за предыдущий день было им накатано, шофёр демонстративно не желал. Мужчина вообще вёл себя очень странно. Он с явным нежеланием отвечал на вопросы сотрудников милиции. Объяснение его такому поведению нашлось, когда подписывая протокол, тот вынул из карманов руки, на которых «красовались» тюремные татуировки. Сыщик стал внимательно вглядываться в них, пытаясь определить криминальное прошлое водилы, который, поймав пристальный взгляд опера, быстро спрятал их вновь в карманы. Но оперуполномоченный успел разглядеть одну из наколок. Это была «загубленная молодость», означавшая, что её обладатель попал в колонию и отбывал там наказание в юности.

Несмотря на все попытки бывшего уголовника дистанцироваться, ему пришлось отвечать на вопросы сыщика.

– А где вы Тихонова-то потеряли?– шутливо поинтересовался Леонид у эксперта Игоря, который слегка скосив глаза в сторону водителя, тихо ответил:

– Пошёл кого-то проверять.

Этот жест оперуполномоченный понял правильно: другие члены опергруппы тоже догадались, что водитель ранее судим, и они ему не очень доверяли, поэтому вести в его присутствии какие-то служебные разговоры желанием не горели.

«Даже если я рассчитаю пробег, который накатали за ночь угонщики, в поиске их это мало поможет,– решил оперативник.– Ведь они могли «гонять» как по близлежащим улицам, так и выехать за пределы города на трассу. И пробег по спидометру может мало отличаться». Дилемма возникла с определением количества злодеев. Замок задней двери пикапа был повреждён, а внутри кузова находился свежий мусор, грязь, трава и небольшие лужицы воды, что свидетельствовало о том, что здесь что-то перевозили или кто-то ездил. Еще в момент осмотра автомобиля сразу после вскрытия дверцы кузова, сыщик почувствовал лёгкий специфический запах болотины. Но это ощущение быстро прошло. От конкретного ответа, что перевозилось в последние несколько дней в «каблучке», водитель уклонился, сославшись на широкий ассортимент грузов. В голове сыщика возникла версия, что пикап был угнан группой лиц с целью прокатиться или, как вариант, выехать на природу и покупаться. Отсюда и такой запашок в салоне. Поэтому Антон Тихонов и бросился проверять на причастность к угону, вероятно, местную молодёжь.

Закончив с осмотром и подворным обходом, оперуполномоченный поспешил в контору организации, которой принадлежало транспортное средство, надеясь там получить какие-нибудь сведения, которые помогли бы в розыске угонщиков. Её руководителем оказалась элегантная женщина лет сорока, как говорят в народе, «вся в золоте»: на руках дорогие перстни с драгоценными камнями, в ушах такие же серьги, на шее цепочки, во рту поблёскивали коронки из желтого металла, явно не из латуни. Леонид высказал ей свои недовольства по поводу поведения её работника, который определённо саботировал помощь сотрудникам милиции в поисках злодеев, угнавших автомобиль из гаража их предприятия. Реакция директора опера немного удивила: она откровенно встала на его защиту, отказываясь признать допущенные им нарушения при оформлении путевого листа. Но беседа с главным бухгалтером, к которой Леонид зашёл, чтобы посмотреть интересуемые его документы, расставила все точки над «и». Сотрудники бухгалтерии тоже были не в восторге от поведения Марченко, это была фамилия водителя. По их недомолвкам сыщик догадался, что водителя и директора облпотребсоюза связывают не только служебные отношения. Но с совершением преступления это никак не было связано, поэтому эту тему опер оставил в стороне.

Возвратившись в свой служебный кабинет, Леонид стал заниматься работой с документами, дожидаясь, когда вернётся Тихонов, чтобы узнать результаты его поисков и обсудить с ним свои мысли.

Тот действительно проверял на причастность к совершению преступления известных ему пацанов, которые тусуются в этом районе. Но его действия результатов не принесли.

ЧП городского масштаба

Вечером, направляясь домой, у входа в здание ГОВД Леонид обратил внимание на двух постовых милиционеров, которых он практически не знал, поэтому прошёл, даже не здороваясь. Развод по постам у них был уже несколько часов назад, и поэтому то, что они сейчас здесь бессмысленно болтаются с каким-то отрешенным видом, было необычным. Но проскочив мимо них, сыщик не придал этому никакого особого значения.

Прошло совсем немного времени, как уставший после трудового дня сыщик зашёл в квартиру и успел переодеться, когда раздался телефонный звонок.

– Снова здрасьте, Николай Петрович, – пытался пошутить Леонид, услышав голос дежурного, который, как догадался он, ничего хорошего ему не предвещал.

– Лёнь. Нам не до шуток. У нас ЧП. Подробности по телефону не буду объяснять. Приходи срочно. Всё узнаешь.

И уже через несколько минут старший оперуполномоченный уголовного розыска подходил к отделу милиции, где у входа всё также топтались знакомые уже два сержанта. Оперативник сразу же прошёл к дежурному, который без промедления начал повествование.

– Ты, когда сейчас заходил в отдел, видел вон тех двоих у входа?

Леонид молча кивнул головой.

– Так вот. Часа полтора-два назад они прибежали с поста, с площади. Оба перепуганные. Вызвали меня в коридор: здесь было много посторонних. Стали рассказывать, что около Плесских дворов они заметили драку, в которой участвовали несколько человек. Побежали к месту побоища. Заметив бегущих ментов, четверо бросились наутёк вдоль дамбы в сторону Волги. На земле остались лежать двое, оба в крови, один из которых очнулся и встал на ноги, а второй лежал без движения. Потормошили его, никаких признаков жизни не подаёт, подумали, что убитый. Милиционеры бросились вдогонку за убегавшими, которые, подбежав к реке, сели в лодку и уехали. Наши бойцы, недолго думая, им вслед несколько раз пальнули. Хулиганы на моторке рванули к заволжскому берегу. Парни возвращаются к месту, где была драка. А там никого нет!.. Я их посадил писать рапорта. А примерно полчаса-час назад дежурный из Зареченска по рации сообщает: «У нас на берегу лодка, в которой два с огнестрелом, один из них труп». Они у себя подняли следователя прокуратуры, эксперта, проводят осмотр. Потом труп привезут на судмедэкспертизу. У нас сейчас собрались в кабинете начальника всё наше руководство, прокурор и следователь Горохов. Сказали: тебя поднять. Да, чуть не забыл: постовые утверждают, что того, который оклемался, они видели раньше, то есть узнают. Я сейчас доложу, что ты пришёл. Хочешь – поговори с виновниками, но они никуда не денутся. С поста их сняли, оружие они сдали. Или иди прямо к руководству.

– Петрович, я, наверное, перед начальством нарисуюсь. Что они скажут? Ты пока позвони, что я явился.

– Вызывают тебя к себе, – сообщил дежурный после разговора с начальником.

По пути Леонид подошёл к стоявшим у входа милиционерам и, быстро познакомившись с ними, сказал:

– Я сейчас иду к руководителям. Потом поговорим с вами. Будьте здесь, никуда не уходите.