Александр Ладович – Мономах. Сильный духом (страница 12)
Неожиданно всю эту умиротворенную картину нарушил пронзительный лай. Одна из снежинок-великанов потревожила сон будущего грозного стража. Она села на нос спящему, совсем крошечному деревенскому щенку. Маленький, огненно-рыжий пушистый комочек решил тут же проучить летающие непонятные хлопья и покусать каждого из них. Оглушая самого себя звонким лаем, переходящим в писк, он изо всех своих крошечных лап взялся гоняться за снежинками. На мгновение останавливаясь, звонкий пушистик резко тряс головой и восстанавливал слуховой баланс – одно его ухо торчало, взмывая в морозную высь, другое висело плетью. Навострив оба уха, он тут же наклонял голову вперед и бросался в атаку на очередную снежинку. Было видно, что огненно-рыжий страж настроен серьезно. И если он не покусает нарушителей спокойствия, то как минимум постарается забодать, как это делает его сосед, такой же несмышленыш, маленький бычок. Точку в этой битве быстро и однозначно поставила огромная хмурая мать щенка-беглеца. Стоя у своей будки-домика, мгновенно оценив все происходящее, она, чуть заметно неодобрительно качнув головой, подозвала свое дитя. Не имея права ослушаться свою мать, щенок был вынужден оставить свой поединок и, виляя малюсеньким хвостиком, приблизился к своей насупившейся маме. Взрослая собака бережно прикусила за хвостик своего ребенка-непоседу и затащила в теплую будку-домик.
Владимир и вся его дружная семья от всей души посмеялись.
Чуть позже, вспоминая историю с несмышленым щенком, Владимир задумался о схожести случившегося с жизнью людей. Бывает все солнечно и безмятежно, ничего не предвещает беды. И вдруг один несмышленый человек – не потому, что он от рождения мал, а потому, что ничтожно мала его любовь к другим людям, крошечно малы его совесть и моральные ценности… Этот несмышленыш может совершенно неожиданно для других людей перевернуть все с ног на голову, и если не окажется рядом разумного человека и сразу же не поставят нарушителя спокойствия на место, то он может много дел натворить. К сожалению, в жизни людей редко такие истории оказываются веселыми и счастливыми.
Прибыли в Смоленск. Жители города радушно встретили своего нового князя. Слава о делах человеческих всегда летит далеко впереди своего героя. Если добрые дела человек творит, то имя его добрым словом прославляется в народе, если же зло сеет человек, то, какими бы льстивыми речами ни старался вкрасться в душу, все равно будет злодеем наречен. Так и с молодым князем Владимиром Мономахом. Задолго до его прибытия жители Смоленска получили известие, что идет к ним князь с большим любящим сердцем и открытой душой. Возраст в этом случае совсем не играет никакой роли.
Бурлящий жизнью Смоленск уже был знаком Владимиру. Год назад князь покинул этот город, чтобы встать на защиту западных рубежей Руси во Владимире-Волынском. Тогда было все иначе: и время неспокойное, и молодого князя отправляли в Смоленск явно на короткий период времени до прояснения обстановки. Сейчас же Мономах, его дружина и жители Смоленска были настроены на долгое, основательное и благополучное княжение Владимира в этом городе.
Сразу по прибытии любознательный молодой князь взялся разбираться во всех тонкостях жизни местного населения. Строгому, но справедливому суду были преданы все обидчики и нарушители прав людей. Каждый желающий мог в любой день обратиться к князю за помощью и защитой. Днем Мономах никогда не сидел дома и лишь вечерами читал книги из богатой отцовской библиотеки. Владимир пешком ходил по городу и общался с людьми, совершал конные прогулки вокруг Смоленска, нередко один садился в лодку и сплавлялся куда-нибудь по Днепру. Эти прогулки были не забавой, а повседневной деятельностью. Осматривая предместья города, он проверял боевые укрепления, тут же давал распоряжения, если нужно было что-то обновить или исправить.
Владимир хорошо понимал, что жизнь населения Смоленска сильно отличается от жизни простых людей в отдаленных деревнях и весях. Поэтому он часто совершал длительные конные поездки и сплавы по рекам своего княжества.
Нередко, выезжая из города, Мономах снимал с себя богатую княжескую одежду, надевал грубую рубаху смерда, садился на худенькую лошадку без седла и сбруи и так один, без сопровождения, уезжал в какую-нибудь деревушку. Добравшись до отдаленной веси, он подходил к самой скромной избе, перекрестившись, желал здравия хозяевам этого дома, просил у них попить колодезной водицы и, представившись странником, спрашивал, чем бы он мог помочь этим людям. С одними вставал за плуг, пахал поля и сеял хлеб, у других брал косу и помогал заготавливать сено, с третьими шел в лес и рубил дрова. Так могло пройти несколько дней. Близкие князю люди в городе уже начинали беспокоиться о нем, а Мономах совершенно счастливый возвращался домой босиком, с горбушкой хлеба и крынкой молока. На вопросы, что случилось, почему он пешком и босой, Владимир, сияющий от счастья, отвечал, что отдал радушным хозяевам и лошаденку свою, и обувь. А жители тех отдаленных сел и деревень так никогда и не узнавали, кто был этот добрый и щедрый путник. Так Мономах открывал для себя много нового о жизни и быте простых людей, живущих в глубинках Русской земли.
