Александр Кулешов – Шесть городов пяти континентов (страница 28)
Обычно «сезон восхождения» на Фудзияму длится три месяца, начиная с 1 июня. На пути к вершине разбросаны небольшие поселения, «станции», гостиницы…
На склонах Фудзиямы находится заповедник, где насчитывается более 1200 видов различных древесных и травянистых растений. Здесь, например, можно увидеть вишни и абрикосы, персики и камфарные деревья, ели и березы, пальмы, бамбук и папоротник…
С вершины открывается чудесный вид на серебристые озера, на синеющий вдали океан, на долины и города. А на вершине Фудзиямы находится кратер, дно которого имеет диаметр около семидесяти метров.
Да, немало красивых пейзажей можно увидеть вокруг Токио… Япония, несмотря на свои малые размеры, одна из самых красивых и разнообразных по ландшафтам стран, которые мне приходилось видеть. Это страна изумительных пейзажей — гор, лесов, лугов, побережий и бухт. И в то же время чудовищно огромных городов, гигантских агломераций, шумных, перенаселенных, сверкающих миллионами огней по ночам и утопающих в дыму днем. Страна музейных красот, древнейших традиций и одновременно могучей экономики, самой современной техники.
Промышленный Токио
Я уже упоминал о тесной связи урбанизации и концентрации промышленности, но, чтобы яснее представить себе, чем объясняется современный промышленный облик Токио, скажу об основных факторах, способствовавших столь бурному развитию города.
Чем же руководствовались заправилы дзайбацу, правительственные чиновники и тысячи средних и мелких предпринимателей, когда принимали решение вложить капиталы в реконструкцию старых или строительство новых фабрик и заводов? Что толкало их на это?
Во-первых, их притягивало, конечно, столичное положение Токио. Это привлекало еще ремесленников раннего средневековья, но теперь столица — это в первую очередь не императорский или королевский двор, а важное сосредоточение власти и информации. Причем власть не облачается в пышные придворные наряды, а носит строгие костюмы крупных служащих банковских и других кредитных учреждений — и частных, и, что еще важнее, государственных. В эпоху монополистического капитала сращивание с государственным аппаратом зашло настолько далеко, что от ссуд и гарантий государственного банка зависят не только мелкие фирмы, но и крупнейшие дзайбацу с оборотом в миллиарды иен.
Во-вторых, тоже по традиции, сыграло свою роль приморское положение города. Не останавливаясь перед крупными инвестициями, японские промышленники с помощью государства осушили большие участки мелководья и болот на восточном берегу Токийского залива. На осушенной территории были построены мощная теплоэлектроцентраль, нефтехимические и металлургические комбинаты, реконструированы старые порты и сооружаются новые, такие, как, например, большой порт Касима.
В-третьих, Токио (что связано и с его столичным положением) крупный научный и культурный центр. Средоточие научных, проектных и учебных институтов служит важной предпосылкой, а нередко и необходимым условием для развития многих новейших отраслей токийской промышленности.
В-четвертых, сама многолюдность Токио и пригородов, постоянный поток переселенцев с Запада создают надежные резервы рабочей силы, промышленникам не надо тратить крупные средства на завоз, устройство и обучение рабочих. При общей высокой квалификации японских рабочих токийцы выделяются и среди них по культурному и профессиональному уровню.
На пятом месте стоит более сложный фактор, который в специальной литературе называют «выгодами агломерации». Чем больше предприятий в каком-либо городе, тем он выгоднее для капиталиста, желающего вложить строго необходимый минимум капитала. Выгоды агломерации для индивидуального капиталиста или компании двояки. С одной стороны, можно использовать уже действующие транспортные и энергетические системы — дороги и линии электропередач, водоснабжение и канализацию, то, что называют производственной инфраструктурой и что необходимо для любого промышленного предприятия. С другой стороны, ему легче найти по соседству смежников, поставщиков сырья и потребителей продукции, то есть наладить производственную и снабженческо-сбытовую кооперацию в сочетании с другими производствами.
Но именно бесконтрольное и стихийное использование выгод агломерации и ведет к созданию мегалополисов и делает невозможным при капитализме пропорциональное развитие районов.
Гигантская агломерация Токио и глубоководный мощный порт Иокогама составляют единый хозяйственный комплекс под названием Кейхин. А к Иокогаме с населением в два миллиона человек в свою очередь «прирос» Кавасаки, тоже крупный промышленный центр. И все это образует ядро важнейшего экономического района страны — Канто.
