Александр Кулешов – Шесть городов пяти континентов (страница 30)
За последние десять лет в города на различные промышленные предприятия из сельской местности ушли миллионы крестьян. И все же размеры крестьянских хозяйств крайне малы. Если в США ферма в среднем занимает 118 гектаров, в Англии, островном государстве, — 36, то в Японии — около гектара.
Подобное положение в сельском хозяйстве легко понять, достаточно лишь бросить взгляд назад. До войны 70 % крестьян арендовало землю у феодалов. За это приходилось платить и отработкой и натурой, да еще отдавать чуть ли не две пятых своих доходов. Получая все эти огромные деньги, феодал отнюдь не возвращал их земле, не строил, например, ирригационных сооружений и т. д. Он все вкладывал в банки или в промышленные предприятия, а арендаторы так и продолжали обрабатывать свои клочки земли средневековыми методами. Да к тому же их в любую секунду могли согнать с земли.
После войны правительство вынуждено было провести аграрную реформу. Но что это была за реформа! За землю, экспроприированную у феодалов, им выплатили компенсацию, и не только за государственный счет, но и за счет тех самых крестьян, которые десятилетиями эту землю обрабатывали.
В сферу действия реформы не попали ни лесные, ни горные области, а они занимают 60 % страны. Страна риса — Япония — не может покрыть собственные нужды в этом продукте. А между тем именно рис и рыба, как уже говорилось, продолжают оставаться главнейшей пищей не только сельского, но и беднейшего городского населения…
Ядовитый дым
75 тысяч заводских труб, миллионы автомобильных и мотоциклетных выхлопных трубок заливают Токио ядовитым дымом. Каждый месяц на каждый квадратный километр территории города садится «черный снег», 34 тонны сажи, — вдвое больше, чем в Нью-Йорке.
Многие токийцы — уборщики, дворники, рабочие, продавцы в продовольственных магазинах и другие — ходят с марлевой повязкой, закрывающей рот и нос. Полицейские регулировщики через определенные промежутки времени покидают свои посты и отправляются вдыхать кислород. В некоторых кафе установлены кислородные автоматы, они продают «эликсир жизни», попросту говоря воздух. За девяносто иен можно сделать глубокий вдох.
В те дни, когда город из-за атмосферных условий окутан особенно плотными парами выхлопных газов и заводской копотью, дети ходят в школы в специальных масках, и, несмотря на это, пятая часть школьников страдает заболеваниями носоглотки или глаз. Летом 1970 года в воскресные дни из-за загрязнения воздуха 122 улицы японской столицы закрывались для всех видов автотранспорта. Из-за токийского «смога» вулкан Фудзияма доступен взорам токийцев лишь немногим более месяца в году.
Профессор университета Секей утверждает, что стремлению увеличить объем продукции принесли в жертву не только благосостояние людей, но и их жизни.
Много гари, но мало воды. Если в период дождей японская столица буквально затоплена потоками, низвергающимися с неба, 1 то в июле — начале августа она, наоборот, самым жестоким образом страдает от нехватки воды. Водохранилище Мураяма, вмещающее 185 миллионов тонн воды, высыхает почти полностью. В некоторые районы, населенные беднотой, — Нэрима, Сэтагая, Адати — воду подают нерегулярно. Люди здесь выстраиваются в бесконечные очереди к цистернам, торопливо наполняют ведра и бачки. Все это не мешает в богатых кварталах функционировать даже домашним фонтанам.
Мало воды, но много шума. По подсчетам специалистов, в Токио уличный шум в десять раз больше, чем в Париже, в четыре раза больше, чем в Нью-Йорке. «Нормальным» шумом японские эксперты считают такой, который равен… «шуму падающего на землю сухого листа, усиленному в пятьдесят раз». К сожалению, такой шум в Токио можно услышать разве что в лабораторных условиях или в буддийском храме.
Есть в Токио и шумы, виновниками которых являются люди, как ни удивительно, живущие за тысячи километров от японской столицы. Дело в том, что в западной части города расположена военно-воздушная база США «Джонсон». Здесь по пути во Вьетнам приземляются военные самолеты. Круглые сутки ревут реактивные двигатели. Более трехсот семей вынуждены были покинуть этот район города, а муниципалитет принял решение собрать и предъявить американскому военному командованию в Японии материалы, подтверждающие серьезную опасность американских военных баз для населения японской столицы.
