Александр Крылов – Я - Монстр (страница 5)

« Глава 4. Плохие новости.»

Я вышел в сумерки. Холодный ветер за это время стал еще злее, он буквально вгрызался в лицо. К месту засады я шел не по прямой — петлял, срезал через крыши и козырьки, используя трубы как скоростные магистрали. Внутренний радар был выкручен на максимум, сканируя каждый темный угол.

У провала в цех, где я сбросил тела, снег был истоптан. Кровь занесло поземкой, но сами трупы... Их вытащили из люков и сложили в ряд, как дрова на просушку. Четкие следы волочения уходили в сторону базы «Свободы». Нашли. И унесли.

Скорость их реакции меня зацепила. Слишком быстро. В этом было что-то ненормальное.

Я замер в тени бетонного блока, прощупывая округу. Ни души, но в воздухе повисло вязкое ощущение чужого взгляда. Это не было обычное наблюдение через оптику или тепловизор — я чувствовал это кожей, на животном уровне. Будто в радиусе километра кто-то зажег мощный прожектор ненависти, и его невидимый луч сейчас медленно шарил по руинам, выискивая меня.

Осторожно, прижимаясь к стенам, я двинулся к мосту. Патруль «Порта» на взводе: на вышке двое, стволы смотрят в темноту. Я вытащил рацию, перешел на шифрованный канал. — Ястреб — Порту. Прием, — мой голос в эфире казался чужим, механическим.

Через секунду отозвался хриплый бас Сергея: — Порту на связи. Говори, Ястреб. — Гости исчезли. Хозяева нашли пропажу. Место зачищено. — Понял тебя. Ждем новых соседей? — в голосе Сергея проскользнула тревога. — Не факт. Но держите ухо востро. Пакет у меня, состояние стабильное. — Принято. И... береги спину, Ястреб. У них там, говорят, «нюхач» объявился. Не жмур. Человек, но с пси-вывертом. Чует живых за версту. Или... таких, как ты. Будь осторожен.

Нюхач. Вот оно что. Значит, у «Свободы» завелся свой мутант. Тот самый атипичный случай, о котором поминала Лика. Баланс сил только что с треском рухнул.

Я отключил рацию и замер. Мой радар ловил холодные точки зомби и привычное тепло «Порта», но в стороне тюримы зияла пустота. Тёмное зеркало, слепое пятно, которое мое чутье обходило стороной, как будто натыкаясь на стену. «Свобода» не просто злилась. Она готовила оружие, заточенное специально под меня.

Возле своей девятиэтажки я превратился в часть пейзажа. Слушал тишину. Проверил все высотки в округе: крышу детсада, водонапорку, соседние дома. Ни одного теплого маячка. Пусто.

Тогда я сосредоточился на этом «слепом пятне». Направил туда всё внимание — и поймал фантомный отголосок. Едва уловимый запах чужого присутствия, как дым от сигареты в пустом подъезде. Кто-то был здесь. Совсем недавно. Присматривался к моим окнам, изучал входы, принюхивался к запаху моей силы. Но сейчас он ушел.

Вывод был паршивый: прямой слежки нет, но разведка уже закончена. Профессионально, тихо, без следов. Это не работа тупого костолома с автоматом. Это почерк того самого Нюхача.

Зловещая тишина. Они уже всё знают. Следующий шаг будет за ними.

Я бесшумно проскользнул внутрь через запасной лаз, заблокировал вход и поднялся на седьмой. За дверью слышались голоса — Лика и Аня вовсю хозяйничали в моей системе.

Я стоял в предбаннике, стряхивая с плеч иней и липкое чувство чужого взгляда. Нам нужно было серьезно поговорить.

/////

— Собирайтесь, — отрезал я, не давая им вставить и слова. — Этой ночью уходим в «Порт». «Свобода» пасла мой дом. Возможен штурм.

Мои слова грохнули в тишине этажа, как выстрел. Лика мгновенно выросла в дверном проёме — в одной руке разобранный датчик, на лице — ледяная сосредоточенность. Аня выглядывала из-за её плеча, испуганно хлопая глазами. — Они уже здесь? — выдохнула младшая.

Я быстро разложил им расклад: — В здании нет. Но след оставили — я чую эхо. У них свой мутант, «нюхач». Радар у него мощный, меня видит. Осмотрели периметр и затихарились. Знают, где вход. Если ударят, то массово, ночью, под прикрытием активных жмуров. Крепость выдержит, но в осаде мы сдохнем. Риск запредельный.

Лика не паниковала. Она в секунду переварила информацию и выдала контраргумент, глядя мне прямо в глаза: — Ты хочешь сплавить нас в «Порт», чтобы не возиться с заложниками. Понимаю. Но высунуться сейчас втроем — это подставиться под идеальную засаду. Мы без оружия и едва стоим на ногах. Ты готов тащить нас на себе через их кордоны?

Она не спорила, она считала шансы. Аня, нервно терзая край свитера, робко вставила: — А может... мы тут поможем? Мы же не балласт. Укрепим всё, подготовимся...

Я замолчал, взвешивая её слова. Выход действительно превращался в лотерею. — Ладно. Ваша взяла. Выход отменяется, готовимся к приёму гостей. Какие идеи по периметру?