В Токио тысячи предприятий. Если до первой мировой войны основными были предприятия легкой промышленности, то накануне войны стала преобладать тяжелая, в первую очередь машиностроительная, металлообрабатывающая и химическая промышленность. Во время войны стали развиваться станкостроение, автостроение, индустрия точных приборов, электротехническая промышленность, судостроение и паровозостроение. Причем если тяжелая промышленность подвергается все большей концентрации, то предприятия легкой, наоборот, очень распылены.
Большая часть токийских промышленных предприятий, особенно машиностроительных, находится в южной части города. Они протянулись вдоль Токийского залива в сторону Иокогамы. На восточной окраине разместились химические и металлургические заводы, текстильные фабрики, на северо-западной окраине — химические заводы. Размещение предприятий диктуется близостью к транспортным средствам, прежде всего к океану, рекам, каналам (последние имеют в городе густую сеть). Ввоз в город превышает вывоз. Ввозится сырье, вывозится готовая продукция.
Токио — крупнейший потребительский и торгово-распределительный центр. В городе находятся самые большие в стране банки, биржи, правления дзайбацу, внешнеторговые организации и т. д. Это главный финансовый центр Японии.
Япония по уровню производства вышла на второе место в капиталистическом мире после США. Уже в 1961 году производство стали в Японии обогнало аналогичный показатель в Англии и даже ФРГ и достигло в 1969 году 86 миллионов тонн.
Япония занимает первое место в мире по судостроению. По производству фотоаппаратов, электронно-вычислительных машин, автомобилей, телевизоров, цемента, резины, пряжи, нефтехимических продуктов Япония вышла на второе место.
В Японии «распущенные» после войны, но фактически процветающие дзайбацу захватывают все больше власти. Если верить американскому журналу «Форчун», в списке ста крупнейших в капиталистическом мире неамериканских предприятий числится 22 западногерманских, 20 английских и 14 японских.
Если в 1959 году в Японии было лишь четыре предприятия, оборот которых составлял 100 миллиардов иен, то теперь таких предприятий в несколько раз больше и оборот их составляет не одну сотню миллиардов иен. Ежегодно их число растет, свидетельствуя о дальнейшей концентрации японской промышленности. Только за 1968 год произошло слияние 1020 крупных химических, текстильных, машиностроительных компаний. К концу 1969 года слились еще 650 компаний, в том числе крупнейшие сталелитейные.
Бедные «распущенные» дзайбацу! В 1968 году их доходы увеличились на 25,2 % по сравнению с предыдущим годом. Отличительной чертой японской экономики является ее быстрый рост. За второе послевоенное десятилетие рост производства вырос более чем на 9 %, за 1968/69 финансовый год— на 14 %. За последние годы вдвое увеличилось производство стали, железа, машин. Япония вышла на седьмое место по производству алюминия, приобретая руду в Индонезии и Малайзии.
Все больше в мире городов, на улицах которых появляются аккуратные и быстрые японские автомобили, например «тойота» или «мазда», над созданием которых трудится 17 тысяч инженеров, ученых, конструкторов, техников. Ежегодный выпуск автомобилей давно перевалил за миллион, и Япония по производству автомобилей вышла на пятое место в мире.
Четвертое место в мире занимает японская химическая промышленность. Огромный скачок сделала промышленность часовая. Широко известны стали, например, часы «сейко». Раньше же славилась во всем мире своими часами швейцарская фирма «Лонжин». Японские предприятия выпускают 20 миллионов часов в год.
Среди многих причин столь бурного развития этой территориально небольшой и сильно пострадавшей от войны страны есть и такие, о которых официальные круги предпочитают умалчивать. И все же порой об этом проговариваются. Газета «Джапантаймс», например, пишет: «Мы не должны забывать о том, что корейская война дала толчок к экономическому возрождению Японии в начале пятидесятых годов. И, в то время как корейский народ переживал немыслимую трагедию и бедствия войны, японский народ смог посвятить всю свою энергию восстановлению своих разрушенных войной городов и промышленности».
Два миллиарда долларов заплатила американская армия снабжавшим ее во время этой войны японским промышленникам. Но это было лишь началом. Сейчас аналогичную сумму японские промышленники получают в связи с войной США во Вьетнаме.
Несмотря на послевоенный экономический расцвет, который широко рекламируется, общая экономическая конъюнктура страны неустойчива. Разумеется, многое сделано, ликвидированы некоторые последствия войны. Это ощутили прежде всего владельцы крупнейших концернов, по-прежнему наживающие миллиарды. Это также почувствовали миллионеры «победнее», сумевшие нажиться на послевоенной ситуации. Но чем ниже материальный уровень людей, тем больше у них причин с тревогой смотреть в будущее. Причем обеспокоен не только уборщик, которому грозит полуголодное прозябание, не только квалифицированный рабочий, могущий в любую минуту превратиться в уборщика.