И еще серьезная проблема — опускание территории. За последние тридцать — сорок лет земля местами опустилась на два-три метра. В некоторых районах Токио только за один год почва опустилась на 3–7 сантиметров, а кое-где и на 11–12 сантиметров. Когда такое происходит вблизи побережья, то иногда затопляются промышленные предприятия и жилые дома. Убытки от этого за последние годы достигли многих десятков миллионов иен. Чтобы избежать потерь, принимаются кое-какие меры. Построено, например, несколько километров защитных дамб высотой до шести и шириной до пяти метров. Но соорудить-то их надо на протяжении минимум двадцати километров! В районе Токио — Тиба у океана отвоевано около 165 гектаров. На этом месте предполагается построить несколько предприятий. К 1975 году хотят освоить еще 10 тысяч гектаров «морской территории».
Насколько реален этот замысел, сказать пока трудно.
К сожалению, Токио отвоевывает себе место не только за счет моря, но и за счет лесов. За пятнадцать лет окружавший японскую столицу зеленый пояс уменьшился вдвое и не превышает сейчас 5—10 километров. Уничтожаются и пахотные земли, расположенные вблизи города, служившие «токийским огородом». Токио проглотил на сегодняшний день 10 тысяч гектаров зеленого пояса и 30 тысяч гектаров пахотных земель.
И еще один бич Токио — уличное движение, уносящее ежедневно не одну жертву. В Японии ежегодно гибнет в результате автомобильных катастроф около 14 тысяч человек и около полумиллиона попадает в больницы. Возле каждого полицейского отделения ежедневно вывешивается специальная табличка, на которой отмечается, сколько накануне было убито, сколько ранено. Первых обычно бывает четыре-пять человек, вторых — больше ста.
Японцы основали даже специальное «Общество взаимопомощи граждан». Члены его вносят по одной иене в день — примерно доллар в год. Из собранного таким путем фонда выдаются пособия родственникам погибшего или самому пострадавшему, если он получил лишь увечье. Общество объединяет миллионы японцев и создано в сорока городах.
В Токио, как и в любом другом крупном капиталистическом городе, возникают трудности в связи с чудовищным количеством автомобилей. Они ежедневно заполняют токийские улицы, образуют бесконечные пробки, мечутся в поисках пристанища у тротуаров.
В городе, где нет последовательной нумерации домов и названий улиц, приезжему не мудрено затеряться. Поэтому он в первую очередь старается воспользоваться услугами такси. Но и ни один из почти 100 тысяч токийских таксистов не в состоянии познать свой город.
Обычно поездка выглядит так. Останавливаешь такси. Садишься и стараешься объяснить, куда ехать, по возможности «по-японски» произнося название района. Таксист, радостно улыбаясь, — японцы часто улыбаются — кивает головой, оживленно выкрикивает «хай» и начинает разворачивать карту города, укрепленную перед ним на специальном валике, как у летчика. Затем, преисполненный энтузиазма, устремляется вперед.
Прибыв в заданный район, он вновь ориентируется по карте и куда-то сворачивает. Далее начинаются оживленные переговоры с прохожими, сопровождаемые беспрестанными «хай» и радостными улыбками с обеих сторон.
Наконец шофер останавливает машину и торжествующим жестом указывает на дом — приехали. Остается лишь удивляться, как он сумел его найти, или огорчаться, если выяснилось, что вы оказались на другом конце города.
Нелегко вам придется и в том случае, если вы захотите воспользоваться городским транспортом, например, метро. В токийском метро работают «утрамбовщики» — здоровые, крепкие ребята, напоминающие регбистов во время розыгрыша спорного мяча. Ведь токийское метро ежедневно перевозит более семи миллионов пассажиров и загружается в часы «пик» в три-четыре раза больше его проектной пропускной способности. И это несмотря на то, что к Олимпийским играм было построено пять новых линий.
Огромные расстояния между жильем и работой, перенасыщенное уличное движение, нехватка городского транспорта, сложный лабиринт узких кривых улиц и переулков (в Токио площадь улиц равна менее 10 % территории города, тогда как, например, в Нью-Йорке она превышает 30, в Лондоне — 20 %) До крайности затрудняют людям путь на работу и обратно. Многие вынуждены ездить за 30 километров и тратить ежедневно на дорогу в оба конца более трех часов.
Правда, после Олимпийских игр дороги в Токио значительно улучшились. Были построены двадцать две магистрали (широкие, ровные, без перекрестков бетонные красавицы), вознесшиеся над городом на высоких опорах. Общая длина новых дорог более тридцати километров. Но осталось восемьсот километров пути, требующего ремонта и доделки.
Подсчитано, что в Японии недостает 43,5 тысячи километров современных автомобильных дорог. Чтобы их построить, требуется 60,3 миллиарда иен. Но если и эта имеющая мало шансов на осуществление программа будет выполнена, то травматизм в результате уличных катастроф сократится лишь на 20 %.