Александр Курников – ПРЕДЕЛ (страница 1)

Александр Курников

ПРЕДЕЛ

Привалившись спиной к дереву, я медленно сполз на землю цепляясь руками за шершавую кору стараясь не напрягать распаханное бедро. Ни кожаный ремень, ни тугая перевязка не могли полностью остановить кровотечение, в ране периодически что-то хлюпало, дёргало, сочилось и идти само-собой я дальше попросту уже не мог левая нога, совершенно не слушаясь, и временами так шарахала болью, что хотелось выть.

– С-сука. – Выдохнул я сквозь зубы, когда, не удержавшись грохнулся на задницу и получив такой жуткий взрыв боли, что от злости долбанул несколько раз самодельным костылём по земле и хорошенько приложился затылком о ствол. От бессилия и злобы на самого себя хотелось выть, а от того что я такой невезучий раздолбай разбить себе башку о ближайший валун. Мозгами я понимаю, жалеть себя последнее дело. Как только поддашься слабости, размажешь сопли по роже, поплачешься сам себе в жилетку, пожалишься на свою злую судьбинушку всё! Хана! Считай ты уже не боец, а в этом про́клятом Трёхклинье означает что ты уж точно не жилец. Да и не только в Трёхклинье, много где ещё нельзя показывать свою слабость. Слабость вообще не стоит проявлять. Нельзя. Например, не стоит показывать, что тебе больно, это слабость. А для меня это…. Для меня человек без слабости не человек. Может быть это слишком категорично, но на мой взгляд только тот, кто сам чувствует боль не будет причинять её другим походя. Ну это сугубо моё мнение.

Я задрал голову вверх и уставился в серое небо. Оно тут всегда такое. Солнце редкий гость в наших краях оттого и люди здесь, наверное, со временем становятся хмурыми и неприветливыми не все конечно, но заметное большинство. Аборигены, я имею ввиду конкретно тех, кто родились в данной местности, а не пришлые вроде нас и не тех, кому посчастливилось уродиться в других частях здешнего мира, вот они точно бирюки, затворники и нелюдимы. Практически поголовно. Может я и преувеличиваю, но в подростковом возрасте мне удалось побывать в центральных провинциях герцогства Немелот и многих других землях Стазиса и на сколько помню, люди там куда более улыбчивые и приветливые. Счастливые были денёчки, я даже не особо пожалел, что перенёсся туда со своей родной Земли. К вопросу как это так вышло, зачем и надолго ли я, четырнадцатилетний подросток, и во всех смыслах домашний мальчик сюда попал, старался не возвращаться, чему неукоснительно следую до сих пор. Знаю я некоторых товарищей долго голову ломавших над этим вопросом и в конце концов, сломавших себе жизнь.

Вздохнув поглубже я потихоньку вытащил из чехла шкуросъём и взрезал холстяные бинты на ноге. Дальше будет больнее, куда как больнее. Поэтому достав из поясного кошеля пузырёк с заморозкой, я вылил половину на рану и присохшие тряпки. Не будешь же шить вместе с ними? Да и вообще починка штанов не входит в мои ближайшие планы. Остатки снадобья отправил в рот, чтобы хоть как-то притупить боль. Жаль сидр свой потерял, точнее бросил, а там столько всего было…, не мучился бы сейчас. Да чего жаловаться, я там много чего и…, кого…, бросил. Честно сказать лучше бы сам там остался, хотя вчера так не считал, вчера я выжить пытался, а сегодня очко играет, хотя вся вина моя только из недогляда за шибко невезучей парой и состоит. Туристы мать их. Я невольно обернулся туда откуда прихромал и сглотнув вязкую слюну рванул подсохшие по краям бинты.

– У-у, бля-а-а. – Тихо завыл я и глянув на дело рук своих беззвучно выматерился. Орать в голос было пока ещё опасно. Естественно, не сам я себе ногу распахал, это жучара постарался, Рогач в простонародье именуемый, по-научному будет Скафар. В холке метр с лишком, если у жука переростка она вообще есть. Длинной сея тварь все два метра и это, не считая бритвенно острых шипастых рогов тоже не малой длинны, которыми он запросто тридцатилетний дубок перекусит. Прёт это членистоногое по пересечённой местности похлеще танка, овраги, каменные осыпи, древесные завалы ему всё ни почём, даже болота преодолевать может только что не летает и по отрицательным поверхностям не носится. Поддавались бы они дрессировке, цены б им не было, ведь это почти идеальное транспортное средство для здешних земель, броня, рога, проходимость, выносливость, скорость. Хорошо, что их в Трёхклинье мало.

Глянув на свою ногу, снова сунул руку в поясной кошель за скобами. Мелочёвку, особенно из драгметаллов предпочитаю таскать как можно ближе к телу, в данном случае и как медицинский инструмент подходит и как платёжное средство практически не заменимо. Серебро оно и в Африке серебро. М-да. Где та Африка, глянуть бы хоть разок. А то ведь я даже в Египте не был ни разу, про Марокко вообще молчу. Про Зимбабве даже не вспоминаю. А есть ли вообще такая страна? Давно земных атласов не видел.

Посмотрев в перепачканную кровью ладонь, насчитал там восемь скоб с зажимами и аккуратно загнутыми краями, ну чтобы при сжатии они шкуру мою не портили. В принципе должно хватить, если слишком часто не ставить. Вот ещё бы руки так не тряслись, совсем здорово было.