На Руси воцарилась долгожданная тишина. В трудах и заботах спокойно и размеренно шло время у смоленского князя Владимира Мономаха. Летом того же 1070 года пришла радостная весть из родного Переяславля. У князя Всеволода Ярославича и его жены Анны родился сын Ростислав. По случаю этого события отец звал в гости своего старшего сына Владимира. Мономах был счастлив. Оставив в Смоленске старшим по хозяйственным делам Лучезара, а Ставру доверив свою любимую дружину, сам Владимир в сопровождении Ратибора поехал к отцу в Переяславль.
Меньше месяца Владимир гостил у отца в родном Переяславле и с приближением осени вернулся в Смоленск. За время его отсутствия Владимир регулярно получал вести от верных Лучезара и Ставра о том, что в Смоленском княжестве все в порядке и ему не о чем беспокоиться. Тем не менее Мономаху быстро наскучила праздная жизнь, и он, как рачительный хозяин, вернулся в свой новый дом – Смоленск.
Зимой пришел он сюда на княжение. При его непосредственном участии прошла посевная, на его глазах цвел и колосился будущий урожай. Пришло время помочь людям собрать этот урожай, чтобы со спокойной душой встретить и провести зиму. Скоро сам Владимир и жители всего его княжества могли подвести итоги первого года его правления. Мономах был доволен. В его новом доме царили тишина и спокойствие. Жители Смоленска, смоленских сел, деревень и весей тоже были довольны прошедшим годом и своим молодым, не по годам мудрым и заботливым князем Владимиром Мономахом. Между князем и жителями вверенного ему в управление удела быстро наступила столь важная и ценная гармония.
Пришла весна 1071 года. Днепр освободился от ледяных оков. Вереницы торговых караванов потянулись с севера на юг и с юга на север. Жизнь вокруг закипела с новой силой. Очередные гонцы из Переяславля принесли добрую весть: у Всеволода Ярославича и Анны родилась дочь – Евпраксия. Снова переяславский князь Всеволод звал своего старшего сына в гости на торжества по случаю рождения дочери. Владимир, как и в прошлом году, распределив обязанности на время своего отсутствия в Смоленске, с радостью поехал в Переяславль. Пробыв у отца около недели, Мономах спешил вернуться в свой удел. Владимир торопился к посевной страде, к купеческим караванам, стараясь не упустить благополучное начало трудового года, чтобы наступивший год такие же благие плоды принес всему Смоленскому княжеству, как и прошедший.
Все ладилось у молодого энергичного князя. Все в его руках и под его присмотром преображалось. Целый год пролетел как один день. Мономах стал привыкать к своему новому дому, а жители Смоленска прониклись любовью и уважением к своему князю.
Счастье и тишину нарушили поганые ляхи. Не хотели они наживать добро честным трудом, несвойственно им было растить хлеб своими руками и проливать пот под палящим солнцем. Сколько волка ни корми, все равно в лес смотрит. Так и поляки. Мало им было поживиться награбленным добром у киевлян в 1069 году, проели, прогуляли, и снова хищничать. Осенью 1071 года они саранчой прошли по всей Владимиро-Волынской земле. Жгли и грабили. Многострадальная Берестейская крепость не успела восстать из пепла, как ее снова предали огню. Знакомые Мономаху Сутейск и Владимир-Волынский тоже теперь в руинах. Недолго была тишина на Руси.
После этих новостей жители Смоленска не удивились, увидев у себя в городе гонца из Киева. Великий князь Изяслав Ярославич, посоветовавшись со своими братьями, черниговским князем Святославом Ярославичем и отцом Мономаха, переяславским князем Всеволодом Ярославичем, решил отправить во Владимир-Волынский княжить и оберегать западные границы Руси от ляхов смелого, решительного и рассудительного Владимира Мономаха.
И снова плуг хлебопашца сменяли доспехи, и снова дорога, тревога, опасная даль.
Собирались основательно. На дворе была зима, идти нужно было в руины. В этот раз Владимир Мономах вел за собой помимо боевой дружины целую армию кузнецов, лесорубов, плотников и прочих дел мастеров. С князем шел большой обоз. Мономаху предстояло не просто прийти и начать править в другом городе, ему нужно было возродить из пепла всю западную границу Руси.