звёздной не хлебну окрошки.
«Мы все мечтаем о морях…»
Мы все мечтаем о морях,
но далеко не все выносят качку,
и лишь немногие не тонут в сильный шторм —
великие пловцы!
Мы все мечтаем о морях,
как будто есть моря иные, чем жизнь,
иные волны и иные дали,
и там иначе манят миражи,
и там, должно быть, веселей тошнит,
и там иначе жажда сушит мозг
и по-иному заставит вздрогнуть
хриплый крик: «Земля!»
«Вот мы и встретились… и года не прошло…»
Вот мы и встретились… и года не прошло.
Сначала я забыть тебя старался,
затем своей свободой наслаждался,
потом вдруг заскучал
и стал перебирать неспешно
воспоминаний чётки – слов и встреч…
И чем усерднее я этим занимался,
тем очевидней становилось мне,
что вновь азарт слепой меня подвёл,
что потерял я больше, чем обрёл…
И вот я написал письмо, и получил ответ,
И – вот мы встретились.
В твоих глазах я прочитал вопрос…
единоличный властелин страны,
где ты не захотела быть царицей.
Тогда страна имела неприглядный вид,
был ураган, и рушились постройки,
и реки, вспенившись, рвались из берегов,
и жители страны, мои друзья,
у дамб и насыпей трудились неустанно,
стараясь удержать напор стихии…
И – победили. Ураган иссяк.
Мы вновь отстроились, мы укрепили дамбы,
и – вновь теперь цветёт моя страна.
В твоих глазах я прочитал вопрос,
и, угадав его сокрытый, тайный смысл,
я в лицах разыграл толпу наивных малых,
к тому же не умеющих читать,
перед листком с словами приговора,
где каждому из них наутро – смерть…
Но ураган прошёл… кругом такая тишь…
Моей игры хватило ненадолго.
Как бабочка, вспорхнувшая с цветка,
уносит часть цветка – пыльцу – с собою,
так и твоя неловкая улыбка
у моего спокойствия частицу похитила…
Но это лишь игра… случайный ветерок.
И нет тут мощи прежней урагана.
А жаль… неправда ли?
А жаль…
Проза
Искусство рассказа
У А. Тарковского в фильме «Жертвоприношение» главный герой по имени Александр имеет пристрастие к японской культуре и слушает японскую музыку, она звучит в фильме, эта музыка мне запомнилась… Скупые выразительные звуки – флейта, струнные инструменты, очень скупо и выразительно… Тогда же подумалось: хорошо бы такое у себя завести, да где ж возьмёшь, ты не Тарковский…
А почему понравилось – не знаю.
Может быть, в предыдущей инкарнации японцем был?
Так нет же, голландцем был, если верить контактёру, я об этом рассказывал… двенадцать воплощений на земле, последнее – в Голландии, во время Великого посольства, как раз при Петре Алексеевиче… Впрочем, голландцы народ морской (а был же капитаном флота – военного и торгового, мог и в Японии бывать, кстати… почему нет?)
В общем, счастливый миг, всё совпало: я вдруг понял, что книга готова, всё сошлось, триста с лишним страниц выстроились, больше ничего не надо доделывать, с мелочами возиться можно бесконечно, а я и так устал… Позади не то что шесть месяцев… годы труда позади… В новостной ленте попалась запись именно японской музыки, я её тут же к себе в избранное загрузил.
Да, редкий миг, счастливый миг.
Сижу как самурай, с неподвижным, невозмутимым, загадочным самурайским лицом сфинкса, исполненного чувством полноты и совершенства бытия, и слушаю японскую флейту.
Редкий миг, счастливый миг.