Я прикрыл глаза стараясь унять дрожь в руках, пару раз глубоко вздохнул и принялся за дело. Как это было? Технически не сложно, свёл края раны, надел скобу, закрепил её зажимом всё! Однако попробуйте это проделать трясущимися и скользкими от крови руками. А боль, что боль, всё вытерпеть можно, особенно с заморозкой. Наши зельевары иногда просто чудеса творят со своими эликсирами, снадобьями и припарками, жалко, что нет в их зельях стабильности. Иной раз их изделия мёртвого могут на ноги поднять, образно конечно, а иногда от пустячной раны можно загнуться, при этом использовав вроде бы надёжное и не раз проверенное средство. И это практически никак от самого мастера не зависит. Один и тот же человек может и туфту гнать и чудеса творить. Что тому виной никто не знает. Лотерея блин. Впрочем, есть различие, у реальных мастеров процент брака чуть-чуть ниже чем у нереальных.

Однако чую скоро откат начнётся, надо хотя бы ещё пару километров пройти и место для лёжки подыскать пока заморозка действует, а то обезножу и свалюсь, если вообще не отрублюсь наглухо. Тогда берите меня тёпленького все, кому не лень, а не лень тут, извиняюсь за тавтологию всем, от летающих тварей небесных, до живущих во влажном мраке земли. Фауна тут на удивление плотоядна, Ота́рман Гот как ни как. Почти ПРЕДЕЛ. И часть его наше маленькое Трёхклинье. Пятьсот км в поперечнике и с сотню в глубину, не считая этих самых клиньев, а дальше? А дальше запределье, Чумные Земли, где неподготовленному человеку ни за что не выжить. Вот и мои туристы не выжили и никого волновать не будет почему, а ведь мы даже близко к Пределу не подходили. Ну что тут сказать? Моя вина, мой недогляд, и отвечать мне, как бы и что там ни произошло, это никого волновать не будет. Я и так давно по краешку хожу, не доверяют мне. Не верят. Не первый случай типа, а разве я виноват? И как теперь быть? Из артели меня выпнут как пить дать, да честно сказать я и сам оттуда давно хотел лыжи смазать, но думаю старшины на этом не успокоятся. Потерять подопечных это шухер на всю округу и удар по репутации самой артели да и вообще чумных бродяг. Не пугайтесь, чумой из нас никто и никогда не болел, просто так называют тех, кто частенько ходит за Предел в Чумные Земли в коих подхватить какую бы то ни было заразу проще простого оттого и название такое не слишком приятное. А так мы как никто другой за собой следим и чистоплотней нас, пожалуй, только кошки. Или коты.

– Репутация мля. – Выдохнул я, и снова держась за дерево попробовал подняться. Получилось со второй попытки, но ити её мать забыл на земле костыль, а наклоняться мне врачи не рекомендовали. Уж больно ногу тянет падла.

Потоптавшись на одной ноге секунд десять, я таки подобрал свою «запасную ногу» и громко кряхтя и стеная, поковылял, стараясь выбирать дорожку поровнее. Ну, хотя бы без поваленных деревьев. Само-собой троп тут никто не натоптал, и каждый из пешеходов топает как ему вздумается, естественно выбирая наиболее безопасный путь. Слава Богу, или кто тут за него, от погони я кажется сумел оторваться, драпал естественно на морально волевых, а точнее пребывая в немалом шоке, но всё когда-нибудь заканчивается и шок, и погоня, и силы. Теперь придётся искать нору и отлёживаться хрен его знает сколько времени. Была тут вроде недалече скала с защищённой террасой, но как туда с одной ногой подняться, ума не приложу.

Вообще северо-запад Ота́рман Гота это по большей своей части невеликие рассыпающиеся от старости горушки, иногда густо покрытые лесом, которые перемежаются с маленькими, не редко заболоченными долинами. Есть тут ещё пара речушек, берущих своё начало у подножия самой высокой горы с гордым названием Теоранн, и имея две здоровые ноги перемахнуть эти водные потоки можно практически не заметив. Не мой случай конечно, но я уж как-нибудь справлюсь. Самая главная проблема – это местная фауна, как я уже говорил весьма плотоядная. При чём медведи и волки далеко не на вершине местной пищевой цепочки, а вот и́бры, плотоядные кабаны в холке достигающие двух, двух с половиной метров с полуметровыми клыками и весом под две тонны или бу́га который больше похож на нашего тура, только без меха и раза в два этого самого тура крупнее, эти зверюги уже не так далеко от пьедестала. Страшнее и опасней сиих гигантов местной фауны мерзкие скаллы это абсолютно лысые, прямоходящие ящеры ростом с человека. Они на редкость сообразительны, и им, к моей радости хватает мозгов с нами, людьми, не связываться ну…, без крайней на то необходимости. Но самое отвратительное это то, что привычка убивать у них больше похожа на пытки. Они кромсают жертву по частям, начина обычно с конечностей. Ногу прокусить, пальцы оттяпать, рёбра рвануть, всё что угодно делают, только сразу не убивают. Однако как бы там ни было скаллы хорошо если в первую десятку входят в моём личном рейтинге опасных хищников, но мне как-то от этого не легче, ведь именно парочка этих коричнево-зелёных садистов сейчас топала за мной по пятам. Точнее было сказать топала за мной последние несколько часов. Они конечно не стайеры и затяжные погони не слишком-то любят, но как вы понимаете, и я сейчас далеко не ходок.