В глазах Лики вспыхнул тот самый расчётливый огонь, который я так ценил в людях старого мира. Режим «кризис» был активирован. — Разделим задачи, — скомандовала она, оборачиваясь к напарнице. — Аня, на тебе электроника. Нужны ловушки на подступах. Проволока есть? Натягивай на лестницах ниже шестого и на чердаке. Не на убой, а на шум — банки, обломки, всё, что гремит. Нам нужна первая линия предупреждения. И свет. Есть мощные прожекторы? Ставь на кронштейны у окон. По команде ослепим их к чертям.

— Сделаю, — Аня уже забыла про усталость, её инженерный мозг закрутился на полную. — Аккумуляторы перекину с солнечных панелей, фонари найду. Инвентаризацию я уже закончила, знаю, где что лежит.

Лика снова повернулась ко мне. Поза её стала жёстче. — На мне — активная оборона. Ткни пальцем во все дыры: вентиляция, мусоропровод, трещины. Я набодяжу «подарков» из бытовой химии. Дымовухи, едкие смеси — в тесноте подъезда это сработает лучше пуль. А ты — наше раннее обнаружение. Как только почуешь движение — дай сигнал.

Она выстроила оборону слоями: мои чувства, её химия, железо Ани. Это был уже не жест отчаяния, а стратегия выживания. — И главное, Макс, — добавила она. — Мы не лезем в лоб. Мы делаем их прогулку сюда такой шумной и кровавой, чтобы они сами захотели свалить. Мы защищаем дом. Идёт?

Я кивнул. План был рабочим. — Согласен. Готовьтесь и постарайтесь хоть немного вздремнуть. Я на страже. Мне спать не обязательно.

Я не стал объяснять, что вирус внутри почти полностью вытравил потребность в обычном сне. Иногда я просто впадаю в «ждущий режим», когда мозги закипают от потока данных, но не сегодня. Сегодня я буду их глазами в темноте.

Лика приняла это как должное, без лишних эмоций. — Принято. Смеси подготовлю, Аня доделает сигнализацию. Потом — сон по графику. Тебе нужна ясная голова, а нам — силы, если всё пойдёт по худшему сценарию.

Она ушла — быстрая, четкая, как отлаженный механизм. Через пару минут из кухни донеслись её негромкие команды Ане и звон стекла. В воздухе поплыл резкий, знакомый по школе запах химии.

Я зря времени не терял. Лика была права: лучшая оборона — это знание каждого сантиметра своей клетки. Я обошел периметр, вжимаясь в тени, проверяя каждую щель и каждую трубу. Чутьё звенело, натянутое до предела, как струна перед обрывом.

Аня работала как тень. Слышался только едва уловимый скрип натягиваемой проволоки и мягкий жестяной стук — это она превращала лестницу ниже седьмого этажа в гигантскую ловушку. Любое неосторожное движение внизу теперь отозвалось бы у нас в ушах звоном пустых банок.

Лика в своей «лаборатории» колдовала над смесями с хирургической точностью. Она не мастерила бомбы — она создавала ад для легких и глаз. Едкий дым, самодельный концентрат перца, световые мины из магниевой стружки. Каждая ампула была готова выплюнуть ослепительную вспышку от малейшей искры.

Глядя на них, я чувствовал странное удовлетворение. Сюда, в свою башню, я стаскивал всё, что мог найти в самых гиблых местах Зеленограда. Я обносил аптеки, где гнездились «бегуны», потрошил строймаркеты, в которые обычные люди боялись даже заглядывать. Там, где другим нужна была рота спецназа для зачистки, я просто проходил мимо жмуров как свой и забирал лучшее.

Через три часа башня окончательно превратилась из дома в капкан. Аня, давясь зевотой, ушла в спальню. Лика задержалась, вытирая руки ветошью. В её взгляде на мгновение промелькнуло что-то человеческое, живое.

— Всё на местах. «Сюрпризы» в лазах, свет на лестницах, — она устало кивнула. — Мы сделали, что могли. Теперь твоя вахта. Не перегорай, Макс. Если почуешь их — зови.

Она не желала удачи. Просто закрыла дверь, оставляя меня наедине с темнотой.

Наступила ночь.

Я погасил основной свет, оставив только тусклый блик аварийки. Уселся в кресло у северного окна — отсюда просматривались все подходы. Моё сознание раскрылось, как антенна, сканируя город.

Я чувствовал их всех: Холодные, ленивые точки зомби, путающиеся в кустах на отшибе. Теплое, ровное дыхание двух женщин за стеной — Лика и Аня спали чутко, тревожно. Далекое мерцание «Порта» на мосту, где патрули тоже не смыкали глаз.

И... ту самую пустоту. Она не приближалась, но и не таяла. Она висела на самом краю моего радара, как стервятник, который знает, что добыча никуда не денется.

Ночь прошла в тишине. Нам повезло — никто не рискнул проверить наши растяжки на прочность.

« Глава 5. Счет на секунды.»

Рассвет. Бледные, немощные лучи едва пробивали грязную пелену облаков, окрашивая руины в сизый цвет мертвечины. Ночь вымотала нервы своей звенящей пустотой, но то самое «слепое пятно» — невидимый Нюхач — никуда не делось. Он не приближался, он выжидал.